Хранитель ночи - Алеана Ром

обнять её, и сказать, что все будет хорошо. Потому что он даже не представлял, какого это когда ты вдруг вспомнил о том, как был человеком. Но не стал. Не настолько крепкие у них были отношения, чтобы жница смерти позволила её обнять. Поэтому кумихо ограничился только поддерживающим прикосновением к плечу.

В кармане Минхо завибрировал телефон, им показалась, что так настойчиво гаджет никогда не работал. Они замерли. Очень странно, с учетом происходящего и такого личного момента отвлекаться на телефонный звонок. Но интуиция подсказывала, что это очень важно и срочно.

Минхо вытащил телефон и чуть не выронил его из рук на песок.

— Ли Бён? — удивился вслух он. Хеа тоже вскинула брови вверх, кого угодно она ожидала, но не звонок от пульгасари. Кумихо решил поставить на громкую связь. Едва нажал на зеленую кнопку, как раздался взволнованный голос:

— Быстрее в магазин. Сок напал на Юна, — и Ли Бён отключился.

Хеа с Минхо не сговариваясь побежали в сторону перекрестка. Хеа сожалела, что так опрометчиво оставила Юна одного, когда Сок приходил и угрожал ей в открытую. Точнее не ей, а дракону. Просто не ожидала, что жнец смерти так быстро решиться действовать. Поэтому она схватила кумихо за шкирку и перетащила его через портал к круглосуточному магазину Ли Бёна.

Прямо на тротуаре стоял Ан Сок в черном костюме, в руках он держал святящийся голубым светом меч. Юн лежал на проезжей части. Из носа у него текла кровь. Остальные жрецы смерти наблюдали за потасовкой у светофора, пока не вмешиваясь.

— Ты всего лишь жалкий человек, — говорит Сок и замахивается для удара. Юн прикрывается рукой, в надежде, что это поможет ему избежать клинка жнеца смерти.

— Вы тупые идиоты! Вы что творите? — заорала на них Хеа. Она встала между Юном и кончиком меча Ан Сока.

— Уйди, он должен умереть, — Сок жестом приказал своим помощникам направить мечи на Хеа. Те подошли ближе, на лицах их явно читалась неприязнь и полное согласие с действиями Ан Сока.

— По какому праву? — спросил Минхо. Он поднял Юна и отвел его подальше от жнецов смерти. — Вы отвечаете только за души, а не за убийства людей. Ваша прямая обязанность — не вмешиваться и быть беспристрастными.

— Если он умрёт, то дракон не возродится. И мы сможем и дальше заниматься своими обязанности. Ещё не известно, что он сделает, когда к нему вернётся память.

— Убирайтесь прочь! — Хеа вынула свой меч.

— Опомнись, — говорит Сок, и разочарованно качает головой. — Ты — жница смерти, вспомни об этом. Если ты оставишь его в живых, то вернёшься в мир смертных и возможно исчезнешь. Ты тридцать лет была не живой и не мертвой. Как думаешь, что осталось от твоего тела?

— Я не боюсь будущего. Мне терять нечего, — смело отвечает Хеа и делает несколько шагов вперед.

Сок растерянно отходит. Он не ожидал сопротивления, для него все было предельно ясно. Нет дракона — нет проблем.

— А я боюсь и не хочу терять то, что принадлежит мне по праву, — говорит он.

— Не хочу вас прерывать, — испуганно говорит Минхо, — но на город опустился вечер. Вам пора заняться своей работой.

Все замерли наблюдая, как последние лучи солнца скрываются за горизонтом. По земле незамедлительно пополз черный туман. В переулках засветились лики проклятых душ.

— Отчего их так много? — зашептались слуги смерти, направляя своё оружие уже не на дракона.

— Минхо, идем в твой офис, — говорит Хеа. — Ты же защиту не убрал?

Кумихо качает головой, помогает Юну идти, и переходит на другую сторону дороги. Хеа следует за ними, не спуская взгляда со слуг смерти. Только тем некогда их преследовать. Проклятые духи словно сорвались с поводка и заполонили всё пространство вокруг магазина Ли Бёна.

«Неужели они помогают Юну?» — мелькнула мысль в голове Хеи.

5

Они перебежали через дорогу и углубились заброшенный квартал. Туман расползался стремительно, в нём то и дело, словно плавники акул мелькали проклятые души.

Ми Ча распахнула дверь, и помахала им рукой, а второй швырнула несколько листовок с нарисованными оберегами. Падая на туман, они оставляли в нём горящие проплешины. Когда все вбежали, Ми Ча закрыла дверь. А затем все спрятались в офисе детектива. Внутри повсюду и вдоль стен все было обклеено защитными оберегами. Обычный порядок, поддерживаемый Ми Ча в кабинете, теперь носил легкий хаос, из-за разбросанных повсюду бумажек.

— Я переволновалась, — засмущалась девушка. — Минхо давно не было, и я была с Ли Бёном, когда Ан Сок ворвался в магазин.

— Ты знаешь, как зовут жнеца смерти? — удивился кумихо.

— Самый настоящий жнец? — воскликнула Ми Ча и смущенно пробормотала: — Трудно не запомнить, когда владелец магазина постоянно его повторял, и умолял отпустить юношу.

И они все посмотрели на Юна. Он сидел и вытирал рукой кровь с лица, делая ещё хуже, все размазывая по щекам и подбородку.

— Держи, — Ми Ча подала ему салфетки. — На моем столе есть зеркальце, оно тебе поможет.

Юн кивнул, и отошел к столу за стеклянной перегородкой. Хеа подошла к окну и раздвинула тонкую щель между жалюзи. Туман пытался пробиться в здание, но защита ещё держалась. Что же происходит?

Она оглянулась и посмотрела на Юна. Он вставил две салфетки в нос, чтобы остановить кровотечение.

— Ты не заметил, твоя кровь падала на асфальт? — спросила она.

Юн помотал головой:

— Всё случилось так быстро, что я понял хоть что-то, когда почувствовал боль в носу, — он растерянно оглядывался по сторонам и одновременно хмурил брови.

Хеа заметила, что Юн пару раз провел по подбородку, так будто гладил бороду в задумчивости. Неужели начинает вспоминать, кто он на самом деле?

Жница смерти переглянулась с Минхо. Лис её понял и вспомнил, что он тут главный детектив и спросил:

— Как ты думаешь, почему они на тебя напали?

— Они сказали, потому что я — дракон, — ответил он и сел на диванчик для посетителей. — Не понимаю, что это значит? Это прозвище из моего прошлого?

О стекло пару раз что-то стукнуло. Тихо и аккуратно будто проверяя на прочность.

— Кто это жнецы или туман? — испуганно прошептал Минхо. — Что происходит, Хеа? Мы не выстоим против них одновременно.

Она опять взглянула на улицу. Туман уже был выше первого этажа и ничего не было видно. То и дело струйки тьмы стучали по окну, проверяя, где истончилась защита.

— Отчего души пытаются прорваться? Они так никогда не делали, — проговорила себе под нос Хеа.

— А почему ты спрашивала про мою кровь? —