Танат 5. Долг вестника - Виктор Айрон

норму. Раны затягиваются, кровь остановилась, отеки начинают светлеть. Все-таки у тех инсов, вестников и спраксов удивительная регенерация. Это не перестает меня удивлять. Вот явно между ними есть связь. Оболочки инсов точно уникальные и не относятся к другим расам. Если немые качки — это немного измененные орки из параллельных миров, то эти ребята точно уникальны. Модель оболочки лишь одного пола, слишком утилитарная, сила и скорость высокие. Потому Резаки и были такой крутой бандой. Да и Даргул хотел их ослабить, стравив своих врагов между собой.

Отчасти его план удался. Почти не осталось ни Резаков, ни Верующих. Сначала многие сложили головы при осаде Последнего Приюта, а потом во время восстания Теней. Нет, тела можно восстановить, были бы эотулы собраны. Вот только после активации Таната на подконтрольной территории доступ к маткам этим кланам заказан.

Они точно попрятались в неподконтрольных зонах, но новые вестники и прошедшие обработку муты уже готовятся к зачисткам. В частности, они посетят и тот умирающий город, который я видел во время налёта на караван. То есть процесс запущен и не требует руководства и контроля. Но всё это не будет иметь значения, если Тени раньше нас найдут путь в Центр.

Торва уже извлекли из капсулы. Привычной облик раза. Также выглядит Кас, что состоит в тех же Искателях. Да и куча других разов. Биороботы ведь. По сути, временные оболочки для перемещенных созданий, но злой волей Теней они стали постоянными.

Спасенный Искатель сидит в кресле вирала. На нём уже есть инис. Рядом на подносе вода и плитки рациона. Я по пути к знакомому залу с оламами захватил в тельмахе аналог кофе. Память Торву точно восстановили. Даргул поделился рецептом своего препарата.

И не просто поделился, а даже пошутил так, что щеки Алиры залились краской. Палач Таната, говоря о источнике жидкости, задумчиво сделал движения кулаком вверх-вниз в районе пояса. Стрелок и вовсе руку на лема положил, но потом палач Таната раскрыл ладонь и показал трубку на руке, откуда и сочился белёсый сок. Он настолько освоил функции живого доспеха, что научился выделять вещество, что нарушало блокаду памяти.

Многие потом сказали, что впервые за века увидели, что суровый лидер Знающих шутит. Пусть и с самым серьёзным лицом. Например, удивился интендант Ид. Я думал, что он всегда невозмутим.

— О, какие знаменитые люди меня посетили. Сам палач Таната, легендарны Стрелок и некто третий, что любит косить под спракса.

Сидел Торв на первый взгляд расслаблено, но мы понимали, что он готов к схватке. Одна ошибка, и он бросится на нас. Но он наверняка обратил внимание на то, что его не связали. И это могло его лишь насторожить. Особенно с учетом того, что память к нему вернулась.

— Неужели и мы такими придурками были, — шепчет себе под нос на английском Стрелок. В моем и его мире этот язык ничем не отличается, так что Торв должен его понять. И он его понимает, так как внезапно дергается и замирает. Но лишь на мгновение, а потом расслабляется и замирает.

— Твой язык я ещё не выучил, Джкар. Что ты сказал? — включается Даргул в беседу.

Этот подход мы обговорили заранее. Нужно было ошарашить Торва. Показать, что всё изменилось.

— Тогда уже называй меня Джеймсом. Я просто сказал, что он конченный придурок. Наверное думает, что память к нему просто так вернулась. Предлагаю представиться, — продолжил игру Стрелок. — Эсквайр Джеймс Мортимер Картер. Офицер кавалерии Конфедерации Южных Штатов в отставке. Уроженец Вирджинии, долго жил в Луизиане. Умер, уничтожая некий светящийся шар. Переродился здесь.

— Наставник священного ордена Хранителей Гармонии Крайон Даргул.

Вот как его полностью зовут. Мы все считали, что Даргул и есть его имя, а не фамилия.

— Погиб отражая вторжение иномирных захватчиков. Сразил лидера армии вторжения, но меня всё равно захватили и отправили в Танат. Был вестником, поднял восстание, основал свой клан, что боролся с Творцами. Вернее теми, кто ими притворялся.

— Притворялся? — подал голос удивленный Торв.

Тут и я вмешался, сняв маску и явив знакомое всем лицо.

— Старший специалист Инспекционного Отдела Департамента Чрезвычайных Ситуаций. Планета Земля, Земная Федерация. В прошлом спасатель. Расследовал гибель колонии организации Сентком. Там ввели в действие протокол Вермильон. Вам это часом не очем не говорит? О кофе не хотите? Мы тут наконец смогли что-то похожее синтезировать. Правда сливок нет.

— Вермильон? — хрипит Торв, а потом тянет руку к воротнику, словно пытаясь ослабить инис. — Что здесь происходит.

Я говорил на английском и сам он перешел на этот язык. Есть. Контакт налаживается.

— Долго объяснять. Кстати, меня зовут Никита Суханов. В знакомом вам конфликте, что называется в моё время Последней Войной, мои предки воевали с вами. — Торв напрягся. — Но это давно в прошлом. Так что сейчас можем просто обсудить всё как цивилизованные люди. Перейдем на понятный всем язык, хоть на нём и сложно говорить.

Последнюю фразу я произношу на языке Таната. При этом протягиваю биотермос, откуда тянет божественный аромат, Торву. Тот машинально берет, принюхивается, делает недоверчивое лицо и совершает первый глоток. Потом ещё один, и ещё. Довольно выдохнув, оглядывает нас.

— Если это не сон и шутка, то что здесь происходит. Меня же искали люди Даргула. Схватили и пытали. Я едва смог изобразить безумие, чтобы они убрали мой камень на полку. А теперь вы все тут, мы помним, кто мы такие. И кофе. Черный, как я и люблю.

— Не мои люди, — качает головой Даргул. — Часть Верующих, что играли против Вальта. Вернее, Фэл или Крис Фэлон, как его опознал Нико.

— Фэлон? Этот ублюдок тоже выжил? Но как? Стоп. Тогда Вальт может быть…

Теперь глаза Торва сузились, как от гнева. Ведь он должен знать, какими экспериментами занимался Джон Вальтер в горах и куда пропадали люди.

— Фэлон недавно нас окончательно покинул. Как и многие Верующие с Резаками.

— Туда этому уроду и дорога. Успел я записи там посмотреть, что он с пропавшими делал. Особенно с женщинами.