Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

— Гора с плеч! — выдохнул Долин. — Мне не хотелось вас предавать. Но я не мог подключить вас к проекту без санкции. Это кончилось бы плачевно для нас обоих.

— Вернемся к документам.

— Да. Как удобнее поступить? У нас есть готовые личности про запас, уже с предысторией, счетами и соцстрахованием. Или можем создать новую с нуля, но с ней придется повозиться. Я подумал, если вы способны менять внешность, то первый вариант предпочтительнее.

— Правильно подумали. А есть персона с образцом ДНК? Скажем, чью смерть вы бы скрывали ото всех?

— Да. Есть один агент. Формально он все еще служит в одном из секторов ЦРУ, но давно передан в наше полное распоряжение. Этот человек пропал без вести на операции Инквизиции. Мы уверены, что он мертв. В нашем деле крайне редко удается вернуть тело. У нас сохранился образец крови, ну и одна из его прекрасно прописанных «социальных масок» подойдет для наших целей.

— Идеально. Познакомьте меня со мной.

Через полчаса я стал Вильямом Леманом. Внешне он немного напоминал меня «базового» мощной фигурой борца и красивым умным лицом. Долин выдал мне водительские права, кредитную карту, которую я не собирался использовать направо и налево не из желания сэкономить деньги спецслужб, а потому, что о каждом моем чихе станет известно. Также я получил смартфон. В контакты был вбит номер самого Вера, а больше на нем пока ничего не было. Трубку я закинул в мою безразмерную сумку. Ее внутреннее пространство не имело ничего общего с географией Земли, так выследить меня по ее содержимому не представлялось возможным.

Я вернулся в гости к Монике. Чем мы занимались остаток ночи, догадайтесь сами. С утра мы по традиции прогулялись до парка, а оттуда я отправился в отель, в котором должен был встретиться с инструктором. Я бы прикинулся Леманом, но в отеле знали «шпиона», пришлось оборачиваться в него. Впрочем, это не имело значения.

Обладатель сонного голоса оказался мужчиной с невероятно пышными усами. Росточком он не вышел, что в принципе нормально для гонщика. И я понял, почему он бросил спорт и потихоньку спивается: мужичок слегка хромал.

— За руль мне садиться не придется? — вместо «здрасте» осведомился он. — Тогда мне срочно надо выпить.

— Набухиваться в дрова не дам, — ответил я строго. — Но пивом угощу, похмеляйся на здоровье.

— Ты мне начинаешь нравиться, приятель! — инструктор протянул мне руку, оказавшуюся сильной и грубой. — Андреа Гиблинг.

— Алекс Доу, — назвал я первое, что мне пришло в голову.

Я бы и Джоном представился, но это уже было бы демонстративно до грубости.*

* Джон Доу — вымышленное имя, которое в британской системе правосудия дают неопознанным трупам.

— Пусть будет Доу, — пожал плечами Андреа. — Пошли, аноним, время пить пиво.

Пенящуюся амброзию гонщик впитал как каплю воды в пустыне, одним глотком пинту засосал.

— Пойдем, Андреа, — сказал я ему, — вторую после дела получишь.

— Ты мне сейчас на пороге скажи, Доу, ты ведь не из этих? Потому что я точно не из них. Мне говорили об эксперименте, но черт его знает, что вы, анонимы, имеете в виду.

— Не волнуйся, никаких эвфемизмов, твой задний привод в полной безопасности. Сейчас поднимемся в номер — просто потому, что офиса у меня нет, и это тупо удобно, — там я тебе прилеплю пару датчиков на башку, ты поспишь в свое удовольствие, а я займусь приборами. Прикасаться к тебе сверх абсолютно необходимого я не собираюсь, ты не в моем вкусе.

— Ну пошли, раз так. Только прости, Доу, я тебя в первый раз вижу, так что деньги вперед.

— Без проблем, гонщик. Но здесь бумажником трясти я не собираюсь, давай все же на месте рассчитаемся. И не дрожи, я же не с улицы пришел, нас уважаемые люди свели.

— Я и не дрожу, хотя в гробу видел этих уважаемых. Ладно, пошли.

Деньги я ему отдал в полном объеме, три тысячи долларов. Поводов для волнения я не видел, сбежать от меня хромому гонщику не светило. Меня вчера целая Инквизиция ограбить не смогла, куда уж этому пьянице.

Пришлось на скорую руку создать из ничего декорацию — сложное на вид, но совершенно бесполезное оборудование. На самом деле творить материальный предмет не пришлось. Хватило иллюзии, вполне реальной на вид и ощупь. Это экономнее, чем заниматься материализацией. Через несколько часов оно само растает как мираж.

Конечно же никаких датчиков и проводов мне не требовалось. Я на мгновение прикоснулся к его лбу, когда делал вид, что закреплял присоски, установил контакт, а дальше дело техники. Задача сложнее, чем с изучением языка. Надо выделить ключевые понятия и ассоциации, а потом выстроить поток данных на этих фильтрах.

Подобный процесс я повторил три раза, точнее два с половиной, потому что начал я с базовых навыков вождения, подкрепленных личным опытом Андреа. Потом я проделал то же самое с экстремальным вождением, а его я сознательно отделил в отдельный поток, чтобы не ловить штрафы поминутно. Ну и совершенно другая область, которую я хотел изучить — устройство автомобиля и навыки ремонта. Я конечно же не собирался сам лезть под капот с гаечным ключом наперевес. Мое орудие — магия, но, чтобы поставить задачу и сформировать заклинание того же ремонта, надо понимать, что надо сделать.

В два часа я почти уложился. Украл у мистера Гиблинга минут пятнадцать сверху. Андреа очень хотел отпраздновать завершение эксперимента, успешное с моих слов, стаканчиком другим вискаря, но я напомнил, что по нашему договору он должен еще покататься со мной, контролируя мои свежеобретенные навыки.

Мы немного поколесили по городу, не слишком разгоняясь, что было в любом случае затруднительно, дороги повсеместно забивались пробками. Все же мы добрались за час до моей парковки в Бруклине. Андреа не удержался и пошел со мной смотреть, на чем я езжу. При виде драндулета мистера Вандерера он скривился.

— Тойота? Как непатриотично!

— Она досталась мне по наследству, — заявил я, не слишком кривя душой. — При случае поменяю на кадиллак.

— Ну почему сразу кадиллак? — загорелся было Андреа, но я его перебил.

— Обещаю, что обращусь к тебе за советом, когда до этого дойдет дело.

Спровадив Гиблинга, который, получив деньги