Восточное направление - Роман Борисович Грибанов

пределами охраняемой американской зоны. Нао проверил оба выхода из туннеля. С их помощью подобраться под водой к американским кораблям было возможно, но были серьезные трудности. У 65-й группы специальных операций не было гидрокостюмов и аквалангов. Только простейшие дыхательные трубки и ласты. А туннель был заполнен токсичными отходами, причем пары вредных веществ на поверхности были такой степени концентрации, что вызывали слепоту у человека. Нао и его людям при движении в туннеле приходилось закрывать глаза, чтоб не ослепнуть. Кроме того, необходимо было тщательно мыть тела после операции, чтобы избавиться от весьма специфичных запахов, чтобы избежать обнаружения и ареста.

При подготовке операции Нао измерил сечение туннеля, чтобы понимать, каких габаритов бомбу они могут протащить через туннель. Наконец, девятого октября, когда авиатранспорт «Кор» снова прибыл в Сайгон с грузом вертолетов, бронетранспортеров и артиллерии, они совершили первую попытку. Нао вместе с другим бойцом отряда, Нгуен Ван Кеем, вечером девятого октября протащили через туннель взрывное устройство, в котором было 80 килограммов пластиковой взрывчатки, успешно закрепили ее под днищем транспорта и ушли обратно в туннель. Но взрыва не последовало, поскольку аккумуляторная батарея на бомбе оказалась разряженной. Чтобы сохранить операцию в секрете, бойцы вернулись к транспорту и сняли бомбу. Вскорости авиатранспорт «Кор» с его ничего не подозревающей командой, разгрузившись, ушел обратно в США. А Нао пришлось сообщать о провале миссии в штаб военного района Сайгон Гия-Динь. Но Тран Хай Фунг не выразил разочарование неудачной попыткой, наоборот, он ободрил Нао, выразив надежду, что в следующий раз его людям получится уничтожить корабли, постоянно привозящие смерть во Вьетнам.

И вот теперь, вечером 30 октября, разведчики Вьетконга заметили авиатранспорты «Кард» и «Кор», проплывающие через залив Ганх Рай, чтобы зайти на рейд Сайгона и далее, в устье Тху Вай. Они загрузились в портах США еще до начала войны и благополучно пересекли Тихий океан. Утром они пристыкуются к причалам для выгрузки, поэтому операцию надо начинать сегодня ночью. Вечером Нао, вместе с двумя своими бойцами, Нгуен Пху Хунгом и Нгуен Ван Кеем, поплыли на сампане вниз по реке Ланг Тяо. На дне сампана, под циновками, лежало снаряжение и три бомбы с таймерами и новыми аккумуляторными батареями. Сами бойцы были одеты, как простые крестьяне, и не имели никакого оружия. Лишь у Хунга была в кармане одна ручная граната, на самый крайний случай. Уже в нижней части города их остановил катер полицейского патруля. Хунг уже хотел достать ручную гранату, чтобы подорвать сампан со всеми, но Нао сказал ему:

– Подожди. Это полиция, не американцы. Может, мы сумеем откупиться.

– Кто вы такие и куда плывете? – спросил их командир полицейского катера.

– Мы крестьяне из Трунг Там, хотим направиться пораньше на рынок в Тиен Лиен, чтобы купить одежду, – ответил Нао.

– Плавать по реке в такое время запрещено! – обрезал полицейский.

– Пожалуйста, пропустите нас. Рынок открывается рано утром, работает недолго. А в Сайгон нам плыть далеко, да и дорого там, – взмолился Нао.

– Если вы плывете за покупками, значит у вас есть деньги? – многозначительно спросил командир полицейского катера.

– Есть, но совсем немного. Но мы дадим вам тысячу донгов, если вы нас пропустите, – ответил Нао.

Тысяча донгов, это примерно два американских доллара. Чтобы избежать досмотра своего сампана, Нао предложил бы полицейскому взятку в гораздо большую сумму, но это сразу бы вызвало подозрение. Откуда у нищих крестьян большие деньги?

– Ладно, что еще с вас взять, давайте. Но чтобы все деньги на рынке не подумали тратить! Когда будете плыть обратно, заплатите мне еще тысячу, – потребовал полицейский. Уже тогда южновьетнамская полиция была широко известна своей коррумпированностью.

Наконец взволнованные непредвиденными трудностями бойцы прибыли к началу туннеля. Привязав сампан в укромном месте, они начали транспортировку бомб по туннелю. Все обязанности они заранее распределили между собой. Нао направился к «Кору», Кей и Хунг к «Карду». Нао быстро установил свою бомбу на корпусе судна, чуть выше уровня воды, возле трюма, в котором, по информации, полученной ранее от грузчиков, обычно перевозились боеприпасы. Подключил батарею к проводам и установил задержку таймера на один час и десять минут. Потом он, стараясь не шуметь, быстро поплыл к авиатранспорту «Кард». Он стоял чуть дальше, и когда приплыл Нао, Хунг и Кей еще только заканчивали крепить свои бомбы. Одну бомбу установили напротив трюма с авиационным топливом, вторую в районе двигательного отсека. Нао как раз прибыл в тот момент, когда Хунг подключал провода к батарее. Тщательно проверив установку и таймеры обеих бомб, бойцы поплыли обратно. Забравшись в сампан, они поплыли вверх по реке. Полицейский катер ожидал их на прежнем месте, командир его хотел получить еще тысячу донгов. Но не успел сампан Нао с товарищами подплыть к борту катера, как в районе порта прогремел сильный взрыв, потом еще и еще. После третьего взрыва прогремел еще один, да такой мощный, что стоящие в катере полицейские попадали на дно катера. Небо над портом озарила ярко-бордовая вспышка, которая переросла в огромный факел пламени, стоящий над рейдом. В ее свете даже видны были бронетранспортеры М113, которые перевозились на палубе транспорта. Сейчас они, медленно кувыркаясь, летели в воздухе. Патрульный катер, не дождавшись тысячи донгов, завел двигатель и помчался вниз по реке, в порт.

Авиатранспорт «Кард» горел целых двенадцать часов, выгорев дотла. «Кор» взрыв вообще разорвал на две части. Вся команда, находившаяся на кораблях, погибла. Инфраструктура порта Сайгона тоже получила большие разрушения. Жертв среди мирного населения было немного, сказалось слишком раннее время подрыва. Пострадали в основном полицейские и военные, находившиеся в патрулировании поблизости. А американцы недосчитались четырех тысяч тонн боеприпасов, шести тысяч тонн авиационного топлива, 24 вертолетов СН–21, полутора сотен бронетранспортеров М113, дюжины 105-мм гаубиц, трех десятков легких танков М24 и прочего имущества. Когда к месту катастрофы срочно прибыли ныряльщики US NAVY, старший группы, Рой Боем, по остаткам одной из бомб, выдал заключение, что это был заряд, который используется силами специальных операций военно-морского флота США. Боем отметил в своем рапорте, что это работа дезертиров из южновьетнамского военно-морского подразделения.

А в ДРВ впоследствии была выпущена почтовая марка, которая называлась «Авианосцы Америки, потопленные в гавани Сайгона».

31 октября, ханойское время 06:15. Отель «Бринкс», Сайгон, известный как «офицерский квартал Бринкса».

К осени 1962 года в Южном Вьетнаме находилось уже более пятнадцати тысяч американских военнослужащих. Они были в разных местах, но высокопоставленные офицеры армии США в основном предпочитали проживать не в казармах своих частей, а в гостиничном комплексе Бринкс. Сам шестиэтажный отель, построенный совсем недавно французскими