Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

На лесть Бероев не повёлся.

– Отдам только под гарантию! – объявил он. Откровенно, лоб в лоб, посмотрел на меня.

Шебардин, на удивление, обрадовался:

– Так и я этого хочу! Мне самому без московской поддержки никак – затопчут и следов не оставят!..Вы, Семён Александрович, – учёный – не учёный, – но в этой истории не посторонний. Фоминых и Ватуту арестовали как раз после вашего прилёта – из страха.

Он придвинул ко мне телефон.

Я набрал номер начальника методического отдела ГСУ.

– Доюморился, остряк-самоучка? – спросил я Тельнова. – Теперь будешь расхлёбывать. У меня рвёт трубку первый заместитель начальника УВД Павел Евгеньевич Шебардин. И похоже, после разговора с ним тебе придётся мчать по начальству.

Трубку Шебардин схватил обеими руками сразу. А я пошёл по кабинетам – не терпелось поучаствовать в допросах пойманных браконьеров.

Минут через сорок меня разыскал Шебардин – в накинутом тулупе.

– Москва дала добро! Немедленно вылетаю с опергруппой в Братск! – азартно объявил он. – Бероева забираю с собой. Чудный мужик, чудный!

От полноты чувств он потряс мою руку.

В искренность Пал Евгеньича отчего-то не верилось. На всякий случай придержал ладонь.

– Имейте в виду! Олег Павлович будет утверждён рецензентом по пособию. А ближе к осени пригласим его основным докладчиком на совместную конференцию МВД и Главохоты. Так что – берегите его.

– А то! Такого-то человека! – заверил Шебардин на ходу.

Я собрался проститься с Бероевым. Но не успел: когда, накинув дублёнку, выскочил из здания, вертолёт уже взлетал.

На другой день я вернулся в Иркутск. За оставшееся время предстояло подбить итоги командировки.

Перед самым отъездом в аэропорт в номере меня застал звонок Тельнова.

– Здравствуйте, Сванадзе! – ехидно произнёс Игорь. – Докладываю: с вашей лёгкой руки завтра с утра в Иркутск вылетает комплексная милицейско-прокурорская бригада. Куда и меня, бедолагу, втиснули. Говорят – инициатива наказуема. Так что за кефир вам отдельное спасибо!

– Себя благодари, – буркнул я.

Бероева до отъезда я так и не увидел. А по возвращении был откомандирован в составе аналитической группы в Тамбов – количество укрытых от учёта преступлений в области на порядок превысило среднестатическую норму.

Бывая в министерстве, узнавал вскользь о событиях в Иркутске. Новое расследование оказалось по последствиям разрушительнее первого. Массовые отставки в УВД. Массовые посадки среди партхозактива.

В повседневной текучке я то и дело вспоминал Бероева. Пытался связаться. Но в тайге телефона нет. А написать руки всё не доходили.

Через год получил от него письмо:

Дорогой Семён! Хорошие встречи остаются в памяти навсегда! С полгода помогал по возобновлённому Большому делу. Даже схлопотал благодарность от вашего министра. Но – что важнее – добился освобождения Ватуты. Многих воров удалось посадить. В том числе памятного тебе Большунова – за хищения в особо крупных размерах. Многих поувольняли. Впрочем, по большому счёту ничего не изменилось – разве что фамилии на руководящих кабинетах. Шебардин, назначенный вместо Кузьмака начальником УВД, и думать забыл о своих экологических мечтаниях. Даже просто попасть к нему на приём ныне совершенно нереально.

Так что по-прежнему мотаюсь по тайге и – тем доволен.

Пособие твоё к нам поступило. Вполне дельное. Но только – есть пособие, нет пособия – заставить милицию расследовать дела по браконьерству по-прежнему невозможно.

За 13 лет моей работы оперативником всего один раз удалось уговорить следователя выехать на место происшествия. Да и то он был сыном моих друзей.

Зато мне фартит – лезут в руки крупные «застарелые» дела по копытным и соболям. Видимо, моя планида такая – крутить не по свежим следам, а раскапывать – подобно археологу. Правда, тешусь мыслью, что такие запутанные преступления никому другому оказываются не под силу. Что поделаешь – слаб и тщеславен человек.

Другая, худшая напасть на нас свалилась.

Охотнадзор в рамках перестройки додумались объединить с производством. И конечно, первым же делом сократили больше чем наполовину. На всю Иркутскую область оставлено 23 охотоведа. Так же обошлись с егерями. Вот уж раздолье браконьерам. Да и в других отраслях, куда ни глянь, то же самое. Сомневаюсь, не браконьеры ли перестройку затеяли? Грустно, девицы!

Обязательно пиши. С наилучшими пожеланиями.

P.S. Тебе привет от моей жены. Догадайся! Да, да! Последовал твоему совету. Вот уж первый год отведённой тобою пятилетки миновал. Пролетел совершенно незаметно, а стало быть – счастливо. Не забывай нас!

Как тут забудешь?

02.03.2021

Болотный Дед

Олег перенёс ступню на соседнюю кочку и едва успел выдернуть – нога начала проваливаться. Сапог так и остался в жиже. Он отёр взмокший лоб, осмотрелся в поисках вешек. Их не было. Олег стоял, боясь переступить, на узенькой полоске земли. Вокруг булькала и предвкушающе чавкала ненасытная трясина. На соседней кочке меж камышинок восседала здоровенная толстомясая лягушка и, как казалось Олегу, с любопытством поджидала, что будет дальше.

– Чего вылупилась? – рассердился Олег. – Лучше б дорогу показала.

Лягушка захохотала. Потный, вскочил он с постели. Вновь этот сон.

– Бероев! – окликнули его – уже на выходе из ВГИКа. Олег оглянулся.

По пустынному коридору широким, журавлиным шагом поспешал костистый, большеротый мужчина в плаще-болонья. Рослый. На вид тридцати пяти – сорока лет.

– Не прошёл? – некстати произнёс он, нагнав. Олег хмыкнул. Мужчина присутствовал при собеседовании. Кажется, даже задавал вопросы. Кому и знать?

Мужчина чуть смутился:

– Работы твои хорошие. Задатки видны. Но – возраст!

– Староват? – съязвил Олег.

– На операторский в семнадцать лет – со школьной скамьи, без практики, – таких прецедентов не было. Хотя я как раз голосовал за исключение из правил.

Он спохватился, протянул руку:

– Челягин Алексей Павлович. Режиссёр-документалист.

– Бероев Олег… На прошлой неделе – выпускник школы. Пять минут назад – абитуриент. Ныне – безработный.

Под изучающим взглядом Челягина Олег сбился с заносчивого тона.

– А вообще-то спасибо на добром слове, – выдавил он через силу.

Челягин продолжал присматриваться.

– В экспедициях бывать пока, конечно, не приходилось? – не столько спросил, сколько констатировал он.

– Какие наши годы! – Олег зло хохотнул. – Глядишь, через десяток-другой лет, когда подойду по возрасту во ВГИК…

– На днях ухожу в экспедицию в Забайкалье. Снимать фильм об обнаруженных ледниках горного хребта Кодар. Слышал о таком?

– Кто не слышал? Читинская область, Чара. – Олег насторожился.

– Во-во. Сколачиваю группу. Посмотрел, как ты работаешь с кинокамерой. Как смотришь, если предложу поехать со мной помощником оператора?

– Да! – без паузы выпалил Бероев.

– Подумай всё-таки! – Губы Челягина разошлись в широкой и, как показалось Олегу, – невообразимо привлекательной улыбке. – Не на забаву зову. Работа