Вторая жизнь. Том 3 - Ксения Чудаева

из-за младшенького я сейчас на дому работала: ему только девять местных месяцев, так что мне особенно далеко отлучаться нельзя. Но, так как эта собака, Тириль, сбежал на отдых, то уходить мне приходилось недалеко, но надолго. Зависала в лаборатории все свободное время, материалы мне порталами доставляли прямо на дом. Ладно хоть пока отряды Даарена дома сидели и выездов вроде не планировали, а то к раненным в любом случае пришлось бы в Цитадель прыгать.

Я выставила таймер и поднялась в дом, на ходу подхватывая на руки синекожего карапуза: и вот как он умудряется из манежика детского сбегать в таком-то возрасте? В голове уже прикидывала зелья, что надо будет поставить готовиться перед сном. Скоро Хэлмираш с работы домой перенесется, будет кому за Тиграном и Майей присмотреть. Он пусть и уставал на работе с адептами и магистрами, но с детьми у стража как будто второе дыхание открывалось. Готов был возиться, пока совсем на месте не отрубался. Правда, смотреть в основном надо за Тигром, пятилетняя Майя в присмотре практически не нуждаясь, будучи ребенком самодостаточным. А Ли Даарен вернет с занятий только завтра.

В коридоре раздался портальный щелчок, я тут же устремилась туда, по дороге здороваясь с кухаркой — мисс Портер, — милейшей женщиной. А готовит — пальчики оближешь. Только тот факт, что, зарабатываясь в подвале, я забываю про некоторые приемы пищи, спасает меня от приближения к идеальной форме фигуры — шару.

Хэлмираш уже вешал в прихожей свою неизменную куртку на крючок. Я проводила мужа в ванную, дала время смыть рабочую пыль, после чего поцеловала и торжественно вручила Тигра. Страж только хмыкнул, но сразу убежать не дал, удерживая одной рукой сына, а второй приобнимая меня за талию. Я с удовольствием обняла его в ответ.

— Ты надолго? — спросил он, ловя мой взгляд.

— Минут на десять. К ужину не опоздаю, — но, наткнувшись на насмешливый взгляд мужчины, добавила, — постараюсь по крайне мере, — и поспешила к лестнице.

Мазь как раз дошла до той кондиции, когда ее можно снимать с плитки и оставлять настаиваться на столе, предварительно хорошенько укутав. Проделав все эти манипуляции, я села за расчеты следующей партии материалов, которую мне завтра надо будет отдать Рансу. Так как большую часть списка я составила заранее, сейчас много времени не понадобилось. И все равно стоило поторопиться, потому что обещанные мною десять минут уже закончились, и я снова опаздывала на ужин. Уже на выходе мой взгляд привлекла колба с желтоватым экстрактом нарциссы. Взяв колбу в руки, замерла, раздумывая, на что потратить остатки. Уйдя в себя, вздрогнула от звука шагов.

— Таши, ну сколько можно? — голос у мужа был усталый, ужинать в одиночестве он не любил.

— Уже иду, — примирительно подняла руки.

И вдруг пальцы ослабли, сами собой разжались, склянка полетела на пол и со звоном разбилась. Я непонимающими глазами посмотрела на свои руки, но в глазах потемнело, во рту внезапно появился металлический привкус, голову как будто клещами сдавило, стены закачались, а пол стремительно полетел мне навстречу.

— Таши! — крик Хэлмираша — это последнее, что я слышала, перед тем, как провалиться в темноту.

А первое, что я увидела при пробуждении, было лицо Энсаадара. Удивленно улыбнулась шаману. Только почему-то это простое движение забрало у меня уйму сил, и удержать улыбку не получилось.

— Что со мной? — своего голоса почти не услышала.

Темные глаза напряженно посмотрели на меня, и я поняла, что произошло что-то плохое. Если не сказать — непоправимое. Но скрывать от меня это шаман не будет, такой привычки у демона никогда не было.

— Твое время почти вышло, — хрипло проговорил Энсаадар. — Это тело умирает. Мне жаль.

Меня пробрал холодный пот. Первой реакцией было схватить демона за плечи, встряхнуть, закричать, что он ошибается! Этого не может быть! Я не хочу умирать! У меня жизнь только начинается! У меня дети малолетние в конце-то-концов!

Но руки не поднялись, лишь чуть дрогнули, вместо крика вышел сдавленный хрип, а шершавая горячая ладонь шамана легла мне на лоб, успокаивая. И я получила последний подарок от Энсаадара — понимание. Как работает магия шаманов — я до сих пор плохо знаю, но от его прикосновения моя взбунтовавшаяся было душа обрела внутренний покой. Все мои годы здесь и так были подарком. Чудом. А чудесам свойственно заканчиваться. И на этот раз время, отпущенное моему персональному чуду, истекло.

— Что случилось с ее телом? — раздался вдруг тихий, как будто напрочь лишившийся жизни голос Хэлмираша.

Меня пробрала дрожь, я нашла в себе силы повернуть к нему голову, и мне стало страшно. Потому что на муже лица не было. Одна застывшая каменная маска горя.

— У демонических собак век недолог, — проговорил шаман. — Это плата за их почти равную демонам силу. Тира умерла. Ее сущность ушла, и она благодарна тебе за тот покой, что ты ей подарила, Таши. Собака предчувствовала смерть, но не хотела, чтобы и ты прожила последние дни в беспокойстве. Не вини ее, у них свое понимание благодарности. Но это тело не может жить без сущности Тиры. Поэтому ты так быстро слабеешь.

— Сколько у нее времени? — Хэлмираш прожигал взглядом Энсаадара.

— Сутки, вряд ли больше. Советую собрать вокруг Таши всех, с кем она хотела бы попрощаться. Я оповещу Даарена и семью.

Шаман нашел мою ладонь, сжал.

— Я благодарен вечному пламени Хараша, что ты была в моей жизни, — проговорил демон.

— Я тоже была очень рада в ней появиться, — попыталась ответно пожать его руку, но получилось очень слабо.

Шаман поклонился и вышел, а Хэлмираш так и стоял каменным изваянием у окна нашей спальни.

— Айн, — позвала я.

Но мужчина только покачал головой, его тяжелый взгляд обратился на меня:

— Я не могу так этого оставить. Нет.

— Айн, — вздохнула. — Мне осталось жить день. Может, меньше.

— Я успею, — выговорил он вдруг резко и стремительным шагом вышел за дверь.

Я только сглотнула, чувствуя образовавшийся в горле ком, да ощущая, как слезы бегут по щекам. Лично от меня тут уже ничего не зависело. Благодаря Энсаадару, я могла спокойно реагировать на происходящее и не тратить драгоценное время на истерики, но вот остальным такого подарка сделать было некому.

Первым к моей постели прибыл Рейн. С великой осторожность взял меня за руку.

— Я не хрустальная, — проговорила с трудом и даже попыталась улыбнуться. Не знаю, правда, получилось или нет.

— Мне очень жаль, — тихо выдавил маг.

— А мне нет, — опустила веки, отдыхая. — Я счастлива, что повстречала тебя