Фантастика 2025-57 - Елена Артемова

знакомых норров или старших над дружинами, тут про всех все хорошо известно. Этим просто не повезло найти такую толпу приятелей, чтобы тоже начать бунт против своего норра.

— Не требуетесь! — так и ответил коротко, больше говорить и не собирался.

А когда бывший стражник сделал недовольное такое лицо, мол, зажрался этот непонятный норр, от крутых воинов отказывается, когда у самого таких вообще нет в наличии, не стал долго разговаривать и отвесил своей могучей дланью в кожаной перчатке ему по охамевшей личности.

— Не подходим мы, значит, вашей милости? А чего так? — только и успел сказать он с искривившейся рожей.

Это уже явная наглость — приставать к владетельному норру с такими вопросами!

— Дерьмо потому что!

Крепкого мужика унесло метров на пять и размазало по земле, приятель оказался не такой любитель вызывать мой гнев, просто молча бросился его в чувство приводить и на ноги поднимать, чтобы поскорее уйти отсюда. Стражники достали мечи и приготовились по моему знаку рубить в капусту наглых солдафонов.

Только я понимаю, их тут самих могут порубить в этот овощ, если противники хоть немного сильны в воинском умении. А они наверняка неплохи, в отличии от моих дуралеев.

— Не надо. Проводите только, — отдал приказ и два всадника с мечами наголо отконвоировали обоих проходимцев за поворот.

— Надо было просто их добить, — подумал еще лениво, но лить кровь около рынка не стал.

Не так уж и накосячили беглецы передо мной, наказание выдал на месте и хватит пока.

А ведь правильно все понимаю и чувствую, дойдут бывшие стражники до крайности и закономерно пристанут к разбойникам. Со своими умениями и характером точно возьмут там управление на себя, банды станут гораздо опаснее и нападать на караваны начнут еще внезапнее.

Так оно потом и оказалось.

Зато через неделю принял на службу сразу четверых воинов, один такой бывалый вояка из Империи, четыре срока отслужил недалеко от Датума. Ну, это по расстоянию недалеко, всего две сотни километров, а по жизни — другая планета, потому что никогда не доберешься за свою жизнь до соседнего гарнизона.

Если начальство почему-то не прикажет.

Видно, что толковый мужик и с ним еще трое молодых парней, но без оружия, значит просто бывшие крестьяне.

— Чего ушел тогда? Или получил участок в степи и продал уже? — интересуюсь я у высокого мужика с копьем в руке и парой мешков за спиной.

Еще он достал такой же кожаный мешочек из-под куртки, как у меня самого имеется, только теперь в донжоне лежит.

Трое его попутчиков боятся подходить ближе к настоящему норру и прячутся пока за спиной.

— Да, продал. А вы откуда знаете, ваша милость? Служили в имперской армии?

— Служил. Ну, давай, рассказывай, почему в Баронства пришел и что это за молодцы с тобой?

После недолгого рассказа я узнаю, что испортились отношения у бывалого воина с начальством, что может случиться и просто так, если не дал денег на взятку. Ну, как я, например, поступил, только я это специально устроил.

Не сдержался как-то старый, опытный воин на глупый приказ молодого дворянина, командира своей манипулы и нашла коса на камень. Хорошо, что срока контракта всего два месяца осталось. Поэтому уволился, продал за копейки положенный от имперского военного ведомства участок земли недалеко от Станы.

— После последнего нашествия мало таких, кто хочет там пшеницу растить и вообще…

Вполне понятно объясняет он, ведь одна из четырех взятых зверолюдами крепостей-фортов находилась в сотне километров от его гарнизона. Сами они в схватках не участвовали, в примерно таком же форте отсиделись, а вот окрестные крестьяне-бедолаги с той стороны или сразу в котел многие отправились, или в степи ушли безвозвратно с веревкой на шее.

— Полностью одна сторона от нашей крепости обезлюдела. Нас там всего пятьдесят воинов сидело, тут бы оборониться не получилось от нелюдей, не то, чтобы за ними в степи гоняться, — объясняет он.

Да, в таком маленьком гарнизоне с командиром-дворянином поцапаться — совсем мало чего хорошего.

Про то, что я сам в Датуме в это время на стенах отбивался, служивому я не говорю. Ни к чему ему знать, что я из своих, простых воинов тут как-то внезапно дворянином заделался. Что-то ему остальные стражники расскажут, но они всего близко не знают, а Ветрил сурово предупрежден языком лишнего не мотать. Именно про те времена, как я простым воином был и что в Ликворе с нами случилось.

— А эти откуда? — киваю я на молодых крестьян.

— Так встретил в предгорьях и позвал с собой на службу устраиваться идти, — не совсем правдиво отвечает служивый.

— Ты мне-то не ври, — негромко говорю я ему. — Небось беглецы из Империи?

— Не знаю, ваша милость, — браво врет служивый, которого зовут Кранил.

Я немного думаю насчет набрать себе еще воинов. Они мне очень нужны, только тут все непросто.

Ну, воин тут один, но опытный и неплохой, именно, как человек, это я хорошо вижу. Эти трое крепкие парни, еще тоже накосячить серьезно не успели. Наверняка, что попробовали на него напасть в предгорьях с голодухи, а опытный воин их пожалел.

— Дети, что ли, такие же есть? — догадываюсь я. — Что ты к ним проникся так?

— Есть, ваша милость. Два сына в центральной Империи служат, жена померла недавно только от болезни, — объясняет мне свою жизненную ситуацию воин.

А, ну все понятно, ничто больше опытного воина не держит там, где служил, в до смерти надоевшем месте, поэтому он и позволил себе над глупым и молодым начальником посмеяться. Самому часто хотелось этих спесивых дворянчиков проткнуть насквозь своим казенным копьем, знакомое такое ощущение.

Старший над охраной мне нужен, это понятное дело, на имеющихся стражников рассчитывать серьезно совсем нельзя. Еще опытный воин необходим, чтобы хоть немного натаскал моих стражников, да и молодыми занялся одновременно.

— Беру тебя на пробу. Будешь учить моих оболтусов и этих тоже, — киваю я ему за спину. — За них пока сам отвечаешь. Тебе плата два золотых, им по одному.

— Благодарю, ваша милость! — обрадовался Кранил.

Правильно понимает, что его много, где возьмут, как опытного служаку, а вот спутников вообще нигде не примут.

Но и мне опытных стражников, да еще настолько опытных, трудно найти.

Так что вернулись мы уже не вчетвером, а ввосьмером в