Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа - Антон Мамон

Антон Мамон

Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа

Серия «Young Adult. Книжный бунт. Вампирское фэнтези»

Иллюстрация на переплете и форзаце Fukkatsu

© Мамон А., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава 1

Алан? Дэвид? Фрэнк? Худосочный молодой человек с иссиня-белой кожей и потухшим взглядом лежал на полу гостиничного номера. Вдумчиво и неторопливо он перебирал мужские имена в пульсирующей голове. Одно из них должно отозваться. Вспыхнуть, точно факел, разогнать тьму неизвестности и вернуть утерянный багаж воспоминаний. Черта с два! Все напрасно. Память не давала подсказок, а имен в запасе становилось все меньше и меньше.

Густой смрад ковролина рассказывал историю тысяч ног, его топтавших. А еще заставлял сильно сжимать губы в страхе не сдержать очередной рвотный позыв, настойчивой волной идущий из глубин желудка. Свежий воздух… Нужно открыть окно. Задержав дыхание, юноша ухватился за свисающий край одеяла и попытался встать. Сил на это не хватало катастрофически. «Раз… два… три!» – отсчитал он про себя и подтянулся. В глазах поплыло. Ноги сделались мягкими и слабыми, точно кто-то вынул из них все кости. Едва не потеряв сознание, бедолага толкнул ставни и рухнул на кровать, механически выдохнув.

– Как же хреново… – молвил он слабым и сухим голосом.

Потоки холодного ветра трепали занавеску и шелестели страницами блокнота. Холодало. Тело пробрала мелкая, неприятная дрожь. Зато мозг наконец вернулся в режим бодрствования. Накрывшись пышным одеялом, беспамятный вновь забормотал под нос: «Как же меня зовут? Почему это всегда так сложно?» Правая рука притянула вторую подушку. «Давай, черт побери, напрягись! Вспомнишь имя – вернется и все остальное… Ты же знаешь, как это бывает! – рассуждал юноша, часто моргая – Буква „к“… Вертится же на языке! Кеннет? Клод? Кевин? Нет, все не то!» Приступ внезапного раздражения охватил рассудок. Несчастному захотелось разгромить номер. Но жизни в нем было чуть больше, чем в разлагающемся трупе. А потому он продолжил лежать на скрипучих накрахмаленных простынях, благоухающих синтетической лавандой. Веки покорно схлопнулись. В образовавшейся тьме одна за другой начали оживать картины прошлой ночи.

Послезакатные улицы Парижа… Удивительным образом они сочетают ослепительную роскошь и удручающую нищету! Да, как и сто лет назад, здесь чувствуется нарочитый контраст двух миров, уживающихся под одним неизменно серым небом. Темнокожий крикун, продающий фигурки башенок, облегченно выдыхает, поливая мочой узкую набережную Сены, по которой минуту назад ступали крокодиловые туфли, пошитые на заказ. Еще парочка «окученных» туристов, и он с чистой совестью купит багет с ветчиной и сыром, а после зашагает в сторону многоквартирной бетонной коробки, сплошь населенной смуглыми собратьями.

Он будет идти, жадно глотая свой ужин и глазея на симпатичных дам, смакующих коллекционное вино в помпезных интерьерах ресторанов, которыми живет центр. Идти и мечтать, как скоро окажется по ту сторону стеклянной преграды с высокой сексапильной блондинкой. Впервые в жизни на него посмотрят не с отвращением, а с похотью, мерцающей в густо накрашенных глазах. Так и будет! Однажды… Ну а пока он продолжит таскать сумки с металлическим барахлом и удирать от полиции. Трагикомично. По-своему прекрасно. В этом и заключается весь шарм французской столицы, утопающей в шелках и нечистотах…

…Постоялец вспомнил, как покинул номер в районе полуночи. С трудом вытолкав себя на опустевшую улицу, он недовольно свел брови: мелкий дождь мгновенно заплевал его лицо, а ветер, словно в издевку, сорвал шляпу, за которой пришлось побегать. Элегантный зонт в виде трости быстро нашел применение. Шумно раскрывшись над головой, он заслонил от мороси и позволил расправить плечи. «Самое время подкрепиться», – шепнул себе паренек и двинулся в сторону Елисейских Полей. Места, где жизнь бьет ключом! Места, где можно отужинать, развлечься, а при желании – найти партнера на ближайшую ночь.

– Камиль! Камиль Арно! Вот как, черт побери, меня зовут! – радостно воскликнул юноша, поймав за хвост юркое воспоминание.

Вместе с именем, как и положено, вернулась полная хронология жизни (точнее «жизней»). Но вместо долгожданного облегчения пришло разочарование. Камиль знал, что счастливые люди не просыпаются на полу в тесных, вечно простуженных номерах недорогих отелей. Но его история оказалась куда печальнее, чем предполагалось… Откашлявшись в ладонь, он поднялся и, хрипло постанывая, направился в ванную. Там ожидала малоприятная встреча с зеркальным двойником. План незаметно миновать его, резко шагнув в душевую кабину, с треском провалился. Голова невольно качнулась в сторону, и завораживающе-мерзкое зрелище открылось взору.

– Кожа да кости… – недовольно хмыкнул Арно, проводя указательным пальцем по ребрам.

Впалый живот, выпирающие кости таза и ключицы, напоминающие горизонтальные поручни в метро. Это весьма гармонично сочеталось с болезненного вида лицом, но неподготовленного зрителя вряд ли вдохновило бы на написание картины. Приблизившись к отражению, доходяга оскалился в попытке придать себе грозный вид, но тут же оставил глупую затею – так он выглядел не просто изможденным, но и по-детски испуганным. Скрывшись за стеклянной преградой, парень крутанул водопроводные вентили. Горячие, жесткие струи обдали тело, распрямив спутанные локоны на затылке. Глубоко вдохнув через приоткрытый рот, он уперся рукой в стену и закрыл глаза. Камиль Арно… Как ты докатился до жизни такой? Не лучше ли было выбрать смерть, когда была возможность? Мучительные вопросы, что всегда остаются без ответов.

Засохшее бурое пятно на предплечье постепенно размокло – ржавые капли скрывались в сливном отверстии. Вода смывала постыдные следы ночных похождений и остатки угрызений совести. Пора было привыкнуть к этой «позорной грязи», но, сколько бы ни прошло лет, Арно смотрел на нее с отвращением. Каждый раз как в первый. Он с тоской думал о том, как найдет помятые брюки и пиджак, выпачканные в крови, и посмотрит на это не с голодным возбуждением, но с отвращением. С таким, какое рождается в момент, когда нерадивый официант слишком долго не убирает со стола тарелку с остатками бифштекса. В этот раз Камиль даже не попытается отстирать вещи. Сразу отправит их в корзину для мусора. Наверное, так и поступают все уважающие себя вампиры! Вампиры…

Легендарные персонажи мифов и страшных сказок, они утратили былое величие (прости, Брэм Стокер, мы все потеряли). Об их потомках сняли столько посредственного дерьма, что опасаться встречи с кровососом в двадцать первом веке мог только ребенок. Из