Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

у нас были тяжёлые брезентовые полотнища и деревянные колышки, которые вечно уходили в песок. Продукты хранились не в пластиковых контейнерах в переносном холодильнике, а в простых авоськах, подвешенных на сук дерева подальше от муравьёв. И напитки мы охлаждали в воде. А вместо удобного мешка углей для мангала мы с Ваней и Володей вчера несколько часов собирали хворост.

Да, я потерял технологический прогресс, но приобрёл нечто большее. Умение быть здесь и сейчас и наслаждаться этим.

— Серёга, ты идёшь? — раздался окрик, прервавший мои размышления.

Я обернулся и увидел маячившего неподалёку Володю. Кстати, о нём. За полгода он здорово изменился. Сбросил лишний вес, подтянулся, стал более уверенным и ответственным. Видимо, должность старосты группы придала ему необходимый пинок для изменений.

— Иду! — крикнул я в ответ, поднимаясь на ноги и отряхивая ладони от коры.

Надо отметить, что наша поездка из тихой семейной как-то сама собой превратилась в шумный и весёлый выезд большой компанией. Сначала мать предложила позвать с собой Катю и её родителей. Отец поддержал, сказав, что у него будет отличная компания для рыбалки в лице Георгия Павловича. Затем мы посовещались и было принято решение позвать с собой и Ваню с Наташей.

Я же подумал и предложил пригласить ещё и дядю Борю с Иваном Семёновичем. Оба одинокие и оба довольно близкие нашей семье люди. К тому же я обещал, что познакомлю Ивана Семёновича с Катей.

Вечером того же дня мне позвонил Володя, как чувствовал. Он пригласил меня к нему на дачу, где как раз гостили парни из аэроклуба — Миша Зайцев и Саша Рыков. Я, недолго думая, предложил им присоединиться к нам. В итоге на берегу Истринского водохранилища теперь расположился небольшой палаточный городок.

Приехали мы вчера. Пока поставили палатки, пока натянули тент от возможного дождя, пока собрали хворост для костра, пока оборудовали импровизированную «кухню» и место для отдыха, вот и вечер наступил.

За день все изрядно вымотались, но настроение у нас было прекрасное. Мы пожарили на костре шашлык и овощи, пообщались и даже сыграли в «Крокодила». Правда, мне пришлось долго объяснять суть игры, потому что никто о ней слыхом не слыхивал. В общем, вечер прошёл весело и спать улеглись поздно. Не знаю кому как, но мне засыпалось очень сладко под убаюкивающий шёпот волн и треск потухающих углей. Я практически сразу провалился в сон и отлично выспался.

С утра было решено, что сегодня мы будем варить уху. Иван Семёнович ответственно заявил, что поездка на природу к водоёму без ухи не считается. Ну а мы не стали спорить. Уху любили все. Особенно если её будет готовить кто-то другой.

Главными добытчиками рыбы были назначены мой отец и Георгий Петрович, как самые заядлые и опытные рыбаки в нашей компании. Впрочем, это не их не расстроило ни на грош. Заря только начала заниматься, а они уже сидели на берегу с удочками, в полном молчании «медитируя» на водную гладь.

Мама и Нина Павловна, настругав салаты, с чистой совестью устроились на расстеленных покрывалах недалеко от воды и загорали. Краем уха я слышал отголоски их разговора. Обсуждали они какую-то свежую статью в «Работнице».

Ну а Катя и Наташа под руководством Ивана Семёновича, были нашими походными поварами. Как раз сейчас они сидели у костра и внимательно слушали наставления Ивана Семёновича о премудростях приготовления настоящей ухи и как правильно рыбу коптить нужно.

А у нас с парнями намечалось состязание. Я, Ваня, Володя, Миша, Саша и дядя Боря условились сыграть в футбол. Три на три по упрощённым правилам. Володя, как главный инициатор, с гордостью предоставил нам свой потрёпанный кожаный мяч, который он, наверное, хранил с детства.

Наконец, я добрался до нашего импровизированного футбольного поля и окинул взглядом собравшихся. Ворота мы обозначили двумя кучами брошенных свитеров и курток примерно в трёх-четырёх метрах друг от друга. Поле было неровным, с кочками, но для нас это не имело никакого значения. Важен был процесс.

— Кто на кого? — спросил Саша, подбрасывая мяч и ловя его.

Решили кинуть жребий. В итоге в моей команде оказались Ваня и Миша Зайцев. Против нас играли Володя, Саша и дядя Боря, который, несмотря на свой возраст, горел азартом не меньше нашего.

— Ну, пацаны, давайте покажем им, как надо в футбол играть! — крикнул Ваня, потирая руки и горячась.

— Это вы-то нам покажете? — возмутился дядя Боря, вступая в игру. — Да я в футбол играл уже тогда, когда ты у папки в штанах был!

Ваня в ответ оскалился в довольной улыбке: провокация удалась. Игра закипела мгновенно. Кто-то кричал, требуя пас, кто-то ругался на себя за промах, кто-то хрипло смеялся, падая в попытке отобрать мяч.

Дядя Боря и в самом деле оказался умелым игроком. Несмотря на свои годы, действовал он с умом, с хитринкой, отдавал неожиданные пасы и здорово читал игру.

Счёт стал меняться. То они забивали гол, то мы. Я забил один, сделав хороший проход по краю и ударив с неудобной левой. Ваня, прорвавшись сквозь двух защитников, мощно вкатил второй.

Я поймал мяч на грудь, обвёл одного соперника, потом второго, и уже занёс ногу для удара, как в последний момент меня кто-то толкнул в бок. Я полетел на землю, смешавшись с клубком таких же задыхающихся от смеха и усилий тел.

— Фол! — завопил Ваня.

— Какой на фиг фол! — возразил Рыков. — Чистая игра!

— Да вы что, с дуба рухнули? Он же его чуть не прибил!

Спор продлился минуты три, пока все не выдохлись и не сели на траву, давясь от смеха. Никакого гола так и не засчитали, но нам было уже и на гол плевать.

— Ох, ребята… Я, кажется, лет десять с футболом не пересекался… — Прохрипел дядя Боря.

— Дядя Боря, а вы молодец! — Похвалил его Ваня. — Таран просто!

Мы полежали так с минуту, глядя в высокое синее небо. Потом поднялись, отряхнулись и решили сыграть до трёх голов. Выиграли мы, забив красивый гол в совместной атаке: я отдал пас на Ваню, он сделал скидку на Мишу, и тот аккуратно прокатил мяч в угол.

Покончив с футболом, мы побрели обратно к лагерю, весёлые, уставшие и невероятно довольные. От костра уже вовсю тянуло невероятно аппетитным запахом готовой ухи. Иван Семёнович, как заправский полевой повар, уже разливал её по алюминиевым мискам.

— А