Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

они редко, начал развлекаться, помогая выиграть то одному, то другой. Сам же я скромно ставил на красное-черное и на чет-нечет так, чтобы совпадать с победителем два раза из трех. Иногда я ставил и на число, но не чаще чем раз через три, и выигрывая два раза из трех.

Крупье, лишенный возможности контролировать игру, явно нервничал. Но студент и певичка в итоге оставались при своих, так что вряд ли безопасники сильно переживали.

Заработав около пяти тысяч, я перешел к другому столу, и там повторил аферу, выбрав сразу три денежных мешка для отвлечения внимания. Удвоив сумму, я продал фишки. Рядом со мной толстяк в дорогом костюме купил их сразу на триста тысяч, так что моя десятка мало кого заинтересовала. Да и мое чутье не замечало пристального внимания.

Выйдя на улицу, я вернулся на пляж. Там, в темноте, я опять превратился в Питера. Очень вовремя, кто-то все-таки следовал от кассы за удачливым и, кажется, пьяным игроком, то есть за мной. Мимо пробежали двое мужчин, явно не из службы безопасности, а просто лихие люди, которых в таких местах полно. Мистер Вандерер ни одеждой, ни телосложением не походил на «Шпиона», он просто стоял на песке и слушал пение волн. Головорезы не обратили на меня никакого внимания. На их же счастье, волны быстро унесли бы тела.

Поужинал я в своем отеле, и там в меню нашелся стейк из акулы. Мне хотелось выспаться, так что остаток ночи я провел в постели. Я вовсе не был обязан во сне вываливаться в астрал, так что проспал без сновидений и очень неплохо восстановился.

Позавтракал в гостиничном буфете, прогулялся на пляж, где как раз бушевал утренний прибой, а потом вернулся к себе и весь день смотрел кино по тому самому списку. Даже обед заказал в номер. В итоге американский английский прижился во мне гораздо лучше.

Когда за окном стемнело, я почувствовал, что мой мозг вскоре взорвется от избытка кинематографа. Я вновь вышел на пляж, постоял там немного, дыша полной грудью, а потом решил прогуляться по Атлантик-Сити. Если в первый вечер я поддался очарованию огней и океанского бриза, сегодня я увидел, что на самом деле город умирает. Относительно живой себя чувствовала только обслуга казино и отелей. Заброшенные дома, мусор, гонимый ветром по безжизненным улицам, нищие, спящие чуть ли не в помойных баках.

Я нашел адрес, который написала моя ученица, но пока не стал заходить в гости. Хотелось же мне вернуться к морю, пощипать еще немного казино, потом отправиться на юг. Посмотреть страну, наведаться в мировую Фабрику Грез, Голливуд. Я застрял здесь только по одной причине: мне надо было переварить события последних дней и решить, что же делать с Инквизицией. И главное — я должен был добыть документы как для себя, так и для четверки.

Два дня назад я искренне надеялся наладить отношения с местной властью. Я думал, что друиды нужны мне, чтобы понять, чем живет мир магии, чтобы найти и искоренить разносчиков заразы. Я, кстати, встретил зараженных лишь дважды за эти дни, хотя успел окунуться в сообщество чуть ли не с головой. Это радовало, пока еще мир не погрузился в эпидемию, но я все еще не понимал систему, по которой паразит внедрялись.

Казнь мутантов, которую я предотвратил — тех, кто был виноват лишь в том, что существовал, да и то не по своей воле, — меняла многое. Ну хорошо, один из них неслабо накосячил. И я бы понял, если бы расправились с ним. Не одобрил бы, попытался защитить, но понял. Но трое остальных, их-то за что?

Теперь я раздумывал, что делать с этой больной структурой дальше. Уподобляться им и казнить всех в организации без разбору? Я работаю не так. Судить их? С одной открытой печатью? Судилка маловата. Чуть позже — возможно.

Уже развернувшись в сторону отеля, я почувствовала странное: очень знакомые эманации, которым в этом мирке не место. Да и нигде в мироздании, если вдуматься.

Я пошел на этот зов, чуть ли не побежал. Очень скоро я оказался на перекрестке, посреди которого, не опасаясь проезжающих машин, которых, впрочем, почти и не было, сидела на корточках молодая девушка, блондинка. Она напомнила лаборантку, ученицу мистера Гремистера, которую мне пришлось убить. Да-да, я понимаю, что она уже была мертва, ее погубил паразит, который подражал своей жертве, используя ее память. Я не виноват в ее смерти, но это не значит, что не жалею о ней.

Итак, блондинка держала в руках хрустальный шар, граненый как алмаз. По периметру его опоясывала платиновая лента, покрытая рунами. Сейчас девушка пыталась заставить артефакт работать, отчего руны начали светиться, пока еще еле заметно.

Она так увлеклась работой, что не заметила, как я подошел к ней со спины, хотя я вовсе не крался. Милая девушка, не без способностей, хотя игра с подобными сущностями говорит о не слишком большом уме. Впрочем, амбиции молодости всегда перевешивают здравый смысл, которым еще обзавестись надо.

— «Око дракона» работает не так, — прокомментировал я ее усилия.

Блондинка от неожиданности подпрыгнула и чуть не выронила артефакт, который, впрочем, вряд ли бы разбился.

— Я вас не знаю, вы новенький? — блондинка быстро взяла себя в руки, что свидетельствовало в ее пользу.

— Я не служу в Инквизиции, если вы об этом. Я просто проходил мимо и заметил, что вы не умеете обращаться с этим прибором.

— Да что вы об этом знаете? — вспыхнула блондинка.

— Довольно много, — тут я задумался, не говорить же первой встречной, что это я создал Око пару сотен лет назад. — Я был знаком с создателем этого артефакта и имел возможность его изучить.

— Зачем так глупо врать? — Блондинка поморщилась, — Его создали Предвечные. Вы не могли с ними встречаться.

— Это опасная вещица, — не стал я спорить. — Чего вы хотите добиться?

— Оглянитесь вокруг. Этот город нуждается в легкой реморализации.

Два джентльмена в не самой чистой одежде и с еще более грязными намерениями попытались к нам подобраться, но почувствовали ауру, исходящую от нас и от прибора, и сочли за благо убраться в ближайшую подворотню.

Блондинка попыталась подчинить меня, частично магией слова, но главным образом с помощью «Ока», который можно было так использовать, хотя на мой взгляд это все равно что забивать гвозди микроскопом.

— Все, чего вы добьетесь при