Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

в животе, и сжал кулак. Он не мог не принять решение, которое было от Хаширамы. Их мечта, их цели совпадали, и лишь Зецу, что туманил их разум, мешал мыслить адекватно и здраво. Я же старался успокоить бушующую чакру внутри себя и не показать слабость. Убить Мадару стоило бы многого, но если он не примет то решение, которое мне нужно, я заплачу эту цену…

— Я принял решение, — сказал тот, помолчав несколько минут, колеблясь. Он понимал, что никто его отсюда не выпустит. Шантаж? Возможно, но играть в детские игры здесь никто не собирался. — Но я не приму советы от того, кто прячет своё лицо от главы клана Учих. Покажи своё лицо.

Приказал тот, видя, как я спокойно жду его слов, хоть и дерзко, но в целом он был прав. Обычно такие безликие маски носили лишь те, кому есть что скрывать.

Сняв маску и видя ошарашенное лицо Мадары, который не мог не сравнить моё лицо и Изуны, улыбнулся. С годами наше сходство всё увеличивалось, и лишь мой рост и комплекция отличали нас друг от друга. Ох, как Хаширама смеялся над Тобирамой, который рассказывал, как тот иногда путает нас.

— Кто ты… — Мадара не мог задать этот вопрос, но у нас здесь война. Кажется, это выбило его из колеи сильнее, чем я думал.

— Не время, Мадара, чтобы выяснять наши отношения, — я указал на то, как очередной шиноби погиб, защищаясь от атаки. — Они нас не видят и не понимают, что происходит. Пора вам двум главам показать пример того, во что вы хотите превратить кланы.

— Он прав, Мадара, — Хаширама кивнул и сложил печати, чтобы подойти к Изуне, начиная диагностировать того. Мадара был в напряжении, но, видя, что всё спокойно, отпустил своего младшего брата на землю. — Можешь снимать барьер, старший брат.

Кивнув Хашираме, который доверил мне свою спину, и покачав головой на двух шиноби, что прожигали друг друга глазами, сложил печати. Пора закончить эту войну и создать Коноху.

Волна чакры хлынула из меня, и барьер с треском развеялся в воздухе, пришлось даже закрыть глаза, чтобы сконцентрироваться, настолько монолитным оказалось моё творение. Открыв глаза, тут же почувствовал давление, которое сковало меня. Меня подняли, словно марионетку, и я оказался перед фигурой, которую не ожидал увидеть.

Риннеган горел в глазах Мудреца Шести Путей, а тьма вокруг не давала понять, где я. Тело не слушалось, и лишь глаза и уши принимали информацию.

— Здравствуй, Оками Узумаки, чья душа прибыла из иного мира.

Это были первые слова, которые я услышал из уст настоящего бога среди людей…

---

**Взгляд со стороны**

— Что ты сделал?! — Держа кунай возле глотки Мадары, Тобирама был в гневе. Его реакции не хватило, чтобы заметить, что произошло. Вот одна секунда — он смотрит прямо в глаза безумному убийце из клана Учих, вот вторая — и барьер с треском исчезает, заставляя остановиться всех воинов вокруг. Вот третья — и чакра Оками, старшего брата, который наравне с Хаширамой и Итамой стал семьёй, пропадает из радиуса сенсорного восприятия чакры альбиноса. Он не задумываясь оказался возле Мадары и приставил кунай к горлу, ни секунды не сомневаясь, чтобы убить его, если тот не даст ответы.

— Успокойся, Тобирама! — Крепкая рука, которая всегда поможет, стиснула кисть Тобирамы, и старший брат, что спокойно продолжил лечить клоном Изуну, остановил его. — Мадара тут ни при чём. Я также потерял его буквально на мгновение, и тот исчез. Не думаю, что он бы смог это сделать.

Спокойно и рассудительно закончил Хаширама, заставляя Тобираму успокоиться. Он и сам понимал, что после битвы с братом этот проклятый Учиха не мог бы что-то сделать тому, кто мог биться наравне с Хаширамой. Но эмоциям не прикажешь…

— Я бы также хотел знать, что с ним случилось, Тобирама, — гордость Мадары была задета, но он не позволял ей сейчас вырваться наружу. — Всё же мне нужны были ответы на мои вопросы, и я их задам.

Махнув рукой на странного главу клана Учих, Тобирама вместе с братом подошёл туда, где только что стоял Оками.

Присев, тот приложил руку, чтобы почувствовать хоть что-то. Но ничего. Пустота.

Видя потерянное лицо Хаширамы, который также ничего не нашёл, тот вздохнул, почувствовав, что его задавило тисками потери. Было что-то странное во всём этом, и Тобирама Сенджу не успокоится, пока не поймёт, что случилось с Оками.

Тем временем клоны, которые Хаширама создал из дерева, начали останавливать вместе с Мадарой битву. Всё закончилось, и это было новым началом огромной истории, но лишь один человек, что изменил историю, пропал, когда в нём нуждались все.

---

— И что ты хочешь от меня, Мудрец? — Я пытался воззвать к чакре, но не получалось. Меня будто отрезало. Чувство неестественности преследовало меня, и с каждой секундой опасность, которая мне грозила, всё росла.

— Ты знаешь мой титул, неудивительно, — он взмахнул рукой, и мы оказались высоко в небе над полем боя. — Что ты видишь, Оками?

Это было словно издевательство, но тиски, которые начали сжиматься, не позволили молчать и не играть под дудку этому существу. Человеком его считать было трудно.

— Поле боя, — ответил я кратко. Он кивнул, но покачал головой, будто бы я сказал глупость.

— А я вижу историю, пришлый, — что за прозвище? И откуда он узнал, что я не из этого мира? Следил за мной? Тем временем тот продолжил. — Историю, которая должна идти своим чередом, чтобы спасти весь этот мир.

— О чём ты? — Что он несёт? Тиски отпустили меня, но всё ещё сжимали, словно стальные канаты, и чакру я не чувствовал. Что же делать?!

— Ты, пришлый, изменил то, что менять нельзя. Сперва Курама, который под твоим влиянием оказался у Шинигами, — всё же следил, старый хрыч. То, что эта тварь убивала моих людей, его не волновало. Захотев послать его, не смог, рот не двигался. Он покачал головой. — Не стоит. Я не потерплю грубости, всё же ты и так сломал то, что я строил многие столетия, и теперь мне нужно будет вмешиваться. А пока вернём