"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

Айрин была влюблена в двадцатилетнего юношу, соседа, служившего помощником капитана на флоте, а отец желал выдать ее не за нищего мальчишку, а за богатого рыцаря. Девушка посмела спорить.

— Ваше Сиятельство, вы можете вмешиваться в семейные дела вассалов? — не вытерпела я, когда мы возвращались домой.

— Могу. — Йарра сразу понял, к чему я веду. — Но не буду.

— Почему? Вы же видели, что баронет Шойс сделал с дочерью! Он же мог ее убить!

— И был бы в своем праве, — пожал плечами граф. — Это его дочь.

— А вы его господин! Ваше Сиятельство! — Я подтолкнула Ворону коленями, перегораживая дорогу.

Йарра придержал зло всхрапнувшего Стригу:

— Что ты от меня хочешь, Лира?

Речь я заготовила еще в гостях. И даже отрепетировала.

— Разрешите Айрин выйти замуж за ее капитана! Да, Дэройс пока помощник, но представьте, какой стимул он получит, если обязательным условием свадьбы будет его офицерская должность!.. И девушка как раз успеет подрасти, ей же всего тринадцать! Как можно отдать ее… — Я чуть не ляпнула «тридцатилетнему старику». — Как можно отдать ее тому пивному бочонку?

— Ты предлагаешь мне поссориться с двумя вассалами? — сверкнул глазами Йарра.

— Зато вы получите по гроб жизни обязанного вам офицера!.. Ну Ваше Сиятельство! — взмолилась я, вцепившись в его руку. — Ну пожалуйста! Вам же ничего не стоит! Я прошу вас… — еле слышно добавила я, понимая, что хватать графа за рукава все-таки не следовало. И дорогу перекрывать, пожалуй, тоже. — Простите…

— Да брыг с тобой! — Граф вдруг сморщился, будто у него разом заболели все зубы. — Будет ей свадьба! Завтра поговорю с Шойсом.

— А сейчас ты думаешь, в чем причина его симпатии — ты сама или флер, — проницательно прищурился Тимар. — Не будь дурой, Лира. Флер — это часть тебя, не противопоставляй себя ему, лучше использовать научись… И да, можешь не благодарить! Заранее не за что!

Терпеть не могу, когда озвучивают мои мысли еще до того, как я их в голове сформулировала. Как он это делает?!

— Я просто слишком хорошо тебя знаю, — самодовольно усмехнулся Тим.

— Р-р-р-р!

Постукивая пальцами по подлокотнику кресла, Раду внимательно прислушивался к разговору брата и сестры.

— Я просто слишком хорошо тебя знаю, — брызнул искрами амулет связи.

— Р-р-р-р!

Смех, шаги, хлопнувшая дверь. Шелест бумаг и усталый голос Тимара:

— Это подло, Ваше Сиятельство. Вы играете ее чувствами, как…

— Подло — это флер, Орейо, — оскалился Йарра. — Не переживай, я буду хорошо с ней обращаться.

— Но если она к вам привяжется? — тихо спросил Тим.

— Значит, будет лучше исполнять приказы.

В День Поворота повалил снег. Крупный, хлопьями размером с голубиное яйцо, он в течение пары часов засыпал двор чуть ли не по колено. Помню, я стояла у парапета на западной террасе, грела ладони о высокий стакан с горячим глинтвейном, а снежинки все сыпались, сыпались, сыпались… Цеплялись за ресницы, наметали островерхие сугробы на макушке и плечах, щекотали нос. Пахло свежестью, хвоей, еловой смолой и имбирными пряниками. И еще чем-то таким вкусным и очень-очень холодным, как замороженные сливки с ванилью.

Граф разрешил устроить праздник, мне даже уговаривать не пришлось. Хмыкнул, кивнул, оставил денег. Я попробовала заикнуться, что у меня есть — пять ежемесячных золотых тратить было просто некуда, но Йарра велел не болтать глупостей. Я и не стала, приготовила подарки всем живущим в замке: гарнизону и свободным слугам — премии, островитянкам — теплые шали, старому служителю Светлых — новую мантию, а солдатской детворе — сладости и медяки. Но если с премиями все прошло отлично, то с одеждой и конфетами случился затык. Не привыкла я чувствовать себя благодетельницей.

И Куколка вспомнилась — с ее подачками, швыряемыми голодной малышне с балкона. Противно стало.

Раздачу одежды я свалила на госпожу Миару, домоправительницу, а мешок с конфетами оставила в классной комнате, предоставив дележ учителям. Правда, от благодарностей все равно сбежать не удалось — сначала ко мне явились слуги, потом, пугливыми зайцами, островитянки, и наконец начальник гарнизона. А от окружившей детворы я еле отбилась.

— Спасибо, госпожа! Спасибо, госпожа Орейо!

— Мне, княжна! Бросайте мне!

Своих оторви-да-выбрось я вытащила из холодной, куда их посадил за прогул службы начальник разъездов, Сэли подсунула одноразовый связник — его силы хватит на короткий разговор со Степью, Тиму традиционно подарила одеколон, а графу… Брыг его знает, что графам дарят. Особенно на их же деньги.

С Йаррой я решила помириться.

Не для вида, чтобы избежать его раздражения, а по-настоящему.

Несмотря на устроенную из-за вишни истерику, отношение Его Сиятельства не изменилось ни на гран — безграничное терпение, нежность, поцелуи, которые нравились мне все больше, — и увесистый шлепок пониже спины, когда он услышал, что я называю себя его девкой.

— Прекращай.

Рука у него гораздо тяжелее, чем у Тимара, а учитывая, что моя попа в тот момент была прикрыта лишь тонкой сорочкой… В лицо графу полетела подушка. Йарра притворно зарычал, попытался схватить меня, но я кубарем скатилась на пол и залезла под кровать.

— О боги… — простонал Йарра, рухнув на матрас. — Вылезай, — велел он через пару минут.

— Вы деретесь, — проворчала я, потирая горящее полупопие и пытаясь рассмотреть, будет ли синяк.

— Больше не буду.

— Угу… Тим тоже так говорит.

— Я сейчас рассержусь, — предупредил граф. — Пол холодный, вылезай немедленно!

Голос Йарры подрагивал от смеха, но интонации я различать уже научилась и сочла за лучшее вернуться в постель.

Йарра притянул меня к себе на грудь, перевернулся, вминая в матрас. Погладил щеку ладонью и, наклонившись ниже, поймал ртом мою нижнюю губу. Чуть потянул и отпустил. И еще раз. И еще, слегка сжав зубами.

— Вы что делаете? — подозрительно спросила я.

— По-моему, это очевидно, — улыбнулся граф. Поймал мои запястья и завел их себе за шею. — Руки нужно держать здесь, Лира… Нет, не убирай. Держи.

Это было так странно… Самой обнимать его. Я еще порадовалась, что Йарра положил руки на шею, а не на плечи — он же двигается, получилось бы, что я его глажу… При одной мысли об этом я вспыхнула.

Граф будто не замечал моего смущения — все дразнил, дразнил… Играл с моим ртом, с грудью, полностью скрытой его ладонями. Поцелуи были то почти настоящими, то снова превращались в легкие касания, которых было мало. Момент, когда я начала целовать Йарру, прошел мимо меня, помню лишь шок от осознания, что я! сама! запустила руки ему в волосы, не позволяя снова отстраниться, и с любопытством первооткрывателя исследую его