Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Аммонал… Взрывчатка из аммиачной селитры. И если тротила у вас немного, то с помощью мешков с аммиачной селитрой можно сделать из него много взрывчатки. А тут, подозреваю, удобрений этих нитратных куча была, нужно только поискать. Там еще по идее алюминиевая пудра нужна, но…

Не знаю. Вот вообще не знаю, не приходилось мне таким заниматься. Да и аммонал больше в горном деле используется, а не в боевых действиях. Там уж совсем редко такое.

— То есть стрелковки там нет? — решил уточнить я.

— Нет, ее еще вчера вывезли первым рейсом.

Понятно. Значит, мне достался…

А ведь неплохо. Почти готовый брандер. Особенно если еще бензином догрузить машину, чтобы оно не просто взорвалось, но еще и загорелось. Нет, «Урал» надо сохранить, пусть будет. Отогнать в безопасное место и там…

Там придумаем. Можно даже сегодня ночью атаковать. Хотя… Рано. Это должно стать финальной частью моего плана. Но оставить надо неподалеку от базы, однозначно, чтобы далеко не ходить. Там промзона рядом, видел какие-то ангары, вот в них и можно укрыть.

— Хорошо, — сказал я. — Давай так. Я тебе сейчас руки развяжу, а ты мне детальный план базы нарисуешь. Годится? Только так, чтобы все понятно было, заодно и пояснишь. И чтобы точно, хорошо. У тебя же и память, я так понимаю, хорошая?

— Хорошая, конечно, — закивал он. — Очень хорошая!

— Вот и отлично.

Я поднялся, вошел в кабинет, осмотрелся. Пачка бумаги сразу же нашлась на полке, А4, «Снегурочка». Самая распространенная бумага в наше время. Но желтоватая, не белая. Типа экологичная, а на самом деле она такая, чтобы не тратить реагенты, которые обесцвечивают целлюлозу до полностью белого цвета.

Вот всю пачку и возьму. Листик можно будет достать, а ее саму как подставку использовать. И карандаш с ластиком на другом конце. Специально для того, чтобы стирать

Пришел, положил все это на пол.

— Так, сейчас я тебе руки развяжу, — проговорил я. — Потом ты мне нарисуешь план базы. Если все хорошо, я тебя отпущу. Годится?

— Конечно-конечно, — закивал он. — Все нарисую, у меня память хорошая.

С узлами я возиться не стал, просто перехватил веревку ножом. Передал ему бумагу с карандашом, и он тут же принялся черкать:

— Вот, здесь само исправительное учреждение. Его укрепили, так что это теперь как бы цитадель. Так, сейчас.

Он сперва нарисовал квадратик и несколько зданий, а потом принялся черкать отдельно, чуть в стороне. Я сперва не понял, что это именно, но потом до меня дошло, что он внутренние помещения рисует, да еще и сразу несколько чертежей.

Я даже на него как-то с уважением посмотрел. Похоже, что действительно уникум, как в анекдоте, мальчик с феноменальной памятью. Пусть по возрасту и не мальчик совсем.

— Вот тут вот столовая… Вот здесь кухня, прачка, — продолжил он объяснять. — На втором этаже кабинеты. Мансур вот тут обычно заседает.

Я прикинул, все-таки внутреннюю планировку я хоть как-то, но помнил. И действительно, именно там-то мы и собирались.

— Здесь… А я не знаю, кто теперь там, ты же убил всех. Так. Теперь снаружи. Вот тут вот казарма. Здесь стоянка с техникой, на ней всегда по-разному машин. Кто-то приезжает, кто-то уезжает и вообще. Вот здесь вот один склад. На нем стрелковка хранится. А вот тут вот — боеприпасы. Тоже к БТРам, танкам, ну и для артиллерии. Но немного.

— Почему немного? — решил уточнить я.

— Потому что добыть удалось немного. Мансур рассчитывал, что в Феодосии получится много взять, но добытчиков же перебили. А потом из-за людей Часового не получилось.

Он тем временем отрезал еще участок земли — это уже большой забор должен быть. И стал рисовать на нем квадратики:

— Это домики. Их уже после всего возвели, рабы потрудились. Быстро построили. Для важных гостей, и там главари и их приближенные живут… То есть жили.

План получался действительно хорошим. Повезло мне с ним. А я, кстати, даже имени не знаю. Какая разница-то.

— Вроде все, — сказал он.

— Давай, — я протянул руку, и он мне передал листок.

Глянул на него еще раз. Детально вышло. Свернул, сунул в карман разгрузочного жилета.

Я посмотрел на мужичка. Изначально я собирался с ним иначе поступить, казнить, а потом тело на всеобщее обозрение оставить. Отвезти куда-нибудь в город, да на фонарном столбе подвесить, повыше, для того, чтобы зомби не дотянулись.

Но он оказался источником очень ценных сведений, тут ничего не скажешь. Теперь я гораздо больше знаю о своем враге.

И о том, что их еще больше четырех сотен. Но ладно, пока будем кусать с разных сторон. А потом… Потом уже придумаем, как атаковать так, чтобы с гарантией. Всех убить нереально, мне бы до Мансура добраться, до верхушки.

Но ничего, с этим мы тоже что-нибудь придумаем.

— На, попей, — протянул я ему бутылку минералки.

Он взял, жадно присосался. Залпом пил и пил, пока не опустошил бутылку, а в ней целый литр был. Да уж.

— А можно теперь в туалет? — спросил он.

— Да, конечно, — ответил я, поднялся на ноги. — Сейчас только посмотрю, что там, вдруг там зомби сидит. Покусают еще.

— А, хорошо, — ответил он и секунду спустя получил пулю в голову.

Выстрел получился тихим. Вот так вот, хорошо ушел, не больно совсем. Да и так и не понял, что сейчас умрет. Потом запахло мочой — все-таки не врал, действительно в туалет хотел. Ну ладно, мне тут не сидеть, мне валить отсюда надо скорее. Мало ли, вдруг у них там гениальный следопыт найдется, который сможет за мной проследить.

Только сперва канистр бы заправить. Здесь, как ни крути.

Кстати, а как это делать? Вот Павел смог бы сами колонки взломать, а я так не умею. И не научился почему-то, хотя казалось бы: спросить надо. Вопрос сложный.

Ладно, сперва надо генератор поискать. Он тут должен быть, потому что с электричеством проблемы бывают часто, а запитать заправку в случае чего надо. Простой — это же минус деньги, а их здесь, я подозреваю, и так было немного.

Вышел из здания, осмотрелся. Обошел его, и увидел позади небольшую пристройку. Такую, будто там хозяйственный инвентарь лежал. Молотком долбить по ней не стал, пошел к этому самому заправщику, которого до этого упокоил.

Звали его «Алмаз», но я так понял, это в целом распространенное имя среди татар. Это я прочитал на бейджике. Стал копаться по карманам, и прикосновение к