Одна в поле воин - Наталья Владимировна Нестерова

– Игорек, ну разве тебе такая жена нужна. Во-первых, я не молода, во-вторых, по характеру скорее боевая подруга и товарищ…

– В-третьих, – перебил ее Игорь, – в тебе задавлена куртизанка, каких свет не видел. Не ври мне, все бабы хотят замуж.

– Правильно, – согласилась Таня, – кто спорит.

– Тогда объясни мне, что происходит. Я три часа уговариваю женщину выйти за меня замуж, а она выкобенивается.

«Но ты не сказал, что любишь меня, – едва не вырвалось у Татьяны. – Что не можешь без меня жить. Что я самая лучшая и ты искал меня долгие годы».

– Игорь, зачем я тебе нужна? – Татьяна попыталась зайти с другой стороны и подтолкнуть его на объяснение.

– Мне с тобой лучше, чем без тебя. Кажется, впервые в жизни у меня появляется нечто похожее на дом и семью. Знаешь, чтобы чего-то добиться в бизнесе, нужно много знать, многому научиться. Например, математике – теории рисков и теории игр – и прорешать много задач. И есть такая задача про двух преступников. Назовем ихА и В. Они сидят в разных камерах за одно и то же преступление. Если ни один из них не признается, их посадят на год за ношение оружия. Но если признается А, то за содействие следствию он получит два года, а В посадят на десять лет. Соответственно наоборот: признается только В – получит два года, А загремит на полную катушку. Признаются оба – оба получат уже по пять лет. Как им поступить, чтобы по возможности максимально себя застраховать? Получается, что наименьший риск, хоть и без свободы, – обоим признаваться. Понимаешь, что я имею в виду?

Преступники за решеткой – очень поэтичное признание в любви. Но может быть, она и не права, требуя от Игоря пылких объяснений? Сейчас – нет. Он еще вчера не помышлял о женитьбе. Не надо форсировать событий. Она еще услышит самые замечательные слова. Он у нее по стенкам будет бегать от радости. Или напротив – тихо скулить от удовольствия. Она добьется. Она этому жизнь посвятит.

– Можно я подумаю? – попросила Татьяна.

– Можно, – позволил Игорь, поднимаясь, – пока я схожу за шампанским.

«Если он отпустит меня в Донецк, – загадала Татьяна, – я проиграла, если не отпустит – выиграла».

Игорь подал ей фужер с шампанским и потянулся своим, чтобы чокнуться. Татьяна отвела руку.

– Игорь, я думаю, – затараторила она, – что мне нужно съездить домой и хорошенько всё обдумать.

– Отныне думать, – он свободной рукой сам притянул ее фужер и чокнулся, – в твои обязанности, невеста, не входит. Твое дело следить за чистотой моих кальсон.

Татьяна приехала к Анне в понедельник утром.

– Ты вещи собрала? – набросилась на нее Анна. – Подарки купила? Три часа до самолета. Совсем свихнулась на сексуальных забавах.

– Ань, я никуда не еду. Сестричка, я замуж выхожу.

– За кого? – не поняла Анна.

– За Президента России, – рассмеялась Таня. – За Игоря Самойлова, конечно.

Анна в изумлении закрыла рот ладонями, сокрушенно покачала головой и сквозь пальцы пробормотала:

– А Игорь об этом знает?

– Естественно! – Татьяна кокетливо повела плечами и откинула волосы со лба. – Идея как раз принадлежит ему.

– Не ври!

– Поверь, – Татьяна весело хохотнула, – я долго сопротивлялась. Но он проявил настойчивость танка, помноженного на носорога. Я сдалась.

– Поклянись!

– Честное пионерское. – Татьяна перекрестилась.

– Танька, дура! Что ты творишь! Игорь – это не Вася, это не фунт изюма!

– Это… – Таня в восхищении возвела руки. – Это – тонна изюма! Это – сплошной изюм! Как я счастлива, ты себе не представляешь!

В Анне боролись противоречивые чувства: страх за сестру, радость за нее, обида, зависть, восторг и полнейшая растерянность. Победил страх.

– Я этого подлеца задушу! – воскликнула она. – Он тебе заморочил голову, коллекционер чертов, подлый совратитель! Я ему покажу! Где он? В банке? – Анна бросилась к телефону. – Самойлов! – заорала она в трубку. – Кто тебе позволил над моей родной сестрой издеваться?

– Ань, – раздался в телефоне спокойный голос Игоря, – я вот думаю: у вас все в роду с придурью или есть исключения? Сначала одна не хочет выходить замуж за перспективного миллионера в расцвете сил, потом другая устраивает истерики.

– Не хочет? – переспросила Анна и посмотрела на сестру.

– Очень хочу, – сказала Татьяна шепотом и приложила палец к губам.

– Игорь, знай! – угрожающе заговорила Анна. – Я сестру в обиду не дам!

– Алло, родственница, охолони! Татьяна уже большая девочка и в няньках не нуждается. А если ты будешь сбивать ее с истинного пути, то я тебе башку сверну! Поняла?

Его жесткость и грубость не обидели Анну, а, напротив, немного успокоили.

– Игорь, скажи, ты ее действительно любишь? – спросила она уже обычным тоном.

– Безумно. Все, мне некогда. Пока!

Анна медленно положила трубку.

– Что он сказал? – теребила ее за рукав халата Татьяна. – Что он сказал? Любит?

– Безумно, – растерянно повторила Анна.

– Та-та, та-та-та-та. – Татьяна закружила по комнате в отчаянной лезгинке.

Анна смотрела на нее, моргала, приходя в себя, потом проговорила:

– Кажется, я рада за тебя.

Анна опаздывала на работу, но не уходила, потому что ошеломляющая новость требовала внятных подробностей. Они проводили детей в школу и разговаривали. Анна заставила сестру в деталях рассказать ход их романа, что Татьяна и сделала с удовольствием. Потом стали обсуждать главную проблему – как сообщить Васе и Володе. К удивлению Анны, сестру более волновал муж, чем сын.

– Видишь ли, – объясняла Татьяна, – взрослый сын – это совсем не маленький мальчик вроде Кирюши. У Володи своя жизнь, молодая, интересная. Он, конечно, меня любит, и я его люблю безумно. Но я должна все время бить себя по рукам и не лезть к нему со своим вниманием и заботами. Они его раздражают, и это понятно. Я нужна ему, когда он заболевает и снова как бы становится маленьким и беспомощным. Я была бы ему нужна, если бы у него был ребенок, с которым нужно сидеть. А сейчас ему хочется, чтобы я была жива, здорова и находилась на некотором расстоянии – не докучала вопросами, не надоедала с советами и суждениями. Вначале было очень трудно понять, что мой сын – наполовину отрезанный ломоть, но