Фокусы мозга: Как нейронаука объясняет иллюзии восприятия - Луис Мартинес

совместном мероприятии в 2007 г., эти нейробиологи привлекли их для исследования некоторых нейронных процессов, которые задействованы в фокусах [43]. Впоследствии они опубликовали ставший очень популярным бестселлер о фокусах и нейробиологии «Ловкость ума» (Sleights of Mind) [21]. Эта известность, в свою очередь, вызвала повышенный интерес как к нейробиологии, так и к фокусам.

Питер Ламонт, психолог и фокусник, возражал против предложений как Куна, так и Макника с Мартинес-Конде [22]. Утверждая, что создание «науки о фокусах» — цель недостижимая (само по себе иллюзия, если угодно), он считал, что наиболее реалистичной целью было бы использование фокусов в качестве инструмента для изучения когнитивных и других функций мозга [23]. Сам Ламонт, однако, признал: «В настоящее время нет никаких оснований полагать, что такие процессы чем-то отличаются от тех, которые уже были или могут быть выявлены в отношении внимания, осознания, убеждения, обмана, веры и т.п.» [24].

Показать, что в основе фокусов лежат общие механизмы, уже изученные нейронаукой, как раз и было целью данной книги. Мы рассказали о когнитивных процессах, которые обеспечивают эффективность различных методов и приемов при достижении иллюзии невозможности. При этом мы представили свежий взгляд не на феномен фокусов, как предлагает группа Куна, а на то, как эти приемы и эффекты можно описать теоретически и систематизировать, чтобы использовать в качестве инструментов и ориентиров для экспериментов в области когнитивной нейронауки [25].

В нашем обзоре мы привели некоторые из наиболее актуальных и современных исследований, посвященных иллюзии невозможного, создаваемой фокусами [26]. Частичный список этой литературы был опубликован под названием «Психология фокусов и фокусы психологии» (The Psychology of Magic and the Magic of Psychology) в специальном выпуске журнала Frontiers in Psychology, который выложен в открытый доступ [27]. После этого была создана Ассоциация науки о фокусах (SOMA) [28]. В 2016 и 2017 гг. SOMA провела два первых конгресса в Университете Голдсмитс в Лондоне, а в 2019 г. — первую конференцию в США, в Чикаго. SOMA «способствует проведению тщательных исследований, направленных на понимание природы, функций и глубинных механизмов фокусов» [29].

Как фокусы могут обогатить нейронауку?

Отношения между наукой и фокусами до сих пор были в основном односторонними и сводились к работе небольшого числа ученых, стремящихся понять, как работают фокусы. Мы считаем, что в данной области заслуживает внимания другой, хотя и комплементарный путь: следует изменить направление объяснительной работы. Мы хотим подчеркнуть возможность использования фокусов для изучения мозга и поведения вместо того, чтобы применять науку о мозге и поведении для изучения фокусов.

Различные когнитивные процессы, задействованные в фокусах, которые мы проанализировали в этой книге, указывают на новые направления для исследований, в которых мастерство иллюзионистов могло бы внести свой вклад в улучшение понимания процессов человеческого познания. Например, нам неизвестна природа когнитивного диссонанса, который приводит к иллюзии невозможности, неизвестны и его характеристики, степени, типы и соответствующие нейронные механизмы. Также мы не знаем, отличаются ли они от таковых при обмане, удивлении и других подобных явлениях. Фокусы воспринимаются очень по-разному в зависимости от контекста, в котором демонстрируются, от конкретной культурной принадлежности зрителей и широкого спектра индивидуальных реакций. Как мы уже объясняли, сами фокусы также могут быть очень разными в зависимости от того, кому адресованы: взрослым, детям или другим фокусникам. Фокусники редко испытывают иллюзию невозможности, однако с большим удовольствием знакомятся с навыками и концептуальными инновациями своих коллег. Кроме того, как ни странно, открытыми остаются вопросы о том, почему фокусы не собирают толпы поклонников (по сравнению с фильмами или сериалами) и почему они вообще не нравятся некоторым людям.

Помимо прояснения вопросов, возникающих, когда мы рассматриваем процессы познания через призму иллюзионизма, фокусы помогают нам в решении общей задачи по развитию нейронауки реального мира. Нейронаука и наука о поведении развились в лабораториях, но точно ли процессы, измеряемые в таких искусственных условиях, отражают явления, происходящие за стенами лабораторий? В действительности уже то, что в реальных ситуациях фокусы эффективнее, чем при лабораторных исследованиях, заставляет пересмотреть многие когнитивные парадигмы, возникшие вне экологического подхода. Из немногих существующих исследований большинство проводились в лабораторных условиях, максимально удаленных от реальности: фокусы демонстрировались в видеозаписи, часто в исполнении не очень опытных артистов, с небольшим количеством участников и без репрезентативной аудитории. Мы же предлагаем, чтобы ученые, по сути, взяли роль фокусника на себя, и для этого есть целый ряд причин.

Во-первых, простой фокус может задействовать сразу множество разных когнитивных процессов. В качестве альтернативы можно разработать трюки, направленные на определенный когнитивный процесс, что позволит экспериментально исследовать познание с помощью задач, более приближенных к естественным, чем обычно предлагается в искусственных лабораторных условиях. Во-вторых, фокусники при разработке и демонстрации своих эффектов всегда учитывают контекст, а в лабораторных экспериментах происходит наоборот. Исследователи стремятся исключить любую контекстную информацию, не имеющую прямого отношения к конкретному изучаемому процессу, даже если это уводит далеко от реальности. Более того, отсутствие внешнего контекста не мешает участникам обращаться к внутреннему субъективному контексту, а это вносит в эксперимент дополнительный уровень неупорядоченности, который исследователем не учитывается.

В-третьих, фокусники не определяют успех своих трюков по статистическим показателям: они только размывают реакции настоящих людей в пользу несуществующего «среднего зрителя». Иллюзионисты обращаются буквально к каждому — и часто достигают полного успеха, как мы уже говорили выше. В-четвертых, фокусники проводят свои когнитивные манипуляции в реальном времени, в непосредственном контакте со зрителями и за одну попытку, поскольку у них нет возможности повторить трюк, если он не удался. Наконец, помимо индивидуального поведения зрителей, в фокусах важна и социальная динамика, так как индивидуальные когнитивные процессы каждого зрителя сочетаются с групповой динамикой, возникающей спонтанно под воздействием таких сигналов, как аплодисменты или смех.

Проведение аналогий между наукой и фокусами также открывает перед нами неисследованную понятийную территорию. Рассмотрим две сосуществующие реальности: внутреннюю и внешнюю жизнь фокуса. То, как фокусник задумывает и выполняет свои трюки, вполне можно сравнить с тем, как действует природа. Тогда ученых, которые пытаются понять, как устроена природа, находясь в определенной, имеющей ограничения позиции, можно сравнить со зрителями фокуса. Мы даже можем предположить, что в различии между внешней и внутренней реальностью любого фокуса можно разглядеть некоторые тайны работы мозга [30].

Итак, чтобы нейронаука могла извлечь пользу из искусства фокусов с его хитроумными приемами, ошеломляющей успешностью и уникальным углом зрения, необходимо, чтобы совместная работа иллюзионистов и ученых продолжалась. Это область междисциплинарных исследований с большим потенциалом. На самом деле, с конца