Личный менеджер Кощея 1 - Мария Доброхотова

Мария Доброхотова

Личный менеджер Кощея

Глава 1. Если хочешь насмешить Бога

Смерть не входила в мои планы.

Точнее, в планы на тот вечер. Я прекрасно понимала, что однажды окажусь в руках Костлявой, как и любой из нас. Но это знаменательное событие должно было произойти лет через пятьдесят, в окружении любящих детей и внуков, чтобы я могла прохрипеть им на ухо что-нибудь туманное и многозначительное. Например, “Сокровище… под… дос… кой… кххххх…” И коварно испустить дух, чтобы потом на пару с апостолом Петром наблюдать, как мои родственники тщетно перебирают по гвоздю родительский дом. Как видите, сценарий у меня есть всегда и на любой случай, даже на случай смерти. Но, крутясь в колесе своей беспокойной жизни, я постоянно забываю, что больше всего на свете Бога веселят наши планы.

Стоя над собственным переломанным телом, я отчётливо слышала, как эти самые планы осыпаются осколками на асфальт.

“Помада размазалась… И второй подбородок заметно, — рассеянно думала я. — Перед полицейскими стыдно-то как”.

Моё тело (странно, но я себя как будто с ним больше не ассоциировала, оно было моим, но в то же время отдельно от меня, как сумка, пиджак или тапочки) лежало на животе, вывернув руки под странными углами. При столкновении его выкинуло из машины, и теперь оно было неестественным, грязным, изломанным, чужим. Осознание действительности приходило ко мне постепенно, толчками, накатывало волна за волной. Это моё тело. Я его вижу. Со стороны. Моё тело не движется. Под ним что-то красное. Вокруг люди. И мигалки. Машина смята. А я — на асфальте. Это значит…

— Ой, а это вы умерли, да? — раздался над ухом возмутительно бодрый голос.

Я обернулась. Рядом со мной стояла невысокая девчушка, рыжая, с озорными пружинками волос на голове. На ней были короткие шорты и голубой свитер крупной вязки с надписью “Ошибка 404: Душа не найдена”. У свитера был такой широкий вырез, что ворот сползал с плеча, обнажая усеянную крупными веснушками кожу. В руках девчонка держала планшет с тёмным экраном, а сама с любопытством рассматривала моё несчастное тело.

— Да, — с несвойственным мне трагизмом отозвалась я, — это умерла я.

— Понятно, — протянула девчонка и что-то пощелкала на планшете. Экран оставался тёмным. — Странно. В этих списках вас нет… А тут вообще заявки с прошлого квартала. Как они сюда попали?

Я раздраженно потерла лоб. Бардак, везде бардак. Стоило умирать, если и тут нет никакого покоя, ни порядка тебе, ни стройности?

— А вы, собственно, кто?

— О, я Фэйрлайт, — девчонка сунула планшет под мышку и протянула маленькую руку. Кожа у неё была прохладной, и мне показалось, что по телу пробежала восхитительная освежающая волна. А в следующий момент я вспомнила, что тела у меня больше нет. — И.О. Смерти.

Для такой важной должности Фэйрлайт была слишком жизнерадостной. Она улыбалась во все белые зубки, и аккуратные клыки её казались острее, чем необходимо.

— Василиса Петровна, старший менеджер по внешней политике “Пенькофф и Партнёры”, — важно представилась я, пожимая протянутую руку, будто в этом был какой-то смысл. Я старалась не думать о том, что на завтра у меня была назначена крупная презентация для иностранных партнёров, которую, я, очевидно, пропускаю. И даже обрадовалась, что уже мертва. Это лучше, чем попасть в лапы разъяренного Сан Сергеича. — Странная вы Смерть. Я ожидала увидеть мрачное существо. Ну, хотя бы торжественное. Бледное там, в черных одеждах…

— Это у нас к Эстену. Но его срочно вызвали ТУДА, — Фэйрлайт подняла глаза к темнеющему небу, и я тоже посмотрела наверх с таким видом, будто поняла, о чём она. — А я его стажёр. Мне очень нужно, чтобы всё прошло гладко, — доверительно сообщила она. — Эстен не очень мне доверяет. Считает меня… ветреной. Как будто он что-то понимает! Так что давайте всё быстро порешаем, вы отправитесь дальше по лунной дороге, а я утру нос этому снобу в костюме. Идёт?

Лунная дорога… Эти два слова за секунду перенесли меня в прошлое, в детство, когда перед сном мама читала мне книги. Меня окутал запах родительского дома, а еще свежего постельного белья, и мне показалась на сладкое и мучительное мгновение, что я вижу золотой свет, льющийся от моей настольной лампы, и слышу далёкий мамин голос.

“Мам, а я умру?” — спрашивала я.

“Мы всё умрём, — мягко отвечала она. — Но с тобой это произойдет очень, очень нескоро”.

“А что будет, когда я умру?”

“Твою душу позовёт Бог, и ты поднимешься к нему по дороге из лунного света. И увидишь перед собой золотые Врата, а за ними — райский сад…”

Воспоминания эти ударили по мне куда сильнее, чем вид собственного тела, которое уже накрыли черным материалом и куда-то волокли. Вся моя сила, храбрость, бравада рассыпается, мой панцирь профессионального менеджера трескается и отваливается, оставляя перед рыжей Смертью несчастную перепуганную душу, такую же уязвимую, как и в момент своего появления.

— Я что, пойду по лунной дороге? — спросила я слабым голосом.

— Ага, — отозвалась Фэйрлайт, щелкая по чёрному экрану. Её лицо едва заметно помрачнело, между бровей залегла морщинка. — Каждому да воздастся по вере его — вот девиз нашего департамента… Ничего не понимаю!

Она отвела планшет подальше, будто это могло ей помочь видеть лучше, потрясла его. Я заглянула в экран, он оставался невозмутимо черным, матовым. Если бы не моё тело, которое грузили в машину, я бы решила, что надо мной кто-то зло шутит.

— Как это — идентификатор души не совпадает? Вас нет ни в одном списке… Нигде! Что же это такое? — Фэйрлайт судорожно проводила по темному экрану, будто листала страницы. — Этого не может быть. Никогда такого не встречала. Даже если умирает раньше времени… Все равно… Бред какой-то!

Фэйрлайт опустила руки и уставилась на меня с таким видом, будто это я виновата в их бюрократии.

— Что вы натворили?

— Я-то тут причём? Надо было акты составлять, документы все подгружать вовремя. Вот вечно так, — я вздохнула, — ничего по правилам не делается, а Василисе перед проверкой бегай, собирай бумажки.

Фэйрлайт фыркнула и снова уткнулась в планшет, и спустя минут пять вдруг воскликнула:

— Поверить не могу! Контракт! И как назло в тот самый момент, когда Эстена нет рядом. Ох, ну за что мне это? — простонала она в безучастное тёмное небо.

Я осторожно тронула её за плечо.

— А что, собственно,