Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

— Кругом неравноправие!

— Отчего же? Вот поедешь сюда с Селезнёвой, и поживёшь в пятизвёздочном отеле.

— Тогда ладно, — успокоился adottato.

В фойе к нам подвалили две девицы специфической профессии, до этого сидевшие за большим аквариумом.

— Красавчики, может, пообедаем вместе? — спросила старшая из них.

Я покачал головой:

— Мы на диете.

Сотрудники русского диппредставительства на службе не заводят случайных знакомств. У дамочек не было абсолютно никаких шансов.

Выдержав марку, я важно огляделся и направился к стойке ресепшен для оформления. За стойкой хозяйничала невысокая полненькая испанка с ярко-красными губами и длинными чёрными волосами, убранными в аккуратный пучок. Смуглая кожа, сиреневое шёлковое платье — нельзя не заметить. Знойная женщина. Не знаю, кто она по паспорту, а по бейджику Милагрос. Мила, значит.

Мечта поэта с томным выражением лица всё сделала быстро и выдала мне большой и красивый ключ с костяной биркой.

— Они всегда там сидят, — заговорщически сообщила она, расплываясь в улыбке. — Так что если господа…

— Капитализм! — обличающе выдавил я с праведным негодованием. Девочки, радио, гостиничный буфет… Всё тлен, сейчас нам нужен душ, утюг и гладильная доска.

В номере плюхнулся в непривычно мягкое после вагонной лавки кресло и с наслаждением отпил воды из графина.

— Так, я достаю костюмы. Дино, найди горничную, нам надо готовиться, время не ждёт.

В дорогой папке из тонкой кожи с гербовым тиснением лежат сразу несколько документов: послание от Сотникова, записка Селезнёвой с пояснениями к нему, её собственное письмо и меморандум о структуре и работе в регионе русского посольства. Всё это нужно передать в секретариат Госдепартамента и дождаться ответа в письменной, а лучше бы ещё и в устной форме.

Установление дипломатических отношений со всеми субъектами американского анклава — важнейший элемент стратегических интересов России на внешнеполитическом поле.

После памятной встречи в кабинете у Главного, наш начальник Сергей Демченко расшифровал слова шефа о том, что, несмотря на известный в Центре статус СВГА, Союза Вольных Городов Америки, неопределённость остаётся и, по словам Сотникова, «по факту ковбои наплодили там не менее двух столиц…». Расшифровывая позже уже не эту фразу, а пояснения Сергея Демченко, я понял, что они знают больше, чем было сказано мне, а разговоры о двух отправленных морем дипломатических работниках, то есть, четы Кострицыных, не более чем верхушка айсберга.

А Полосова как? И вообще, впереди шли разведчики, люди с чужими паспортами и именами, проделавшие огромную предварительную работу. И вряд ли я когда-нибудь узнаю, как звучали их настоящие фамилии, и кем они были на самом деле. Хотя… Вспоминая Кастета, не могу предложить на эту работу лучших кандидатур, чем сталкеры высшей категории.

Исходя из этого, Центр снабдил Селезнёву не одним письмом от Главного с его подписью и печатью, а тремя идентичными, в которых просто не могло быть конкретных фамилий адресатов и конкретных названий национальных субъектов. Конкретика изложена в письме Полномочного Посла России, которая и может эту конкретику определить на месте, как и подтвердить подлинность послания.

Задача изначально была чрезвычайно сложной, Селезнёвой нужно было пройти между струй, и чтобы никто не ушёл обиженным. Но Екатерина Матвеевна сразу встала на единственно верный путь, уже при первом визите к господину Бартоломео Россо — губернатору-президенту Южных Штатов, — сообщив ему о том, что стремление установить дипотношения не только с южанами, но и с северянами, есть непреложная цель Замка Россия.

Однако даже после этого Селезнёва не торопилась делать шаги в объявленном направлении, не суетилась, дав время присмотреться к нашим действиям и главе Бюро Национальной Безопасности Сандерленду, и самому Бартоломео. Потому что осмысление приходит только тогда, когда схлынут первые эмоции, и южане поймут, что Россия им не враг, и она может сыграть в этой военно-политической игре очень важную роль.

И вот настало время действовать. Екатерине свет Матвеевне в соответствии со своим высоким статусом пора появиться в Вашингтоне с интереснейшим предложением. Но и здесь нужно действовать солидно, без спешки, ведь мы представляем не Шанхай или Канберру, а великую Державу, с авторитетом и мощью которой считается вся Платформа-5.

Требуется подготовка, и поэтому вперёд пошли шерпы — Советник посольства и его юный помощник.

Когда мы обсуждали всё это с Екатериной, внимательно слушавший нас Бернадино спросил:

— Старшие, а почему Россия так беспокоится о будущем Америки? Разве не они были нашими вечными соперниками и даже врагами? Все это знают.

Селезнёва немного подумала.

— Дино… для нас все, кто вне Русского Союза, являются соперниками, и никто не может сказать, кто со временем станет ещё и противником… Представь, что эта вялая грызня между Севером и Югом перестанет быть чередой полупартизанских вылазок вдоль магистралей и перерастёт в полномасштабную войну со штурмами городов. Ну же, ты ведь умный, можешь смоделировать, что тогда произойдёт!

— Начнётся всеобщая резня, разве может быть иначе? — пожал плечами тот. — Но разве не это нам выгодно? Пусть режут друг друга, спокойней будет!

— Допустим. А что будет потом?

— Я не понял, — нахмурился парень. — Не знаю… Хаос, безлюдье, разруха, Что ты имеешь в виду, Катрин?

— Ты ошибаешься, мой мальчик, — невесело усмехнулась она. — Хаоса не будет. На эти земли придёт Иран с поддерживающими его монокластерами, а то и анклавами. Они поработят оставшихся в живых калек, женщин и детей, а затем заключат союз с турками, объявив о создании какого-нибудь там Великого Исламистского Союза… Вот и реши, соответствует ли такое развитие событий — исчезновение сложившейся в этой части континента системы сдержек и противовесов — нашим стратегическим интересам?

Сын не ответил, лишь головой покачал.

— Не соответствует, — подсказала Екатерина. — Америка нам пока нисколько не мешает. Нас вполне устраивает, что Турция и Берег Скелетов ограничивают американцев с запада, Иран с севера, а океан с юга. Ты ведь умный, мой мальчик, подумай сам на досуге. Хотя мы об этом ещё поговорим.

За окном доносились отчаянные крики мальчишки-газетчика, который старался распродать пачку газет с самой важной сенсацией, у кого-то из соседей по гостинице из включённого радио неслась бодрая музыка. Я уже доглаживал рубашку, когда в номер ворвался её владелец:

— Такси подъедет через пятнадцать минут, одеваемся, падре!

На всех чиновников отдельных зданий не напасёшься, хотя все они хотят именно этого. Даже у такого большого города бюджет не безграничен. Работать с чиновниками в Вашингтоне достаточно легко, все министерства, департаменты, а заодно, и Конгресс, разместились в одном здании.

Как и было оговорено, через пять часов после передачи писем мы вернулись в Капитолий, успев за это время обойти половину города и пообедать в