Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

Исчезнувшие девушки

— Мне здесь не нравится, — проныл Джин Хо, оглядывая тесный полутёмный зальчик дешёвого трактира. В эту мрачную полуподвальную комнату с каменными сводами вмещалась только четыре стола со стоявшими вокруг них грубыми скамьями. В углу, возле маленького очага хлопотала хозяйка — дородная румяная женщина в тёмном платье и сером переднике. Её поседевшие волосы были упрятаны под накрахмаленный чепец, а из закатанных рукавов виднелись большие, по-мужски сильные руки. — Зачем мы пришли сюда? — враждебно взглянув на неё, спросил кумихо. — Почему нельзя было остаться у тебя? Здесь темно и грязно, полная антисанитария и к тому же наверняка невкусно кормят. Я хочу к тебе, в нашу маленькую уютную гостиную с растопленным камином, белой скатертью на столе и фарфоровой посудой. И что б нам принесли что-нибудь, приготовленное твоим поваром, грушевого вина и десерт с кремом. А не вот это вот всё!

— Ты же сам вызвался идти со мной, — пожал плечами Марк. В этот раз он был одет в чёрную суконную куртку военного образца, и меч на его перевязи был обычным, без герба и излишних украшений. — Я сказал, что мне нужно встретиться здесь со своим осведомителем и предлагал подождать меня в той самой гостиной, но ты увязался за мной.

В трактирчике они были единственными посетителями. Обеденный час ещё не наступил, к тому же тёмным днём мало кто наведывался сюда ради выпивки. Это был ремесленный квартал, и его жители занимались своими делами, зарабатывая на хлеб себе и своим семьям. Именно потому Марк и выбрал его для этой встречи.

Хозяйка тем временем вытащила из зева своей печурки противень с большим пирогом и ловко переложила его на деревянное блюдо. С радушной улыбкой, открывавшей её тёмные, гнилые зубы, она подошла к столу и поставила угощение перед гостями. Лис немного испуганно взглянул на неё, а потом на пирог. Однако уже спустя мгновение, его тревога сменилась заинтересованностью, и он потянул носом струящийся от блюда запах.

— Принеси нам ложки, кружки и кувшинчик вишнёвого эля, мамаша Клоди, — ласково улыбнулся ей Марк, и когда она отошла, обратился к Джин Хо: — Это пирог с зайчатиной, ради которого сюда наведаются посетители даже из богатых кварталов. Так что перестань капризничать и просто получи удовольствие.

— Ты сказал что-то про вишнёвый эль? — лис облизнулся длинным, розовым языком и подтащил к себе блюдо.

— Он тоже очень хорош. Его варят в пивоварне святого Доминика. Дочь мамаши Клоди замужем за старшим пивоваром, и он исправно поставляет сюда бочонки этого живительного напитка.

— Ладно, я на тебя не сержусь, — великодушно улыбнулся лис и, кивнув вернувшейся трактирщице, схватил принесённую ложку, в то время как Марк, усмехаясь, разливал душистый эль из большого глиняного кувшина.

Они успели выпить по кружке, закусив эль пирогом, когда где-то наверху хлопнула дверь и по каменным ступеням зазвучали лёгкие шаги. Вскоре в зальчик спустилась высокая девушка в узком расшитом корсете, надетом на блузу из тонкого кружева, и широкой синей юбке. Её пышные рыжие кудри были собраны в небрежный узел на затылке, из которого торчали большие шпильки, украшенные мерцающими камушками. Она была очень хороша собой, но её круглое, румяное личико омрачала тревога.

Приветливо кивнув хозяйке, она сразу направилась к столу, за которым сидели друзья, и уселась на скамейку.

— Благодарю вас, мой господин, что вы согласились встретиться со мной, — произнесла она, взглянув на Марка. — Мне так неловко, что вы вынуждены были идти сюда ради этого! Мне нужно было явиться к вам в Серую башню, но не хотелось, чтоб об этом разговоре узнал кто-то посторонний.

— Тебе не о чем беспокоиться, моя милая Виолетта, — нежно улыбнулся ей Марк. — Как видишь, мы воспользовались этим случаем, чтоб отведать пирога мамаши Клоди и запить его вишнёвым элем. Присоединишься к нам?

— Тут и двоим мало! — проворчал лис, сурово взглянув на неё.

Она немного смутилась, но потом пожала плечами.

— Мне не хочется есть, ваша светлость. Я едва встала и доела пирожные, которые вечером принёс мне мой постоянный клиент. Он кондитер и часто балует меня своими сладостями. Так что нет, я не голодна.

— Что ж, я готов выслушать тебя, — Марк вытащил из кармана платок и за неимением салфетки вытер им жирные от пирога руки. — У тебя есть какая-то полезная информация для меня?

— И да, и нет, — проговорила она, бросив на лиса тревожный взгляд. — Скорее, я пришла, чтоб просить вас о помощи. Я пыталась найти её в полиции магистрата, но меня не стали слушать, а когда я попыталась обратиться к господину Буланже, он накричал на меня, пригрозил публичной поркой и выгнал.

— Вот как, — нахмурился Марк. — Чем же ты так не угодила ему, моя красавица?

— Я лишь просила его выяснить, куда пропадают с улиц наши девушки, — вздохнула она. — Сами знаете, работа у нас опасная, в городе много злых людей и всяких извращенцев. Кому-то из нас удаётся устроиться в заведение под опеку хозяйки, кого-то защищают сутенёры или дружки, а остальные, как мы, держатся вместе и приглядывают друг за другом. Но всё же иногда случается что-то плохое и девушка пропадает. Если она становится жертвой какого-нибудь злодея, то вскоре её тело находят на окраине или в укромном месте. Редко, когда она исчезает без следа. Но за последнее время такое случилось трижды. Сначала пропала Крошка, молоденькая девчушка лет пятнадцати. Она, несмотря на возраст, была бойкая, носила в рукаве нож для обороны и, уверяю, умела им пользоваться. Она простояла всю ночь с подружками в конце улицы Цветочниц, а под утро отправилась в свою каморку, которую снимала с двумя другими девушками, да только дотуда не дошла, как в воду канула. Сначала мы решили, что она подцепила клиента, и он увёл её к себе домой. Ждали, что скоро она вернётся, только она не появилась ни живая, ни мёртвая. Через пару недель исчезла Магот, она была старше нас, да и внешность у неё на любителя, потому она иногда подрабатывала ворожбой. В тот вечер её пригласила к себе вдова старосты цеха красильщиков, чтоб обсудить дату свадьбы дочери. От неё Магот вышла, вот только