Особенный - Владимир Александрович Дараган

— Вам бы руки оторвать и по головам настучать, — сказал он, когда я закончил.

Я вопросительно посмотрел на него. Он откашлялся и продолжил.

— А если бы он был дома? И пистолет у него бы был настоящий. Что тогда? Зоя рыдает, Михалыч мрачнее тучи, Шеф вызывает меня и показывает бумагу с приказом о моем вторичном увольнении. И это правильный приказ, уволен за профнепригодность. Куда вы торопились, почему мне не позвонили?

— Так все хорошо закончилось. И тебе больше не нужно по утрам заезжать за мной.

— Ну ладно ты, но Наталья? — не унимался Цепа. — Ведь она умная, классный профессионал. Вот появится она…

Я напомнил ему, что сегодня первое сентября.

— Ну да, я помню. После обеда придет?

— Придет.

Зоя увидела меня, подошла, переложила мокрую тряпку в левую руку, потрогала мои волосы.

— Так приятно видеть тебя без этой дурацкой шапочки. А что случилось, отдал ее в химчистку?

— Ага, и рубашку тоже.

Зоя погладила рукав.

— Красивая, никогда ее у тебя не видела.

Я поцеловал ее в щеку. Сегодня я был готов целовать всех. И все было прекрасно, даже мокрая тряпка, которую Зоя держала в руке. Я взял ее и начал вытирать поверхности приборов. И тут позвонила Варенька.

— Александр, Дмитрий Алексеевич просит вас срочно к нему зайти.

Конечно, я зайду! Прибегу, порадую любимого директора.

— Вы без шапочки? — удивился Шеф. — Впрочем, в институте так ходить можно. А я, собственно…

Он еще раз внимательно оглядел меня. Явно заметил, что рубашка без защиты, но никак не отреагировал.

— Я, собственно, хотел вам сказать, что вчера у меня была длительная беседа с сотрудниками Следственного Комитета.

Я кивнул.

— Вы об этом знаете?

— Дмитрий Алексеевич, об этом весь институт уже знает.

Шеф покачал головой.

— Ох уж эта Варенька. Но это неважно. Вынужден вам сообщить неприятную новость.

Он замялся, но потом продолжил немного окрепшим голосом.

— Дело в том, что следователь Мельников оказался… Оказался не вполне честным человеком. И он, по всей вероятности, причастен к нападению на вас на станции МЦК. Сейчас ведется следствие, но Мельников исчез. Он в разводе, его взрослые сыновья не знают, где он. Следователи ищут исполнителей, которыми руководил Мельников. Подозрение пока пало на частное детективное агентство, которым руководит друг Мельникова, его бывший коллега. К сожалению, я не знал об этом, и доверил охрану вас и Зои Александровны сотрудникам этого агентства. Но сейчас, когда все выясняется, я, конечно, порвал с ними все договоры.

Он вздохнул, поправил очки.

— Я считаю, что вам следует обо всем этом знать. Следствие сейчас устанавливает, чей заказ выполнял Мельников, под подозрением две биотехнологических фирмы, там сейчас проводятся проверки. Но пока все не прояснится, вам следует быть предельно осторожным. Исполнители пока не найдены и, возможно, они будут выполнять другие заказы наших конкурентов.

Я улыбнулся.

— Не будут, Дмитрий Алексеевич. Уже не смогут.

Шеф посмотрел на меня с недоумением.

— Мне кажется, что вы знаете что-то, чего не знаю я.

Я сказал, что после обеда Наталья Николаевна сможет дать ему полный отчет. Шеф помялся, потом попросил кратко ему рассказать о последних новостях. Выслушав мой рассказ, он повторил, что все равно расслабляться нельзя.

В коридоре я встретил Михалыча. Кажется, он специально поджидал меня.

— Цепа мне рассказал вашу Одиссею. Молодцы, конечно…

— Но, чтобы впредь такого не повторялось, — продолжил я.

— Вот именно, — сказал Михалыч и обнял меня.

Я вернулся к Зое.

— Михалыч рассказал мне о ваших приключениях, — сказала она. — Так, что все позади?

Я горячо подтвердил, что мы с ней можем спать спокойно. Сегодня уж точно.

Наташа явилась с огромным букетом георгин.

— Учительница подарила, — объяснила она, — ей столько надарили, она не знает, куда их девать. Пойдем в буфет, выпрошу там пустую банку в качестве вазы.

В буфете мы сели на наш любимый диванчик, заказали чай и пирожные.

— Выходи за меня замуж, — сказал я.

На самом деле, я хотел сначала расспросить про школу, про ее самочувствие, про ее планы на сегодняшний и завтрашний вечер, но язык меня не слушался и сказал то, что давно хотел сказать, но не решался.

Наташа улыбнулась.

— Сначала Вахтанг меня звал замуж, потом Цепа пару раз намекал, теперь ты. Мне что, разорваться?

Какие чертики плясали в ее глазах! Она может сказать что-нибудь серьезное?

— Нет, — Наташа покачала головой и изобразила на лице озабоченность. — Не могу, прости.

Я молчал и ждал, что она добавит.

— Понимаешь, завтра в школе родительское собрание. А послезавтра у меня день рождения, а совмещать два праздника — это глупо. Кстати, я тебя приглашаю. От наших будут Цепа и Михалыч. Там, кстати, ты познакомишься с моим сыном.

— А после послезавтра? — спросил я.

Она задумалась.