Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Тем временем я покинул пределы Войково и погнал по дороге на север, через степь. Она уже к Азовскому морю вела, но меня туда совсем не тянуло. Что мне там делать, на шторм смотреть? Нет, нужно было место, чтобы просто остановиться. Допросить этого и подумать.

А потом я прямо по степи рвану к фермерскому дому, благо «Урал» везде проедет. Он для того и сделать, чтобы гонять там, где дорог нету. Как танк, бля.

И, что еще интереснее, выдержал ведь электромагнитный импульс. И не потому что машина старая, она как раз не такая. А потому что для военных нужд выпущена, электроника экранирована. Вспомнилось мне, что нас к применению импульсных снарядов готовили. Еще даже в армии, чисто на срочной службе, в учебке такие занятия проводились.

И говорили там разное. Но по больше части, как эвакуировать местное население в таких случаях. Срочников на передовую никто кидать не собирался, они должны были помогать частям МЧС. О том, как воевать в этих условиях учили потом, на контракте. И в школе офицеров, которую я закончил.

Да уж. На самом деле представляю, какой хаос здесь творился в первые дни после импульса. Отключились телевизоры, радио, и в первую очередь — смартфоны. А что было бы, если б такое случилось в Москве? До нее добить еще надо, конечно, но все равно.

Хотя… Неспокойно мне в душе по поводу Москвы. Там ведь тоже что-то произошло вроде как. Непонятно, что именно, но из ноутбука того шпионского я узнал, что вирус там тоже пытались выпустить. Не вышло, и тогда запустили какой-то другой проект.

Увидев справа от дороги заправочную станцию, я сбросил скорость и повернул руль. Вот оно — место для того, чтобы укрыться. Надо будет только сперва убедиться, что там никто не сидит, и что зомби нет.

Сейчас так и сделаем, работа уже привычная. Хули нам, выживальщикам.

Глава 14

Никто по мне стрелять не стал, да и вообще, едва я остановил машину, как увидел, что из здания заправки вышел зомби. Это обнадеживало: значит, людей тут нет. А тварей вряд ли слишком много. Там дальше по дороге всего пара курортных поселков для тех, кто предпочитал отдыхать не на Черном море, а на Азовском.

Уж не знаю почему, мне-то помнилось, что Черное в разы интереснее. Но, может быть, тут дешевле стоило, а далеко не все в наше время могли позволить себе Алушту, Алупку или уж тем более Ялту.

Стрелять на заправке мне не хотелось, поэтому я вытащил из-за пояса молоток и двинулся в сторону живого мертвеца. Одет он был в комбинезон работника заправки, и на груди у него даже бейджик видно было. Да, ну и скучно ему, наверное, в этих местах было, никто ж не ездит. И как вообще получилось, что покусали, что обратился? Хотя…

Он может в Керчи жил, и сюда катался на машине. Вон, одна из машин его может быть вполне.

Зомби вытянул руки и двинулся мне навстречу. А я их…

Не боюсь уже. Все, бояться нечего, раз уже покусали. Значит, можно спокойно действовать. Подошел к нему спокойно и врезал молотком по башке. Голова качнулась, он шатнулся, а вторым ударом я окончательно упокоил его. После этого убрал автомат, все-таки взялся за «Вал». Патроны СП-5, даже кирпичную стенку не пробьют, так что стрелять можно относительно безопасно.

Сделал несколько шагов внутрь, принюхался. Тишина, пахнет пластиком, металлом. Канистры разложены, какие-то присадки, запчасти, с помощью которых можно привести машину в рабочее состояние на короткое время. Если вдруг неполадка застигла во время движения. Здесь-то СТО не найдешь.

Двинулся в комнату, открыл дверь. Туалет. Вторая, за ней небольшой коридор, и еще две. Посмотрел за одной — комната отдыха, диванчик небольшой, столик, электрочайник. За второй, похоже, кабинет начальника или что-то подобное: сейф, естественно закрытый, стол, компьютер на нем.

Но заправка… Старая, иначе и не скажешь. Таких в России до сих пор тысячи, и они располагаются в стороне от основных трасс, в местах, которые принято называть ебенями. Конечно, не настолько старая, чтобы в колонках ручные насосы были, которые надо было крутить, как в советских фильмах, но все равно.

Павел умел новые заправки взламывать, а я вот нет. А тут можно будет попробовать методом тыка сработать, почему нет.

Ладно, чисто. Самое место для того, чтобы побеседовать с этим мужичком. Благо, он уже должен быть готов. Когда сперва по ногам стреляют, а потом связывают, кидают в кузов, да везут через толпу зомби… Тут кто угодно спечется, я даже сам не уверен, что выдержал бы.

Я вышел обратно в торговый зал и увидел справа холодильник с напитками. Естественно он сейчас не работал, электричества-то нет, и все нагреться должно было. Но подошел, открыл — сразу же запахло резинкой прелой. Если холодильник долгое время выключенным стоит, то резинки рассыхаться начинают и вонять вот так вот. Но бутылки герметичные, так что им ничего не будет.

Взял красную банку с надписью «Добрый Кола». Как же я давно газировки не пил. Только вот состав у них сейчас совсем не тот. Раньше они с сахаром были, сейчас на сукралозе. Вкус детства настоящей еще помнится, но сейчас такого не добьешься.

Посмотрел на состав — да, действительно. Убрал обратно. Взял банку энергетика, посмотрел на ее состав. Вот тут сахар пока еще есть. Вредная штука, конечно, бьет по сердцу, поджелудочной… Но сейчас уже плевать, подозреваю, у меня в организме гораздо более опасное кое-что зреет.

Открыл банку, глотнул, вышел на улицу. Уселся прямо на асфальт. Выпил еще сладкой жижи. Как этот вкус называется-то? Гуарана, кажется.

Энергетики у нас на фронте заходили только так. Их вообще много кто пил, потому что достать их зачастую было гораздо проще, чем воду. Более того, энергетики и батончики были внутренней валютой. «Шок», если наши или импортные «Сникерсы», которые удавалось достать трофеями. У врагов они часто встречались, они тоже любили таким подкрепиться.

Вроде деньги брать за услугу глупо как-то, тем более, что вместе воюем. Бухать нельзя, поэтому водка и пиво как платежное средство тоже не канает. Вот и оставались энергетики и шоколадки.

Ну это еще в начале, когда я реально в окопах сидел, до того как в разведку попал. Ладно, глотнем еще и все, взбодримся немного. И ветерок такой приятный тут, хорошо.

Минут пять