Я есть Закон! Том 2 - Алексис Опсокополос

Алексис Опсокополос, Денис Деев

Я есть Закон! Том 2

Глава 1

Обеденное время подходило к концу, я сидел за небольшим столиком на летней площадке кафе и неторопливо попивал горячий чёрный чай. За прошедшее время я неожиданно для самого себя привык к этой странной традиции аборигенов — начинать рабочий день с чашки чая, пить его в обед и вообще употреблять при любом удобном случае. С точки зрения абсолютной эффективности это отбирало драгоценное рабочее время. Но моя человеческая природа требовала этого ритуала, и я смирился. К тому же если быть до конца откровенным, работы сейчас особо и не было.

Незаметно пролетели две недели с того знаменательного дня, как я отвёз Светлану к отцу и успешно обломал коррупционную схему с реновацией нашего дома. Поток клиентов в конторе не то чтобы иссяк, но заметно поредел. В лучшем случае к нам заглядывал один человек в день с какой-нибудь бытовой проблемой, я составлял бумагу, и на этом всё заканчивалось. Олег Борисович за всё это время в офисе не появился ни разу. Получив на руки солидный гонорар от Вовчика, шеф решил, что заслужил отдых, взял жену и радостно поехал в отпуск — как он выразился, на юга.

Но хоть шефа и не было на работе, моя внутренняя дисциплина не допускала поблажек: я честно отсиживал на рабочем месте с утра до самого вечера, поддерживая функционирование нашей юридической конторы. И занимался единственным незакрытым оперативным вопросом — делом по салону красоты. За эти две недели я трижды ездил в районный отдел полиции, чтобы забрать официальное постановление по нашему заявлению. И все три раза они переносили сроки.

Однако сотрудники полиции выбрали не того противника. Осознав суть их саботажа, я составил юридически безупречную жалобу на их бездействие и направил её прямиком в районную прокуратуру. Эффект оказался мгновенным: сегодня утром мне позвонили из отдела и предельно вежливым тоном пообещали выдать все бумаги на руки.

Ещё я все эти дни постоянно вспоминал Свету. Это было странно, но я удивительным образом привязался к этой девочке. В первые дни после переезда она звонила стабильно, каждый вечер — строго отмечалась и докладывала обстановку. Потом звонки стали реже. Но судя по её бодрому голосу и увлечённым рассказам про обустройство быта, адаптация к жизни с Фискиным проходила успешно, и всё у неё было действительно хорошо.

Что касается нашего многострадального дома, то там пока царило затишье. Застройщик Константин после сокрушительного фиаско на собрании куда-то исчез. То ли окончательно смирился с потерей объекта, осознав бесперспективность борьбы с независимой экспертизой, то ли просто совершил тактическое отступление и сейчас в тишине кабинетов готовил новый, более изощрённый удар. Я склонялся ко второму варианту, но действовать на опережение без фактов не мог.

Зато кто точно не собирался сидеть сложа руки, так это Марина. Соседка развела просто невероятно бурную деятельность. Вдохновлённая нашей победой, она вознамерилась устроить официальные перевыборы председателя ТСЖ и легально свергнуть проворовавшегося Юлиана, пока тот не успел окончательно подчистить следы своих финансовых махинаций. А потом намеревалась ещё и засадить его в тюрьму за воровство.

Я сделал ещё один глоток чая и перевёл взгляд на городскую суету. С самого первого дня моего пребывания на Земле я не переставал поражаться одному фундаментальному парадоксу: правонарушения здесь совершались на каждом шагу. Я окинул взглядом улицу. Перед летней площадкой кафе пролегал широкий тротуар. Обычные люди, спешащие каждый по своим мелким делам. И они нарушали! Нарушали беспрестанно, непрерывно и бездумно.

Вот женщина средних лет с тяжёлыми пакетами вдруг сорвалась с места и побежала прямо через оживлённую проезжую часть, лавируя между гудящими машинами. При этом до безопасного, оборудованного подземного перехода было от силы метров пятнадцать.

Чуть поодаль девочка выгуливала чёрную овчарку. Собака шла спокойно, ни на кого не кидалась, но на ней не было ни намордника, ни поводка. Прямое нарушение правил выгула домашних животных.

Мой взгляд скользнул к яркому киоску с шаурмой на углу. Продавец взял у клиента смятые купюры, отсчитал сдачу, а затем, даже не помыв руки и не надев перчатки, тут же принялся заворачивать мясо и овощи в лаваш для следующей порции. Грубейшее нарушение санитарно-эпидемиологических норм. Я тут же сделал себе жёсткую мысленную пометку: держать свою биологическую оболочку как можно дальше от подобных точек общепита.

Земляне — это тотально алогичные существа! Они тратят колоссальные интеллектуальные ресурсы, чтобы писать законы, регламентировать правила безопасной жизни, а затем… нарушают их каждую секунду. Я искренне не понимал такого подхода. Зачем создавать кодексы, если вы не собираетесь их соблюдать⁈

Причём плотность этих мелких, бытовых правонарушений была настолько высокой, что бороться с ними было бессмысленно. Если я начну реагировать на каждого пешехода-нарушителя или продавца без перчаток, моя биологическая оболочка состарится и умрёт естественной смертью задолго до того, как я приведу в порядок хотя бы один городской квартал.

И из всего этого следовал только один рациональный вывод. Мне остаётся лишь игнорировать этот административный информационный шум. Сосредоточиться на главном: как можно быстрее наполнять энергией Ядро Истины, занимаясь исключительно крупными, значимыми делами, где восстановление Закона даёт максимальный резонанс.

Я допил чай и посмотрел на часы в телефоне. Пора было возвращаться к исполнению своих прямых обязанностей — точнее, к физическому присутствию на рабочем месте. Я расплатился, встал из-за столика и, строго соблюдая правила дорожного движения, по пешеходному переходу пересёк улицу, направляясь к нашему бизнес-центру.

Войдя в наш офис и закрыв за собой дверь, я сразу же услышал, доносившийся из кабинета шефа голос Манькова:

— Таранов, ты?

— Я, — ответил я, проходя к шефу.

Тот сидел за столом, откинувшись в кресле — отдохнувший, посвежевший и покрытый южным загаром. Он оглядел меня, усмехнулся и произнёс:

— Соизволил-таки на работу прийти к обеду?

— Я с утра на работе, — ответил я. — А вот вы сейчас должны быть на отдыхе.

— Должен, но не обязан! — самодовольно заявил шеф. — Вот, решил вернуться пораньше. Захотелось посмотреть, как ты тут без меня, Таранов. Ходишь ли вообще на работу. И ведь не зря решил проверить! Отлыниваешь, молодой человек…

— Олег Борисович, сейчас без пяти минут два, — ответил я. — Официальное время обеденного перерыва.

Шеф посмотрел на настенные часы и разочарованно признал он своё тактическое поражение:

— Промахнулся.

— К тому же, — резонно заметил я, — вы вполне могли удалённо проверить по электронной