Фантастика 2025-33 - Владимир Николаевич Малый

что хочет сказать ему неизвестный. Обычно он не доверял письмам такого рода, но это передали во дворце, следовательно, автором был кто-то из высокопоставленных лиц, иначе оно не дошло бы до адресата.

Первый Советник сломал печать и извлёк сложенный вдвое листок. Развернув его, он подошёл к окну, где было больше света, и стал читать.

'Ваше Сиятельство, — говорилось в письме, написанном изящным чётким почерком, — я слышал, что ваша сестра страдает особенным недугом, называть который нет смысла: он известен нам обоим. Уверен, что вы, будучи любящим братом, прилагаете максимум усилий, чтобы избавить даму Ксанвию от него. Однако, дало ли хоть какое-нибудь средство результаты? Осмелюсь предположить, что нет.

Позвольте же предложить вам некоторый способ излечения вашей сестры. Если вас не оскорбило моё смелое письмо, я буду ждать вас завтра ближе к полудню в императорском дворце, в отведённых мне покоях.

Надеюсь, ваш друг,

Эл, барон Деморштский'.

Глава 47

Две из двенадцати лошадей скакали немного впереди. Они несли Армиэль и Сафира, которым, наконец, удалось встретиться после довольно продолжительной разлуки. Молодые люди подставляли лица ветру и утренней прохладе, вдыхали ароматы полевых цветов и радовались, что могут быть вместе. Позади них ехали телохранители принцессы, недовольные тем, что госпожа не позволила им окружить себя кольцом. В последнее время в городе собралось слишком много разного пришлого люда, привлечённого приближающимся праздником Вознесения Летних Даров. События подобного рода всегда сопровождались нашествием тех, кто собирался пополнить свой карман и брюхо императорскими щедротами, расточаемых по поводу празднеств, и тех, кто планировал поживиться за счёт чужой рассеянности — карманников, домушников и грабителей.

— Скоро вся эта суматоха закончится, — говорил Сафир, глядя на Армиэль. — Посол пробудет здесь не так уже долго, от силы пару месяцев, и я не всё время буду сопровождать его.

— Вот как? — девушка слушала, слегка склонив голову. — Почему?

— Нармин-Армаок займёт моё место.

— Он вернулся?

— Да, на днях. Ты помнишь его?

— Очень плохо. Кажется, он отправился вместе с каким-то нашим послом в одну из соседних стран? — Армиэль нахмурилась, стараясь вспомнить название. — Карсдейл?

Сафир кивнул.

— Барон Мартинбейр, которого он сопровождал, заболел, и он был вынужден оставить пост.

— И лорд Армаок вернулся сюда?

— Да.

— А почему он не остался? Ведь с его здоровьем всё в порядке?

Сафир помолчал. Он не мог рассказать Армиэль, что его друг бежал от запутанных отношений, балансирующих на грани любви и ненависти, одним ударом предпочтя разрубить мучительный клубок сомнений.

— Ты меня слышал? — переспросила девушка.

— Да, милая, конечно, — Сафир виновато улыбнулся. — С Нармином всё в порядке. Просто он был очень привязал к барону и не захотел оставаться в Карсдейле без него.

Армиэль пожала плечами.

— Не понимаю. Лорд Армаок вассал Мартинбейра?

— Нет, — Сафир понял, что его объяснение не убедило её.

— Они были большими друзьями? Но ведь барон намного старше.

— Нармин не вдавался в подробности. Думаю, у него были причины, — сказал Сафир уклончиво.

— Вероятно, — согласилась Армиэль. — Давай поднимемся на ту гору, — она указала на поросшее низким кустарником плато, носившее название Малькарох, Дремлющий зверь.

— С удовольствием, — откликнулся Сафир.

— Догоняй! — девушка пришпорила лошадь и пустила её галопом.

Темно-синее платье плескалось на ветру, волосы развевались, сверкая вплетёнными в них серебряными нитями и драгоценными камнями.

Сафир стегнул Риамаха нагайкой и поспешил за ней. Телохранители устремились следом, напряжённые и сосредоточенные, нисколько не замечающие очарования утра.

— Ты что-нибудь знаешь о моей семье? — спросил Сафир, когда они оказались на вершине, с которой открывался вид на колышущееся зелёное море деревьев.

Местами листва начинала приобретать тот особый оттенок, который предвещает приближение осени.

— О чём ты? — нахмурилась Армиэль, непонимающе глядя на Сафира. — Я слышала только о том, что род Маградов всегда был близок нашему. Твои предки верно служили трону и империи, и их заслуги возвеличили…

— Это общие слова, — нетерпеливо перебил Сафир. — А я имею в виду, известно ли тебе что-нибудь о моих родителях? Мне от них досталось только богатство и фамильные портреты. Но как они жили, что значили для Урдисабана и других людей? С кем дружили, кто мог бы рассказать мне о них, поделиться воспоминаниями?

Армиэль задумалась, затем виновато пожала плечами.

— Прости, ничего не приходит в голову. Это так давно было.

— Люди, знавшие их, должны быть ещё живы, — возразил Сафир.

— Да, конечно. Я уверена, если расспросить кого-нибудь из вельмож, они смогут помочь. Полагаю, твой отец часто бывал во дворце, и его должны хорошо помнить.

— Я не раз заговаривал об отце, но никто не признался, что знал его. Возможно, он жил затворником?

— Я могу поговорить с отцом, — предложила Армиэль. — Уж он-то должен быть в курсе.

— Это было бы чудесно! — Сафир взглянул на неё с благодарностью.

— Почему ты вспомнил о нём? Я хочу сказать: раньше ты никогда не спрашивал о родителях.

Сафир пожал плечами.

— В последнее время я часто думаю о его смерти. И о судьбе матери тоже. Возможно, это из-за того, что мы должны пожениться, а мне не с кем поговорить об этом.

— В каком это смысле⁈ — Армиэль приняла шутливо-обиженный вид. — А со мной⁈

— Ты же понимаешь, о чём я, — смущённо сказал Сафир.

— О совете и поддержке, — принцесса кивнула. — Я забываю, что у меня-то полно нянек и прочих желающих влезь в душу и поделиться опытом, — она рассмеялась. — Я такая эгоистка! Прости меня.

— Ты самая замечательная девушка на свете! — искренне сказал Сафир. — Мне не за что прощать тебя.

— Прогуляемся? — предложила Армиэль.

Они спешились, передали поводья телохранителям и, взявшись за руки, двинулись по дорожке, идущей между стволами клёнов и тополей. Вдоль обочин тянулись кусты шиповника и остролиста, низко проносились золотые шмели, на ветвях чистили перья птицы. Преторианцы подтянулись поближе, четверо из них вошли в лес по обе стороны дороги, а двое обогнали влюбленных и уехали вперёд, выполняя роль арьергарда.

— Интересно, хоть после свадьбы они оставят меня в покое? — проговорила Армиэль, проводив их взглядом.

— Мы заведём собственную охрану.

— Надеюсь, не такую назойливую?

— Ты ведь не думаешь, что я соглашусь