Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

Искажение дистанции, и я сместился на три метра вправо. Потом ещё на пять назад. Потом резко за спину Учителя, между ним и трещиной.

На руке висел один из боевых артефактов. Для левитации. Точечным движением активировал его, чтобы вообще не свалиться вниз. Этого хватит минут на десять, но потом заряд кончится.

Затем отправил всего один разрез. Одно лезвие, но я вложил в него всё, что мог. И направил не в щит, а в незащищённую зону — в спину, между лопатками, прикрытыми чернотой хаоса.

Попал.

Ткань мантии Учителя разошлась, и я увидел кровь. Противник дёрнулся вперёд, обернулся, и на его лице я впервые увидел боль.

Первая кровь была за мной.

Но рана тут же начала затягиваться. Зелёное свечение побежало по его телу, и через три секунды от пореза не осталось и следа.

Чёрт. Он регенерирует мгновенно.

Ладно. Ещё раз.

Искажением я ушел ему за левый бок. Разрез отправил в шею. Попал. Но снова он не смог глубоко зайти, словно само тело Учителя было его щитом. Выступила кровь. Регенерация. Через две секунды не осталось ни следа.

Искажением переместился наверх. Разрез ударил в плечо. Попал. Кровь. Регенерация.

Каждый раз я попадал. Каждый раз он лечил себя. Бесконечный цикл. Удар — рана — исцеление.

На шестом разрезе я попал ему в лицо. Мантия на плече уже была порвана в трёх местах (хоть она не восстанавливалась), кровь капала с левой руки. Но рана на лице затянулась за полторы секунды — даже быстрее остальных, будто Учитель вложил в это восстановление что-то личное. Видимо, лицо для него было важнее.

Самолюбие. Даже после трёхсот лет оно никуда не девается.

Я тратил ману, он тратил ману. Только вот у меня был бесконечный запас, а у него прорва хаоса, питающегося от трещины.

Система, анализ энергетического баланса противника.

[Анализ…]

[Противник подпитывается непосредственно от трещины]

[Трещина является основным источником его энергии]

[Пока трещина открыта — ресурсы противника практически неограниченны]

[Дополнительно: целительская магия противника работает за счёт энергии хаоса, не собственной маны]

[Рекомендация: закрыть трещину для нейтрализации источника подпитки]

Вот оно что. Он даже не свою ману тратит на регенерацию. Хаос лечит его. Трещина лечит его. Он буквально паразитирует на разрыве в пространстве.

Значит, нужно одновременно драться с ним и закрывать трещину. Теперь это возможно, ведь мешающий закрытию объект уже вышел.

Одной рукой — бой. Другой — навык Управления хаосом. Звучит как самоубийство. Но выбора, как обычно, нет.

— Алексей! — крикнул я вниз, вложив в голос всё, что мог. Команду притесняли и нужно было что-то сказать, пока они не решили, что в этой ситуации с тварями лучше отступить. — Мне нужно время! Держите тварей!

— Сколько⁈ — донёсся его голос.

— Две минуты!

— Две минуты — это целая вечность, Глеб!

— Знаю! Но другого выхода нет!

Пауза. Потом раздался его громкий крик:

— Работаем!

Огненная волна прокатилась по полю боя внизу, отбрасывая тварей. Алексей не стал экономить и выложился по полной. Стас рванул вперёд с рёвом, круша монстров кулаками. Ирина возвела ледяную стену в полный рост, отрезав половину тварей от основной массы. И заодно укрепила ту, на которой я стоял ранее.

Я разделил концентрацию. Ну, точнее — попытался. Одна рука создавала разрезы, разрывы, Врата Поглощения (но скоро выяснил, что отражение атак с нестабильным хаосом не работало), и всё это было направлено на Учителя, чтобы он не мог мне помешать. Другая — навык Управления хаосом, направленный на трещину. Стабилизация краёв, сжатие.

Это было как одновременно решать дифференциальное уравнение из тех, что задавал Николай Васильевич, и вести кулачный бой. Мозг отказывался работать в двух режимах, каналы горели, перед глазами плыло.

Правая рука — разрез. Учитель уклонился, но поздно — лезвие задело ему предплечье.

Левая рука — импульс в трещину, сжимаю края.

Правая — барьер, потому что Учитель швырнул в меня сгусток хаоса. Еле удержал.

Левая — снова трещина, не отпускать, нужно держать дальше.

Голова раскалывалась. Тело дрожало. Но я держался как мог, изо всех сил.

Учитель понял, что я делаю. Сразу, в ту же секунду. И перешёл в наступление всерьёз.

Отправил в меня очередной ментальный удар — просто чудовищное давление на сознание. «Остановись. Сдайся. Ты не сможешь. Ты слаб. Ты всего лишь мальчишка, который играет в войну».

Голоса, голоса, голоса… Десятки голосов в моей голове. Его голос, мой голос, голоса людей из детдома, голоса Пустых, которые говорили: «Сдавайся, зачем ты пытаешься, ты один из нас, ты ничто».

Ничто?

Ничто закрыло S-разлом изнутри. Ничто убило Ибрагима. Ничто стало командиром. Ничто стоит сейчас перед тобой, Михаил Илларионович, и закрывает твою драгоценную трещину!

— Я. Не. Ничто! — прорычал я сквозь стиснутые зубы.

И вложил в трещину всё, что было.

[Нагрузка на каналы: 100%]

[Пространственная магия: функционирует]

[Навык управления хаосом: функционирует]

[Предупреждение: одновременное использование не рекомендуется]

Трещина начала сужаться. Медленно, сопротивляясь. Учитель почувствовал — я видел, как его глаза расширились.

— Ты не посмеешь… — процедил он. — Ты знаешь, что произойдёт. Энергия хлынет в другие точки. Москва…

— Москва справится, — перебил я. — А вот ты без своей батарейки — вряд ли.

Это его задело. Впервые за весь бой на лице Учителя появилась злость. И от этого он стал страшнее.

Хаос хлестнул по мне сразу с трёх сторон. Потоки нестабильной энергии, направленные одновременно — в голову, в грудь, в ноги. Я поставил барьер, но один поток прорвался и ударил по каналам.

Пришла боль. Такая, что я чуть не разжал хватку на трещине.

Но не разжал. Стиснул зубы так, что эмаль заскрипела. Держал.

[Нагрузка на каналы: 107%]

[Трещина: сужение на 30%]

[Подпитка противника: снижается]

[Регенерация противника: замедлена]

Учитель терял подпитку, и это было видно. Его раны стали затягиваться медленнее — пять секунд вместо трёх. Потом семь. Удары становились слабее, хотя по-прежнему были болезненными.

— Ты уничтожишь себя! — крикнул Учитель, и в его голосе впервые прорезалось нечто, похожее на искреннюю тревогу. Но я не обманывался — он тревожился не за меня. Он тревожился за свой источник. За свою трещину. — Твои каналы не выдержат! Ты снова станешь Пустым!

— Я уже был Пустым, — ответил я. — Восемь лет. Пережил. Переживу и ещё раз, если понадобится!

Да я вообще Пустым по собственной воле стал! Почему? Да чтобы остановить эту тварь, что зовётся человеком!

Следующий