Я великий друид которому 400 лет! Том 13 - Дмитрий Дорничев

— Смотря, что ты имеешь в виду. В одном сражении эти игрушки победят. А в войне от них не будет толку.

— Почему?

— Потому что демоны плодятся быстрее, чем люди будут строить эти игрушки, — хмыкнул Чёрный. — Ты посмотри. Эти их ракеты… Их мало! Достаточно одной стаи смертокрылов, и они помножат на ноль десяток вертолётов. А потом они нападут на деревню, сожрут там всех и восстановят свою численность.

— Демоны просто истощат ресурсы людей! Поняла… А если среди людей будут маги?

— Насколько много?..

— Вон, тысяча уже есть. Эта тысяча может обучить сто тысяч магов. Они создадут магические предметы, оборудуют вертолёты барьерами, а ракеты будут с магическим наведением, — предположила Белая.

Чёрный посмотрел на богиню, а миг спустя выматерился.

* * *

Ферма.

Более недели спустя.

5 июня 2028 года.

— Почти! Давай! Тужься! — кричала Любава, а я хохотал.

— Это же не роды! Она кислотой прожигает себе путь наружу.

— Вижу головку! Ух! Какая рожа! — расхохоталась девушка, смотря на кокон на ветке кушаши. И из него показалась мордочка бабочки.

(Вот рожа. Фотка из инета.)

Бабочка шелкопряд вылезла из кокона и расправила свои массивные крылья. Они выглядели так, словно их связала бабушка. Да и вся бабочка такая… Жирнющая, белая, меховая, словно сама из шёлка состоит. Глаза большие, тёмно-коричневые.

Выбравшись из кокона, она сперва потрясла головой, а потом и всей тушкой. А тушка немаленькая! Пять сантиметров в длину. Это почти как мой мизинец! И размах крыльев около восьми сантиметров.

Такая тушка если сядет на цветок, станет серьёзным испытанием для него! И раскрыв пасть, бабочка побежала вперёд, по ветке и, отгоняя молодых гусениц, набросилась на лист.

— А разве шелкопряд может есть? — спросила Кристина.

Здесь все наши собрались, кроме Сергея, который в Афганистане. Ну и Ли с Сюемэй в Китае. Урожай риса уже набрал критическую массу, и его теперь можно сажать. Как раз июнь — время для посадки риса. Посмотрим, что получится.

— Наш шелкопряд ест. Всё же кто будет ухаживать за шелкопрядом? Это очень трудозатратный процесс. Так что они сами. Всё сами.

— Ты хочешь, чтобы шелкопряд сам о себе заботился?.. — опешила та.

— Ага.

Я кивнул в сторону, где летали несколько этих жирных бабочек. Они постепенно расселяются на другие деревья. Далеко не все гусеницы выживают. Даже из второго поколения выжить способно не более пятой части… Но это сложный процесс эволюции. У нас тут несколько поколений, которые появились от гусениц, и несколько поколений от яиц.

Модификации у них разные, и по факту, у нас здесь с десяток видов шелкопряда. Кто выживет, тот выживет… Но! Шёлк мы уже собираем. Правда, пока он не шибко отличается от обычного. Ну и пока у нас лишь «рваный шёлк».

Обычно шёлк собирают до того, как вылупится бабочка. Мол, кокон состоит из одной длинной нити, а бабочка рвёт эту нить, когда выбирается из кокона. Так что, да, как-то так. Но даже такой шёлк лишним не бывает. Плюс, Инди может соединить нить. В этом нет особых проблем.

— Но какая же она жирная! — восхищалась или поражалась Амерта. Она потыкала бабочку в бочину, но та игнорировала мексиканку и продолжила есть.

— Будут ещё жирнее и больше, — ошарашил я всех.

— А они тут не сожрут всё? — спросила Ночь.

— Нет. Листья кушаши очень питательны и массивны, так что всё нормально, их хватит. Да и мы будем поддерживать определённую численность шелкопряда.

Мы пошли вдоль частокола, почти полностью покрытого мхом, и я вдохнул полную грудь этого воздуха. Зелёный коридор был полон маны природы и немного маны воды. Влажность здесь стояла высокая, температура в районе двадцати шести градусов. Выше нельзя. Ниже двадцати четырёх тоже. Кушаши — слишком прихотливое дерево, и с этим ничего не поделаешь. Лишь создать подходящие условия.

Вот только плоды пока не торопятся созревать. Эх… Хочу эльфийскую ткань… Но нужно не меньше месяца подождать до первого урожая.

— Сколько их там! Ух! — ахала Любава, увидев дерево, облепленное гусеницами. И да, их там была сотня, а то и две сотни гусениц. Свежий выводок. Завтра останется штук сорок…

— Их какашки — это удобрение, — удивил я всех. — Гусеницы растут на природной мане, так что она и в их «лепёшках» содержится. Поэтому гусеницы удобряют и дерево, и мох. Тут всё продумано, не переживайте. Система полностью самодостаточная.

Мы пошли дальше и вскоре вышли из Третьего кольца. В полях же Внешней фермы, которая теперь — «Второе кольцо», работали люди, собирая клубнику и виноград, а мы пошли в Центральную ферму.

Последние полторы недели были тяжёлыми для всего мира. Мы летали в Африку, Ближний восток и даже у арабов немного полетали, собирая кристаллы.

Но это была бойня… Меня пять раз вертолёты атаковали! Пришлось их сбить. Теперь, помимо англичан, которые всё ещё воют из-за МИ-6, воют и французы, которые оказались наглее даже американцев.

Народу в Африке полегло просто не счесть… Африканские пустынные племена, террористы, местные власти, различные ЧВК и наёмники, а также отряды различных стран, включая Индию и латиносов, бились за кристаллы…

Так что я полетал там четыре дня и, плюнув, вернулся на ферму. Мы собрали две с лишним сотни кристаллов, и дальше конкуренция была такая, что оставалось только убивать. Этого мне не хотелось, и я улетел.

Но многие остались, и вот сейчас идёт вой на весь мир. Все друг друга обвиняют, угрожают и что-то требуют. В общем, англичан со своим МИ-6 уже не слышно, потому что слышно всех остальных.

Да и англичане, судя по новостям, ограничились лишь воем, ну и какими-то бесполезными санкциями. Похоже, из-за похищения «сэра» англичане и правда в незавидном положении. Но образ «хищника с острова» нужно поддерживать. Вот и лают.

Ладно. Мы вернулись домой и продолжили заниматься делами. Нужно броню и оружие делать. Всё же после последнего метеоритного дождя уровень маны в мире поднялся в среднем на единицу. Это много! Чертовски много!

К примеру. Когда я первый раз был в Москве, концентрация маны там варьировалась от полутора до двух единиц. Сейчас там от трёх до трёх с половиной. Это почти