Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

и имеющих десять метров в обхвате. На их огромных капителях исполненных в виде навесных площадок свободно могли уместиться около ста человек, если бы они рискнули туда забраться. Все это рукотворное чудо было богато отделано золотом, серебром, электроном, а так же множеством драгоценных камней, слоновой костью и кедровым деревом.

  Неторопливо и величественно вышагивал Александр по этим древним плитам, что бы принять власть над Египтом и полностью присоединить его к своей державе. Невидимые глазу жрецы запели торжественный гимн, едва повелитель достиг ступеней  алтаря, на котором возвышался трон фараона Египта. Крепко сжимая символы своей власти, новый правитель уверенно сел на трон своих былых предшественников и гордо вперил взгляд в расстилавшееся перед ним море людей.

  На стоявших в первой шеренге  македонских гейтеров он не обратил особого внимания. Его больше интересовали простые египтяне и то, что он увидел в их лицах, потрясло монарха.  Все они смотрели на доселе неизвестного им человека с таким огромным обожанием и восторгом, которого Александр не видал даже у своих македонцев, после каждой одержанной ими побед над врагом получая при этом богатую добычу. Сжимая символы царской власти, полководец физически ощущал себя живым богом на поклонение, к которому с радостью пришли эти люди в белых одеждах. Именно сейчас он как никогда прежде понимал слова матери и Аристотеля о божественном величии героев и был страшно рад тому, что мог ощущать это.

  Манефон тем временем уже взял двойную корону египетских фараонов и направился к царю. Сотни сердец затрепетали в этот момент и в этой сотне были сердца Эвмена и Нефтеха, которые больше косились по сторонам, чем на Александра.

  Корона тяжело легла на голову македонца, но он этого не заметил, продолжая купаться в своих эмоциях. Хор жрецов замолчал и в наступившей тишине, Манефон провозгласил  народу нового фараона Египта.

  Новый всплеск радости  потряс стены главного храма Фив, возвещая оставшимся вне стен храма людям об этом замечательном явлении. Став полновластным правителям страны, Александр тут же на троне стал раздавать различные милости жрецам и правителям номов специально прибывших на это торжество.

  Когда все основное торжество от коронации немного улеглось и наступило относительное затишье, к правому уху Александра склонился Манефон, объявив, что желает сказать царю важную вещь.

 - Конечно, государь теперь полноправный правитель нашей страны и видя, как радостно приветствует тебя народ, и как милостиво  ты его одаряешь, я рискну открыть тебе нашу тайну, о которой мало кто знает из непосвященных лиц.

  Александр заинтриговано обратился весь вслух и Манефон мысленно засмеялся над доверчивостью нового фараона.

 - Об этой тайне знают только верховные жрецы и фараон, которого они коронуют в третий раз в храме бога Осириса. Столь необычный ритуал вызван тем, что только там располагается истинная книга жизни и смерти, скрытая от простых людских глаз по приказу нашего первого божественного фараона Гора. Уходя от нас, он оставил книгу, в которой скрыто масса премудростей и ответов на любые вопросы, которые захочет задать его приемник непосредственно великому богу. Это потаенное знание скрыто от невежественных глаз и ушей, и доступно лишь фараонам, представителям богов на нашей земле. После коронаций вновь возведенный правитель знакомиться с книгой богов. С помощью особого ритуала исполняемого верховными жрецами Фив, мы открываем  ее новому фараону, и он может черпать собранные в ней знания в полой мере.

  Единственный запрет, который наложил Гор на этот ритуал, заключается в его единственном исполнении и поэтому необходимо заранее знать все интересующие тебя вопросы. Открывая книгу жизни и смерти, мы возлагаем на чело правителей невидимую корону мудрости и познания и поэтому это называется третьей коронацией.

  Манефон замолчал, переводя после столь длинной речи дыхание. Глаза македонца азартно блестели, и жрец понял, что тот полностью проглотил его хитрую наживку.

 - Когда я смогу увидеть это сокровище – срывающимся от волнения голосом спросил царь.

 - Прямо сегодня, после полуночи в храме Осириса мой господин, - смиренно сказал Манефон. - Я и четыре верховных жреца будем ждать тебя у храма, если на это будет твоя воля. Единственное о чем попрошу тебя, так это сохранить все в тайне, ибо не пристало знать простым людям божественные тайны.

 - Хорошо после полуночи я буду у храма Осириса - пообещал Александр.

  Монарх не обманул жреца и ближе к полуночи он оставил пирующих в честь его коронации македонцев и прочих званных гостей веселиться, а сам принялся готовиться к своей таинственной встрече. Отдав приказ начальнику стражи Леониду о скором отъезде, Александр поверг Эвмена в шок, который посчитал, что все самое страшное уже позади.

  Царь наотрез отказался рассказать о цели своего ночного визита тем самым, подтвердив самые худшие предположения начальника канцелярии. Единственное, что удалось сделать карийцу, уговорить Александра надеть особый панцирь и выяснить у начальника охраны место ночного визита.

 - Нефтех, царь уезжает в храм Осириса, где после полуночи у него состоится важная встреча - испугано информировал Эвмен своего друга.

 - В храме Осириса? Но двести лет назад в этом храме нашли мертвого фараона Джедефру, который очень сильно мешал жрецам Фив своим независимым правлением.

  Мозг египтянина лихорадочно заработал, стараясь постичь весь тайный замысел противника.

 - В этом храме, как в любом другом, есть подземный ход, через который в него можно будет привести нужное число людей. Сколько человек в охране царя?

 - По словам Леонида, будет двадцать человек, но по приказу царя все они останутся снаружи.

 - Видно жрецы сообщили Александру нечто важное, раз он рискнул явиться в незнакомое место этой ночью. Не зря Манефон крутился возле его трона и страстно шептал что-то на ухо. Мы думали поздравления и лесть, а вышло, просмотрели опасность.

 - Значит так, – возбуждено решал Эвмен, – берем сотню всадников и прочесываем весь этот храм от камня до камня.

 - И будем выглядеть дураками в глазах Александра, которому Манефон тут же пожалуется, обвинив нас в срыве нечто важного, заставившего царя покинуть свой праздничный пир.

 - Так что же ничего не делать.

 - Успокойся - ледяным тоном произнес жрец – хочешь, помогу?

 - Ну, давай – и в следующий момент получил звонкую затрещину по лбу. От столь подлого удара кардиец отлетел от Нефтеха, затем петухом бросился на обидчика.

 - Смирно! - зычным командирским голосом рявкнул жрец и от неожиданности Эвмен застыл на месте.

 - Вот так оно лучше, - совсем обыденным