Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Злость на Лайлет, которая чуть не погубила этих детей, больше не терзала меня. Я решила, что такая, как она, не заслуживает даже тени моих негативных эмоций.

Время летело незаметно. Звонкий смех близнецов согревал мою душу, а слуги, словно заражённые общим настроением, тоже ходили с улыбками, бросая в мою сторону взгляды, полные одобрения и благодарности. Даже самый недальновидный человек понял бы, как они переживали за этих детей, не могли равнодушно наблюдать за тем, как Лайлет издевалась над ними вместе с носатой ведьмой. Они помогали близнецам на свой страх и риск, порой идя против воли своей госпожи, что вызывало у меня искреннее уважение.

Время неумолимо приближалось к ужину. Служанка заглянула в комнату с сообщением о том, что звонил лорд Фалмар и уведомил о своём визите.

Киан с Сиэлем оживились, бросая на меня странные взгляды, и я поняла, что откладывать разговор о наших отношениях с Лисаном больше нельзя. Но лучше дождаться самого Лисана — всё-таки в отношениях участвуют двое.

До ужина оставалось совсем немного времени. Мы почти закончили с переездом близнецов, когда я заметила в окне подъезжающий экипаж с гербом на двери.

— Лисан приехал! — радостно воскликнули мальчишки, устремляясь в коридор, чтобы встретить его.

За эти дни они сблизились не только со мной, но и с лордом Фалмаром, который попросил их обращаться к нему по имени. Дети с радостью согласились, мгновенно переходя на неформальное общение.

Улыбнувшись, ведь мне искренне нравилось, как Киан и Сиэль тянутся к Лисану, я последовала за мальчиками, намереваясь встретить своего будущего мужа.

Служанка поспешно открыла дверь, позволяя детям выбежать на крыльцо. Я встала рядом с ними.

Экипаж остановился, кучер распахнул дверь, позволяя лорду Фалмару выйти.

Я приветливо улыбнулась ему, но в ответ увидела напряжение и нотку вины в его взгляде.

«Что-то случилось?» — промелькнуло в мыслях.

— Лисан! — бросились к нему близнецы, но вдруг замерли, увидев седую голову, показавшуюся из экипажа.

Моё сердце, охваченное волнением, забилось чаще. Я неотрывно смотрела на появившегося мужчину — статного, в годах, с острым, оценивающим взглядом.

Первым порывом было шмыгнуть мышкой в дом, но я не могла так поступить — уже не ребёнок. Поэтому, подхватив юбку, как подобает хозяйке поместья, грациозно спустилась по ступеням, направляясь к гостям.

Мужчина смотрел на меня, ожидая моего приближения.

— Леди Лайлет, — поклонился Лисан.

— Добрый вечер, господа! — чуть склонив голову, я присела в реверансе, как того требовал этикет.

— Леди! — почтительно поклонился мужчина. — Прошу простить меня за неожиданный визит.

— Это мой дед, — кашлянул Лисан. — Август Фалмар!

— Милорд! — я вновь присела в реверансе. — Рада с вами познакомиться! Я — Лайлет Лакмэн, а это мои сыновья — Киан и Сиэль, — произнесла я без колебаний. «Пусть мальчики мне не родные, но я люблю их как своих!»

— Ну что же мы стоим на улице, — мне было тревожно, но я не собиралась показывать страх, — прошу в дом. Вы как раз к ужину!..

55. Столкновение стойкости

Лисан

Дед… Ох, этот дед… Я понимал, конечно, что порой ему бывает скучно, что он жаждет какого-нибудь развлечения, но мы с Лайлет определённо не годились на роль бродячих комедиантов. Хотя, если посмотреть, как я нервничал, излагая ему свою позицию касательно виконтессы, то определённое сходство между мной и ими всё же прослеживалось.

Наверное, мои эмоциональные взмахи руками и нескончаемый поток слов насмешили Августа Фалмара. Он безмолвно восседал в своём любимом кресле и просто наблюдал за моими потугами, не проронив ни слова. А я в тот момент находился на грани, едва сдерживая бурю эмоций, бушевавшую в груди.

Я боялся, что дед, подобно родителям, выступит против Лайлет. И пусть я твёрдо решил, что даже в этом случае останусь при своём мнении, в душе всё равно клубилась тревога. Тяжело, когда от тебя отворачиваются родные. Когда они уверяют, что ты поступаешь неправильно. Но ещё тяжелее, когда тебя не понимают и пытаются навязать свою прихоть, ведь желание матушки, женить меня на Майлен, ничем другим назвать я не мог.

Сколько ни размышлял, так и не понял, чем эта девица пленила её воображение. Почему матушка не видела, какая она на самом деле пустоголовая? Напрашивались два вывода: либо ей было безразлично моё будущее, либо… она сама была подобна Майлен и потому не замечала в той изъянов, напротив, считая достойной партией.

Дед терпеливо выслушивал мой эмоциональный поток, пока я без остановки тараторил, убеждая его, что нашёл именно ту, с кем желаю прожить остаток дней. Я не давал вставить ни слова, чуял — стоит ему заговорить, и переубедить старого маркиза будет невозможно. Потому вложил в каждое слово всю искренность, демонстрируя свои истинные намерения быть с этой женщиной.

Не знал, как долго я отстаивал свои позиции, но, видимо, достаточно, так как дед, утомлённый моей речью, резко вскинул руку, требуя тишины.

— Довольно, — кивнул он. — Ты свободен.

— Не откажусь от неё! — уверенно поджал я губы, пытаясь обуздать эмоции. — Даже не проси!

Старик вперил в меня взгляд, словно заключая в невидимые тиски. Прежде я непременно покорился бы, ведь не привык перечить ему, но сейчас… Сейчас был намерен стоять до конца.

Секунды тянулись мучительно долго. Маркиз не отводил взгляда, и тут произошло то, чего я никак не ожидал — его губы тронула улыбка, повергнув меня в полное недоумение.

— Как я и говорил ранее, — хмыкнул он, — ты вырос, Лисан.

Не знал, как истолковать его слова. Он не произнёс ни «да», ни «нет». А затем и вовсе отмахнулся от меня и выпроводил в уже подготовленную комнату.

Стоило перекусить, смыть с себя дорожную пыль и пот, как нестерпимая сонливость накатила на меня волной.

Не стал отказывать организму в отдыхе.

— Уж дед-то точно меня в комнате не запрёт, — пробормотал я, погружаясь в сон на мягкой постели, окутанный приглушёнными солнечными лучами, едва пробивающимися сквозь тяжёлые тёмно-зелёные портьеры.

Однако он поступил иначе — не запер, но устроил нечто куда более неожиданное: решил сопровождать меня к Лайлет.

Когда старик объявил о своём намерении, я настолько опешил, что потерял дар речи. Пытался выведать у него причины