Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа - Антон Мамон

повелителей ночи и безжалостных убийц вурдалаки превратились в шутку, о которой вспоминают в канун Хеллоуина (да и то лишь те, у кого с фантазией туго). Невероятно, но факт: всего за несколько десятилетий самое опасное и могущественное существо на планете перестало вселять ужас. Образ Носферату канул в Лету. Теперь у нас есть Граф фон Знак или, прости господи, Эдвард Каллен.

Пару дней назад, прогуливаясь по улицам шумного центра, Камиль заприметил пару элегантно одетых дам, неторопливо шагающих под ручку, как глубокие старушки. Внимание привлекла тема их беседы – «вампиры и способы защиты от них». Изумленный Арно незаметно приблизился и, затаив дыхание, приготовился слушать… Какая пошлость! Сто лет назад не существовало никаких «энергетических» и «эмоциональных» вампиров. Теперь же об этом трепятся на каждом углу, морщась с умным видом и понимающе кивая головой.

При этом вам едва ли удастся сыскать того, кто всерьез опасается вампиров. Настоящих, мать их, кровососущих вампиров, что веками кошмарили Европу, а теперь нашли последнее пристанище в ее живописных столицах. Никто не боится и даже не верит в их существование. Разумеется, зря. Будь оно иначе, осталась бы в живых та улыбчивая китаянка, что на свою беду оказалась в районе парка Бют-Шомон глубоко за полночь. Интересно, ее парню уже сообщили скорбную весть? Хотя, если бы красотку ждали дома, ни под каким предлогом она не заговорила бы с незнакомым и довольно жутким на вид мужчиной, коим являлся Камиль…

Вспомнив то, что происходило дальше, Арно брезгливо поморщился и ощутил во рту гадкий, приторно сладкий вкус крови убитой. Еще пару часов назад вся ее жизнь, в малейших деталях и интимных подробностях, была как на ладони, а теперь – совсем ничего! Даже имени вспомнить не удастся. Еще до первых лучей солнца блаженный дурман обернулся головной болью, едва преодолев которую, насытившийся монстр вернулся в свой прокуренный гостиничный номер.

Сцена ночной охоты вспыхнула перед глазами, точно запоздалый слайд. Незнакомка, чей образ вновь обрел четкие контуры, падает на асфальт, зажимая трясущейся ладонью рану на шее. В раскосых, кофейного цвета глазах мечется не то вопрос, не то мольба о пощаде. Издавая прерывистые всхлипы, она пытается отползти, хоть и сама не знает зачем. Все кончено. Это ясно обоим. Приоткрытые губы растягиваются, будто в улыбке. Ноздри раздуваются, всасывая и тут же выпуская прохладный воздух. Шум искусственного водопада становится надежной ширмой: кричи сколько угодно, никто тебя не услышит (хотя с такой дырой в районе глотки и слова не вымолвить). Девушка не плачет, лишь напряженно хрипит, наблюдая за тем, как все ближе к ней подбирается смерть. Не в силах сдерживать животный голод, Камиль одним прыжком настигает слабеющую жертву и прижимает ее к земле, лицом зарываясь в пространство между плечом и шеей. Его зрачки расширяются, пожирая серую радужку, а по телу разлетается блаженная дрожь. Монстр чувствует, как от сексуального напряжения сводит икры…

Резкий толчок в районе солнечного сплетения заставил извергнуть темную, почти черную рвоту, окрасившую кафельный пол и ступни убийцы. Такое случалось и раньше, но привыкнуть к зрелищу невозможно. А потому второй позыв вывернул желудок наизнанку и заставил упасть на колени. Прижавшись одним боком к холодной стене, вампир зажмурился в надежде, что все прекратится… Вода из смесителя продолжала поливать макушку. На этот раз кипятком (так бывало, когда постояльцы из соседнего номера спускали воду в туалете), но сил дотянуться до вентиля или отползти в сторону не было. Все, что оставалось – дальше сидеть на полу, вдыхая тяжелый, влажный пар, наполнявший кабинку…

* * *

Тремя часами позже, поборов тошноту и головокружение, Камиль решил сменить скромное убранство отеля на роскошные интерьеры заведения под названием «Эпикур», расположившегося в стенах отеля «Бристоль», в паре минут ходьбы от Шанз-Элизе (тех самых Елисейских Полей, что вовсе не поля). Три мишленовские звездочки и звание «одной из самых дорогих едален Франции» не оставили ресторану шансов. Под натиском вчерашних плебеев, внезапно разбогатевших или полжизни копивших, он покрылся золотом и канделябрами, завернулся в ослепительно-белые, хрустящие скатерти и, кажется, стал пошлым… как минимум, нарочито безвкусным.

Камиль не считал себя великим ценителем прекрасного, особенно если под «прекрасным» понимался декор в стиле Людовика XIV. Так или иначе, он регулярно наведывался сюда, преследуя одну-единственную цель: как можно быстрее избавиться от «грязных денег», достававшихся ему в качестве трофея по итогам очередного нападения. Купюры, к слову, выглядели по-разному. Иногда были помяты или хранили следы крови прежних владельцев. Как бы там ни было, проблем с расчетом не возникало. Видимо, правду говорят люди: «Деньги не пахнут!»… В отличие от вкуснейших блюд, которые сервировали эпикурейцам на широких плоских тарелках.

Проглотив кусок ягнятины, Арно блаженно закатил глаза. И какому дураку пришло в голову, что вампиры не едят человеческую пищу? Едят, еще как! Порой даже просят добавки. Именно так и поступил субтильный гурман, «прикончив» порцию каре ягненка в гордом одиночестве. Молодой официант, грациозно подхвативший пустую тарелку, заулыбался, выслушав просьбу.

– Превосходный аппетит! В чем секрет вашей стройности? – шепотом выдал «гарсон», чуть склонившись.

– О, поверьте, друг мой, правда вас убьет! – парировал Камиль, качая головой из стороны в сторону.

– Как знать, может, вы и правы! Любопытство кошку сгубило… – еще более мягко и проникновенно сказал юноша, расплывшись в приторной улыбке.

Арно позволил себе не отвечать. В конце концов, он понимал, что этот миловидный брюнет сам не свой в данный момент. Он, как и все, кому довелось напрямую заговорить с вампиром, оказался в его власти, подвергся чарам и пал жертвой дьявольского обаяния. Этому таланту посвящали целые романы и полнометражные фильмы. Но будь ты хоть трижды знатоком кровососущих, осознать мощь их природного магнетизма невозможно… Только почувствовать в личной беседе (после которой редкий везунчик оставался в живых).

Камиль, привыкший к данному обстоятельству, старался не смотреть людям в глаза. И без того приходилось мириться с тем, что каждый живой человек пожирал его взглядом (даже несмотря на излишнюю худобу и черные круги под глазами). Впрочем, иногда это здорово выручало. С таким козырем в рукаве вампир блестяще манипулировал умами. Он завлекал в свое логово симпатичных дурочек и умело отваживал полицию, когда та являлась с ордером на обыск или просто с беседой.

Будь ты несмышленым подростком или серьезным ученым, отрицающим саму идею существования паранормального, упырь все равно подчинит тебя своей воле по щелчку пальцев. Ты утопишь собственное дитя, прыгнешь в жерло вулкана или подставишь беззащитную шею под укус, если он того захочет. Безграничная власть и никаких