Космос.Today III - Евгений Адгурович Капба

Космос.Today III

Глава 1

Обнаруживается хозяин гостиницы

Где-то в глубине представительства Доминиона зазвенел зуммер, ворота цокольного этажа поднялись, из сияющего слепяще-белым светом туннеля вышли командиры экипажей в сопровождении разведчиков. На контрасте с матово-черным геометрическим зданием казалось, будто открылся портал в другое измерение, не меньше.

Нефоры держались напряженно, настороже: цепкими взглядами осматривали окрестности, пальцы легионеров лежали на спусковых крючках. После того, что случилось с гостиницей «Космос», такие предосторожности не казались мне лишними. По всему выходило: тут, на Убахобо, да и вообще — в Доминионе, в Легионах происходило что-то еще, не связанное с освобождением миров рефаим от влияния Системы. Просто нас, нижних чинов, если можно так выразиться, держали на информационной диете.

«Каждый солдат должен знать СВОЙ маневр!» — именно так, с акцентом на «свой» произносил эту суворовскую фразу легат Верхотуров. Я смотрел пару его интервью для пресс-службы и видео публичных выступлений. Вялотекущая грызня между Легионами с подлянками и подставами для друзей-врагов? Противоборствующие группы внутри Доминиона? Агентурная сесть Системы — что-то вроде терминаторов Т-1000, которые внедряются в общество, чтобы уничтожить изнутри? Какие-то другие, неизвестные нам инопланетяне? Беспредельщики? Террористы? Сектанты?

Гадать было бессмысленно. Но после смерти Сомова и пожара в гостинице, к которой вел след — в совпадения я верить отказывался. С другой стороны — легату, Доминиону, галактике и всей Вселенной наплевать было на всё, во что верил или не верил отдельно взятый Тимур Сорока. Не те масштабы. Важные дяди, небось, не лаптем щи хлебают! Что-то там себе соображают, предпринимают меры, держат на контроле и ставят галочки где надо.

Славин, который возглавлял процессию, сказал что-то и погрозил пальцем. Под куполом Убахобо шлемы мы не надевали — предпочитали алые легионные береты, так что сути его реплики мы не услышали. Командиры рассмеялись и направились к машинам. Я смотрел на Багателию: он нес в руках матовый черный контейнер кубической формы — точно такой же, как и у остальных. Каждому из пяти экипажей достался совершенно одинаковый на первый взгляд груз. Наниты?

Одиссей Хаджаратович, Бошетунмай и Хриплый подошли к нашему «мастодонту», Бляхер открыл створки задней двери медэвака, я мигом распахнул крышку одной из медкапсул. Именно здесь, в высокотехнологичном саркофаге, в полной безопасности, должен был находиться драгоценный контейнер.

— Ора, я хочу, чтобы вы понимали, — проговорил Багателия, когда груз закрепили внутри, медкапсулу закрыли наглухо, и все мы собрались внутри медэвака. — Пять контейнеров, совершенно идэнтичных, одинаковых на вид. И на вэс тоже. Но! В каком из них находятся наниты — мы понятия не имеем, швахама? Может быть — в одном. Может быть — в трех. Или во всэх! Это знает только Доминион и командование. Сэйчас мы разделимся, у каждого экипажа — свой маршрут, свое время отбытия из Аньямы. И свои точки, которые прэдстоит посетить. Мы ведь приехали за медикаментами, помните?

Мы покивали. Одиссей Хаджаратович быстро глянул на меня и продолжил:

— Наша точка — госпиталь. Заберем кое-кого до Драмсарая, у человэка досрочно командировка окончилась. Нэ смотрите так — поместимся! И препараты заберем, пару ящиков. Уасся, опять смо́трите? В мэдкапсулы положим, айей? Вы на броне сюда ехали — нормально было, чего теперь начинаете, мои золотые? На БДК отдохнете! Сорока, в госпиталь пойдем с тобой, остальные — на парковке, за старшего — Падаван.

Падаван кивнул. Он, как я понял, тоже имел звание центуриона, просто нефоры в основном плевали на иерархию с высокой колокольни: даже нашивки почти никогда не носили, не светили своими «галочками» на рукавах. Разве что на парадах и официальных мероприятиях. Нередко у них и декурион центурионами командовал, если того требовала ситуация, а соответствующие компетенции имелись только у конкретного человека.

— Поехали? — спросил Палыч. — У меня тут на навигаторе точка уже стоит.

— Поехали, раз стоит!

На сей раз на броне никто не сидел, мы теснились в медэваке. С другой стороны, «теснились» — это я погорячился. Помню, как-то с товарищами на восьмерых заталкивались в один фольксваген «Гольф» — вот это настоящие пятнашки! И какое удивление было у двух хамов на джипе, которые сами нас же подрезали и сами же решили бычить, и вдруг оказались лицом к лицу с восемью очень раздраженными мужчинами… В общем — в медэваке всем нашлось и место, и вода, и перекус. Мастодонт — машина вместительная!

А Яма, или — Аньяма, если угодно — город большой. До госпиталя мы добирались минут двадцать или тридцать! Наверное, под куполом (точнее, под целым их каскадом) тут жило тысяч двести рефаим, которых в свое время освободили от Системы. У многих в затылке — нерабочий имплант, без этой штуки в приличном системном обществе существовать было не принято. Но и после изгнания Системы с Убахобо удалять такое сомнительное украшение некоторые из эльфов не торопились: кто-то, например, работал напрямую с механизмами, как пилоты ОБЧР, другие боялись трогать — а ну, как центральную нервную систему повредит и имбецилом станешь? Ну да, можно подлечиться — но дорого же!

— Слушай, а бонусы у них тут ходят? — спросил я Лилу. — Или какая-то другая валюта?

— Ну, ты и вопросы задаешь! — удивилась девушка с фиолетовыми волосами. — Бонусы точно принимают, я тут себе как-то такой бодик купила классный и чулки, и…

Тут она покраснела, закончила скомканно:

— … в общем, наши бонусы точно они принимают. А есть у них своя валюта или нет — никогда не задумывалась.

— Есть, — сказал Хриплый, который внимательно слушал наш разговор, особенно — про чулки. — Называются вОлы. Но легионерам они не полагаются. Мы можем приобретать кое-что за бонусы, но в строго обозначенных магазинах и кафешках. Особенно не разгуляешься. К тому же — почти все из того же ассортимента, что есть на дредноуте. Кроме нижнего белья, похоже…

Машина в этот момент закачалась, явно нарезая какие-то хитрые маневры, пошла задним ходом и остановилась.

— Приехали, — сказал Палыч, который был удивительно немногословен.

— Сорока, на выход. Остальные — рассрэдоточиться вокруг машины. Внутри остаются Палыч и Раиса, — скомандовал Багателия. — Винтовку не бери, рэвольвера хватит, воевать там не будем.

Он-то выбрался из кабины, а я-то проталкивался между закованными в средний боевой доспех бойцами! Матерясь, похихикивая и комментируя варианты — к кому лучше поворачиваться задницей,