Особенный - Владимир Александрович Дараган

— Ну, как-нибудь. Например, могу сказать, что у меня проблемы в семье, и я хочу нанять Жукова, чтобы он проследил за определенным человеком.

Наташа теперь рассмеялась.

— Вот так, напрямую? Без всякого агентства? После такого вопроса я бы на месте Полевого спустила тебя с лестницы. Ладно, едем к тебе домой, покормишь меня пельменями. Я у тебя в морозилке видела пачку, неплохая фирма, их пельмени вполне съедобные.

Наташа размазывала сметану по пельменям.

— О чем ты думаешь?

— О тебе, конечно!

Она подцепила пельмень на вилку.

— Ответ, конечно, правильный, но несвоевременный.

— А о чем надо сейчас думать? Надо ли бежать в магазин за спиртным?

В ответ укоризненное покачивание головой.

— Почему мужчины думают только о женщинах и алкоголе?

— Вопрос риторический? А о чем еще мне думать? Мне легко вспоминать, но не думать.

Тут меня осенило! Это я красиво написал — «осенило», а на самом деле прочитал вопрос в ее глазах. Как мне это удалось? Не знаю, я просто стал чувствовать ее мысли. Наверное, пришло понимание, что творится в ее голове.

— Надо думать, как узнать адрес Жука?

Она кивнула, сделала глоток из стакана с яблочным соком. Я стал перебирать в памяти все, что было связано с агентством «След». Когда я про него узнал? …стоп!

— Кирилл! Зоин охранник!

Наташа бросила вилку, откинулась на спинку стула.

— И ты говоришь, что не умеешь думать? У меня же есть его телефон!

Пельмени тут же были забыты, телефон переключен на громкую связь. Гудки. Наконец:

— Але!

— Кирилл, это Наталья Николаевна, мы с вами недавно встречались.

— Помню, что вам надо?

Наташа подняла глаза кверху, посмотрела на меня, вздохнула.

— Что случилось с вашим агентством?

Молчание, потом хриплым голосом:

— А зачем вам это надо знать?

— Вопросом на вопрос?

Опять молчание, но уже недолгое.

— Приостановили лицензию у Полевого. Подробности не знаю. Говорят, что Следком наехал.

Снова пауза, потом продолжил:

— Полевой об этом в пятницу нам объявил. Распинался, что разберется, что еще не вечер и так далее. Попросил меня и Ивана прийти в понедельник, помочь паковать барахло. Я пришел, а Иван сказался больным.

— А Жука не попросил?

— Жука? Ха, ха и еще раз ха. Его в пятницу не было, да он бы и не пришел. Жучила еще тот, недаром у него фамилия такая. Его после четверга никто не видел.

— Мне нужно его найти.

— Если по делу, то не советую. Наобещает, потом кинет. Но если надо, то он на Косыгина живет.

— Очень надо.

— Адреса я не помню, но пару раз бывал у него, Полевой посылал. Там три белых башни, он в крайней, что ближе к площади Гагарина. Двенадцатый этаж, как из лифта выходишь, то направо и до конца коридора. Это не его квартира, съемная. Сам-то он из Твери.

Я слушал их разговор и не верил нашему счастью. Оказалось, все так просто, и не надо было Наталье сидеть в кустах четыре дня.

Наташа выключила телефон.

— Ну как тебе?

Я поднял большой палец. Наташа встала.

— Это же рядом, дожевывай скорее, через пять минут выходим.

Глава 52

— Что ты там бормочешь?

— Молюсь, чтобы Жук оказался в Москве, а не в Твери.

Мы пошли по улице Зелинского и свернули на дорожку, которая вела к первой башне. Впрочем, сейчас этот дом уже трудно назвать башней. Старый панельный дом терялся рядом с кирпичным красавцем. Подходя ближе к нашей цели, Наташа остановилась.

— Ты что?

— Нет, ничего, просто показалось.

Без проблем вошли в подъезд — кодовый замок либо не работал, либо был отключен. В лифте я попытался обнять Наташу. Она отстранилась. Я стал извиняться:

— Я просто так, вижу, что волнуешься.

Она ничего не ответила. Первой вышла из лифта, огляделась. Все тихо, в обе стороны вели коридоры. Наш, правый, был ярко освещен. Наташа приложила палец к губам, мы подошли к двери, в которую упирался коридор. Обычная деревянная дверь, ничем не украшенная. Я посмотрел на правый верхний угол — пусто. Зачем посмотрел? Искал прослушку? Вроде уже ничего искать не надо, это мы уже проехали. Наташа позвонила, мы услышали «буль-буль». Приятный звонок, но тихий, такой разбудить не сможет.

— Неужели он в Твери? — прошептала Наташа и нажала кнопку еще раз.

Тишина. Наташа вынула из сумки платок, взялась за дверную ручку, нажала. Дверь открылась. У меня перехватило дыхание, к горлу подкатился комок. Я с трудом сглотнул. Если бы мы были в детективном сериале, то в квартире бы лежал труп в луже крови.

— Василий!

Голос у Наташи прерывистый, волнение не обошло и ее.