Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Ваша правда, Ярослав Константинович, — хитро улыбнулся Калинин. Он тоже был магом и при том не самым слабым. Не ниже третьего круга, судя по моим ощущениям. А ещё владелец магазина прекрасно знал, что за месяц невозможно сформировать несколько сфер разума, чтобы стал бесполезен простой накопитель. Но обоснование для моих слов граф нашёл без моей помощи. — Если требуется питание сложной системы заклинаний, то есть другой вариант, ваша светлость.

— Его я посмотрю чуть позже, — ответил я. — Начнём с того, что вы можете предложить по моему первому запросу.

Владелец магазина на несколько минут ушёл на склад и вернулся оттуда с двумя деревянными шкатулками в руках. Одна была очень маленькой, а вторая во много раз больше. И весила при этом очень прилично. Это стало понятно, когда Калинин с облегчением поставил свою ношу на прилавок.

— Итак, — открывая большой ящик, произнёс Александр Викторович. — Переносной накопитель для нужд малого отряда. Рассчитан на три аспекта. Земля, вода, огонь. Емкость шесть базовых сфер разума. Удержание до пяти суток. Модель немного устаревшая, но надёжная.

Передо мной на прилавке стоял каменный куб, густо исписанный магическими символами. Судя по размеру, мастер не особенно заморачивался и просто использовал подходящий кусок модифицированного гранита.

— Не подойдёт, Александр Викторович, — с сожалением покачал головой я. — Слишком крупный и процесс накопления заряда слишком долгий. Не меньше времени удержания, ведь так?

— Совершенно верно, Ярослав Константинович, — озадаченно посмотрел на меня граф. — Только хотел об этом сказать. Не могли бы вы пояснить, как сумели это определить?

— Гранит слишком зернистый, — невозмутимо ответил я. — Много посторонних вкраплений. Это нарушает работу накопителя и ломает часть сопряжений. Я бы рассмотрел этот вариант для другой задачи, если сойдёмся в цене.

— Пятнадцать тысяч рублей, — немедленно ответил владелец магазина. — Но за глубину ваших познаний в артефакторике могу отдать за двенадцать тысяч.

— Десять, — коротко ответил я и с улыбкой посмотрел на графа. — Если не продадите его в ближайшее время, то структура будет нарушена окончательно. Могу подождать пока вы проведёте экспертизу.

— До окончательного разрушения структуры накопителя больше двух лет, ваша светлость, — немного недовольно ответил Калинин. — Но замечание принято. Десять тысяч рублей.

— Второй вариант? — с интересом посмотрев на маленькую шкатулку, произнёс я. В правилах артефактного дома было чётко прописано, что клиенты не имеют права трогать товары до того, как оплатят покупку. И я не видел причин их нарушать. Артефакты всегда считались капризными инструментами и их запросто можно было испортить.

— Тридцать тысяч рублей, — взявшись за крышку шкатулки, предупредил меня Александр Викторович, а потом эффектно открыл ящичек. — Работа старых мастеров. Точная дата производства неизвестна. Обнаружен при раскопках под Казанью и бережно восстановлен мастерами семьи Воронцовых. По данным из базы, над этим артефактом трудился сам Александр Евгеньевич Воронцов по приказу прадеда нынешнего Императора. Единственный минус — данный артефакт может работать только с одним аспектом одновременно. Но их можно менять после глубокой разрядки.

Всю сопроводительную речь графа Калинина, призванную обосновать цену товара, я даже не услышал. Потому что жадно смотрел на лежащий в шкатулке предмет, который я никак не ожидал здесь увидеть.

Следственный изолятор 6-го отдела жандармерии

г. Тверь

Александр Игоревич Лирков, командир отряда быстрого реагирования ближней дружины князя Антипова, которого большинство друзей и знакомых называли не иначе, как Лось, метался по небольшой камере СИЗО, как загнанный зверь.

Лось всего добился сам в своей жизни. Вообще, всего. Выходец из бедной семьи, имея в отцах работника металлургического комбината и мать-прачку, он был самым младшим из восьми детей. Но, зато самым крупным. Природа щедро одарила Александра силушкой и он мог постоять за себя как внутри семьи, так и за ее пределами.

Грешным делом, отец надеялся, что Алексашка обладает Даром, но когда наступил возраст выявления, его надежды на беззаботную жизнь, которую он бы получил, подписав контракт с каким-нибудь могущественным родом — рассыпались в пыль.

Не было у Александра полноценного Дара, а вот его отголоски — да, были. Но, подобных людей было не сказать что множество, однако достаточно много, чтобы не хвататься за них в детстве. Ведь, чтобы развить тело и дух и пойти по пути воина — нужно было приложить недюжинные усилия, и проявить характер, чего так часто не хватало детям простолюдинов.

Но, Александр смог. Пропустив школу за ненадобностью, он развивал свою силу как в спортивных секциях, так и на улицах. Первого человека он убил в двенадцать лет и уже тогда понял, как хрупко человеческое тело. Второго — в тринадцать, после чего загремел в колонию для малолетних. Там он просидел недолго, не сближаясь со сверстниками, но и никого не подпуская к себе, а по выходу — сосредоточился на поиске покровителя.

Восемнадцатилетний крепкий юноша был замечен рекрутером князя Антипова и принят в дружину на испытательный срок. А затем, он прогрыз себе путь наверх. К неудовольствию Прохора Кожедуба — главы ближней княжеской дружины. Старый маг и отличный воин нутром чувствовал «гнильцу» внутри Александра, но, как ни странно именно его опасения, донесённые до князя, и позволили сделать Александру стремительную карьеру.

Ведь князь Антипов углядел в Александре совсем другое — готовность пойти на все, ради власти и денег. А еще — собачью преданность, которая была подкреплена компроматом и силой. Так Лось стал цепным псом князя Антипова и до последнего времени всё у него шло самым лучшим образом.

Много денег, много власти, много женщин и алкоголя. Не жизнь, а сказка! А ранг Мастера к тридцати трем годам открывал перед ним путь к Ратаю. Вот только нужно было найти поручителя из немногочисленного числа Ратаев. Ближайшего — разумовского Аршавина, Лось ненавидел всей душой. Из-за его честности, принципов… да и завидовал он силе Аршавина и, честно говоря, пережил несколько тревожных дней, когда после предательства князя Разумовского, его покровитель предложил Аршавину перейти к нему. Лось звериным чутьем понимал, что шанса превзойти Шатуна у него не было.

К счастью, Аршавин не согласился