Плохое путешествие. Том 4 - Давление

— Никогда, сука! — проревел я. — В аду нет рождества, тварь! Там вообще нет праздников! Там только боль! Страдания! Нет ни солнца, ни травы, ни свежего воздуха! А ещё… О-о… — я широко ухмыльнулся, и моя демоническая морда скривилась в самой радостной из возможных гримас. — Ха! Мне сейчас пришла в голову замечательная мысль! Как ты там говорил? «За свои преступления надо платить»? Или… А, не важно.

Я потянул Брэндона за воротник к себе и схватил его за мизинец. Парень моментально побледнел, а его глаза округлились. Он понял, что будет. Но он, блять, даже наполовину не угадал.

— Давай сыграем в игру, — прошипел я. — Всё просто. Если не закричишь, то я тебя отпущу. Честное демоническое. Но если издашь хотя бы писк… То оторвём тебе ещё что-нибудь? Окей?

Брэндон скользнул взглядом по Николасу. У того, напоминаю, было раздроблено колено. Блондин, встретив его взгляд, быстро, почти истерично, закивал. Типа, давай, друг, ты сможешь, мы так сто раз делали. Поддержка друга.

— О-окей, — сглотнул Брэндон, его голос дрожал. — Согласен.

— Отлично, — осклабился я.

А затем, не меняя выражения лица, я резко обхватил его кисть и дёрнул изо всех сил.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А! Су-ука-а-а-а! — его надрывный рёв разорвал тишину библиотеки, заглушив на мгновение даже треск пожара. Тёплая, липкая кровь хлынула мне на брюки, на руку, заливая пол.

— Ты проиграл, — просто хохотнул я, с наслаждением разглядывая окровавленную культю, которую всё ещё сжимал в своей лапе.

В этот момент в библиотеку вернулась Дура. Бесилка подошла ко мне и легонько похлопала по плечу.

— Надо уходить. Скоро тут всё обвалится.

— Я ещё не закончил.

— Так забери их с собой, а там делай что хочешь.

Брэндон на пару с Николасом шокировано уставились на меня, а затем быстро замотали головами.

— Не надо!

— Прошу! Умоляю!

— Отпусти нас! Мы что хочешь сделаем!

И как я сразу об этом не подумал? В который раз убеждаюсь, что Дура вовсе не дура, а очень даже умненькая девочка.

Я невольно расхохотался, представляя, сколько чудных моментов нас ждёт впереди.

— Помоги дотащить их до портала. Хватай вот этого с ногой, — кивнул на блондина.

Джеймс так и не пришёл в себя. Что ж, будет для него сюрприз, а Николас с Бренданом начали очень громко кричать…

— Господи, спаси душу грешную! — выкрикнул Николас, когда Дура закинула его на плечо, чем вызвал у меня вполне естественную реакцию.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ты серьёзно?

— Молю тебя… — подхватил Брэндон.

— Отче наш, да… да еси…

— Что еси? Ты даже слов не знаешь! — продолжал хохотать я.

Не прошло и минуты, как Дура отправила Николаса в портал, потом забрала с моего плеча Джеймса и швырнула следом. Ну, а напоследок…

— Не надо! Прошу тебя! Я… Я не знаю, что тебе ещё предложить! Помилуй! Что хочешь сделаю! Только не убивай!

И он заревел. Брэндон, хер, который разрушил мою жизнь, сейчас сидел передо мной на коленках, плакал, как маленький ребёнок, и молил о пощаде.

Я лишь сделал вид, что раздумываю над его предложением, что мне не всё равно и где-то в глубине души осталась частичка светлого, добродушного мальчика, который пожалеет и простит.

А затем резко сорвал маску.

— Увидимся в аду, тварь.

Удар с ноги, и Брэндон отправляется в плохое путешествие.

— Легче? — спросила Дура.

— Легче. Как с этими двумя? — мотнул головой назад.

Бесилка на секунду стушевалась.

— Встретили по дороге несколько вооруженных отрядов. Но всё закончилось хорошо. Они в безопасности.

Я оглянулся. Вся библиотека уже пылала. У входа рухнула балка, подняв в воздух целый рой искр.

Наблюдая за этим, с сожалением понял, что надо было разбираться с этими тремя быстрее. У меня появилось желание сбегать до своей комнаты и взять с собой парочку вещей, но теперь уже поздно.

— Идём? — повторила Дура.

— Идём. — ответил я и шагнул в воронку.

Когда мы оказались на той стороне, то первое, что я увидел, была счастливая Рита. Нет, она не смеялась, не бегала по библиотеке, как по ромашковому полю, отнюдь. Николас, Джеймс и Брэндон стояли перед ней на коленях, уткнувшись мордами в пол, а она… просто смотрела на них. Сверху вниз. С лёгкой, можно сказать, вежливой улыбкой на губах. И тем не менее, в её глазах я видел, что жизнь этих троих теперь будет хуже смерти.

Когда моя нога ступила на пол библиотеки, Рита подняла взгляд.

— Хью… Спасибо. Это лучший подарок за последние пятьсот лет.

— Не только для тебя. — проговорил я, а сами оглянулся в поисках Лилит. — А где…

Вика с Сариэль растерянно закрутили головами.

— Только что тут была… — неуверенно дёрнула рукой крылатка по направлению стола, рядом с которым стоял стул. И вот на столе я заметил какой-то листок, похожий на записку, причём один край был опалён.

— Сувенир на память… — прочитал аккуратно выженную надпись печатными буквами и перевернул.

С обратной стороны на меня смотрела мать, отец, сестра и маленький я. Эту фотографию сделал специально приглашённый фотограф на моё пятое день рождения. И в тот день я разнылся, потому что не хотел надевать сраные брючные шорты и рубашку с манишкой, а белые гольфы с туфлями вообще доводили меня до исступления.

Когтистые пальцы аккуратно прошлись вдоль лиц всех моих родных. К горлу подкатил ком, который я тут же с силой загнал обратно, потому что те, кто повинен в их смерти, сейчас были прямо передо мной.

Они будут страдать. Сильно страдать. Я устрою им настоящий ад. А если у меня не хватит фантазии, то мне поможет Рита. Уж она не подведёт.

Мы, конечно, торопимся назад, нужно вернуться к Чичивитсэ, чтобы наша дорогая арахна с голоду не померла. Но, думаю, если задержимся на пару дней, то ничего плохого не случится.

* * *

Эта ночь на Гринвуд-стрит запомнилась многим. Ещё бы! Ведь полыхал старинный особняк, символ дома Меригольд. Пламя, что танцевало над его крышей, было не просто огнём. Оно было финальным аккордом, ярким и разрушительным восклицательным знаком в конце его длинной и богатой истории жизни. Пламя пылало так яростно, что, казалось, сожжёт не только камни