Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

водную гладь, похожую на огромное мерцающее зеркало. И побежал, царапая когтями по стеклу. Он по прежнему, до мороза под кожей, боялся вот этого зазеркалья, междумирья, вечности. Знал, что не застрянет, но не мог преодолеть инстинктивного ужаса.

Выдохнул, только выпрыгнув в комнатке Осени. Прислонился к зеркалу, выравнивая дыхание и чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Неприятно.

Осень спала, обхватив подушку руками и ногами и свернувшись в клубочек. Эй усмехнулся, подошёл, поправил одеяло. Выдохнул. Привычно прогнал мысли о том, что будет дальше. Сбросил сапоги и сел рядом. Его маленькая, личная, пасмурная осень. Провёл по пушистым волосам.

— Не оборачивайся.

— Что? — он замер.

Осень подняла голову и сонно уставилась на него. Льняные волосы разметались, прилипли к помятым щекам. Дезирэ осторожно отвёл от её лица светлую прядь.

— Не оборачивайся волком. Пожалуйста.

Он хмыкнул, упал на постель, раскинув руки.

— Почему?

— У собак изо рта неприятно пахнет. И слюни текут.

Дезирэ заржал. Осень подтянулась и положила голову ему на плечо. Он замер.

— От тебя чем-то пахнет странно…

Она почуяла кровь? Или что похуже? Осень принюхалась:

— Тина, да? Кувшинки? Ты купался?

Дезирэ тихонько выдохнул.

— Ага.

— Там красиво?

— Ага.

— Возьми меня с собой. Пожалуйста. Я тоже хочу купаться. И вообще.

Он скосил на неё взгляд. Снова хмыкнул.

— Возьму. Потом. Когда подрастёшь.

Осень сердито выдохнула. Она всегда злилась, когда он напоминал про возраст.

— Ты говорил, что миров множество. И что время в них можно вертеть туда-сюда.

— Предположим.

До чего же у неё пушистые волосы! Они упорно лезли ему в нос, и Дезирэ отчаянно сдерживался, чтобы не чихнуть.

— А есть там какие-то безопасные? Ну… совсем безопасные? И чтобы можно было учиться. В университете. Такие есть?

— Всякие есть. А что?

Осень обернулась, и Дезирэ не выдержал: чихнул. Большие серые глаза всмотрелись в его лицо.

— Ты простудился?

Волк рассмеялся:

— Псы бездны не болеют…

— Ты не пёс, ты волк, — рассердилась Осень.

И вдруг потянулась, зажмурилась, и поцеловала. Её губы были нежны, но настойчивы. Дезирэ вскочил, отстраняясь.

— Мы же всё обсудили, мелкая? — спросил, оскалив клыки.

— Ничего мы не обсуждали, — она села, обхватила колени и упрямо уставилась в жёлтые волчьи глаза. — Ты мне сказал, как хочешь ты. Но не спрашивал, чего хочу я.

Волк обернул лапы хвостом и наклонил голову.

— Ладно. И чего же хочешь ты?

— Например, я хочу разговаривать с человеком, а не со зверем.

Он молчал, лишь глаза светились в темноте.

— Ты меня боишься? — провокационно уточнила Осень. — Я не буду приставать. Но волчья морда ужасно не выразительна. Мне нужно видеть твоё лицо.

— Предположим, — волк исчез и на его месте возник злой и взъерошенный Эй. — Дальше?

— Мне шестнадцать…

— Пятнадцать.

— Мне через два месяца будет шестнадцать. И я хочу всего того, чего хотят все девочки моего возраста: любви, обнимашек, поцелуев и… Ну да. Отношений.

— И почему я?

— А ты хотел бы, чтобы это был кто-то другой?

Эй зло выдохнул и встал.

— Я тебе нравлюсь, — прямо заявила девочка, внимательно наблюдая за ним. — И ты мне тоже нравишься. Или отношения с девушками запрещены для псов бездны?

— Нравишься. Ты несовершеннолетняя. Подожди.

— Ты говорил, что я отсюда, не из Первомира. А здесь в четырнадцать уже замуж выдают!

Он покосился на неё, выдохнул, сел рядом с постелью и взял её руки в свои.

— Когда я не-умер, — начал мягко, — мне не было и десяти лет. Когда бездна сожрала меня. Все не-мёртвые растут очень медленно. Мы словно застываем в вечности, понимаешь?

— Да, — она сморгнула, и Дезирэ с досадой увидел в её глазах слёзы.

Светлые реснички слиплись в потемневшие стрелки.

— Меня не надо жалеть, — прорычал он сердито. — Жалеть надо моих «девушек». Осень… обнимашки-вкусняшки это не для меня. Для меня сексуальный голод — это такой же голод. Ты видела, как ест волк? Ну… в зоопарке там? В фильмах? Он рвёт добычу на части. В сексе я теряю контроль и превращаюсь в зверя.

— Но ведь волки волчиц не…

— Ты не волчица. А я не волк, — прошептал Эй. — Я — пёс бездны. Я — карающий меч, пойми ты это, маленькая. Однажды, очень-очень давно, я умирал, и тьма мне предложила не-жизнь, если я пущу её. И я впустил. Этот выбор — окончательный.

Осень хлюпнула носом. Опустила глаза.

— Я… я поняла. Но я всё равно тебя люблю.

— Подожди хотя бы до шестнадцати, — мягко шепнул он. — Я не могу причинять зло маленьким. А лучше — до восемнадцати. А ещё лучше — до пятидесяти. Или до ста.

— Не можешь или не хочешь?

Он наклонился, слизнул слёзы с её щёк:

— Не хочу.

Девочка обхватила его за шею, прижалась, а потом зашептала на ухо:

— Эй… Забрось меня в безопасный мир. Лет на пять. Я просто закончу школу. Выучусь в университете… А ты потом вернёшь меня в ту же секунду. Ты даже соскучиться не успеешь. А я перестану быть несовершеннолетней…

Дезирэ вздрогнул.

— Ты так хочешь быстрее повзрослеть?

— Хочу. И не только. Я хочу научиться. Я поняла, как много всего не умею и не знаю. И…

Он отстранился, заглянул в её серые-серые глаза:

— Осень… А давай честно: что тебе нужно? Для чего вот это всё было?

— Я же уже сказала…

— Врушка. Я не говорил тебе, что чувствую ложь? Человек, когда лжёт, очень волнуется и боится. У него в кровь выбрасывается адреналин. Это сродно запаху дичи. Только чуть-чуть иначе. Я чувствую ваши эмоции: волнение, сексуальное влечение, злость, гнев, нежность, страх.

— Ну, конечно, я боюсь…

— Пульс. Состав крови. Голос меняется. Говори правду или…

— Заточишь в башню?

— Я перестану тебе доверять.

Он встал. Отошёл к окну и отвернулся. Осень несмело подошла и встала за спиной.

— Газгольдер, — произнесла грустно. — Понимаешь, в закромах еды для всех надолго не хватит. Мы тут поговорили с местными купцами и ремесленниками. Нужно покупать. И пшеницу и всё такое. Но денег нет, а, значит, нас спасёт только торговля.

— И?

Она переступила с ноги на ногу. Продолжила чуть менее неуверенно:

— Они сказали, что смогут сделать такую же зажигалку, как у меня. Не пластиковую, а стеклянную, конечно. Но… Понимаешь, здесь нет зажигалок. Для них это чудо. А, значит, можно их продавать очень дорого. Это же очень удобно, когда не огниво, которое может намокнуть, а раз и… А ещё мы бы сделали уличное освещение. Но, чтобы выкачивать бензин, технологии нужны. А газгольдер… Мы были на экскурсии, на Обводном канале. В Питере. Классом. Но я ничего не умею!