Сила госпожи Бесовой - Алла Эрра

мне роскошный белоснежный особняк. Рядом с ним широкая зелёная лужайка, на которой мы с Юрой, расстелив покрывало прямо на траве, устроили маленький пикник. А неподалёку от нас под присмотром Анфисы в белых платьицах носятся две девчушки лет четырёх. Мои доченьки…

Внезапно красочный, безмятежный сон оборвался. Словно по сознанию больно плетью ударили. Я проснулась и вскочила. Осмотрелась, не понимая, что происходит. Фух… Кажется, нервишки всё же пошаливают после переезда. Надо взять себя в руки. Но как ни старалась, до самого утра не смогла уснуть. Какое-то нехорошее, тревожное чувство поселилось в груди, и уже решётки на окнах не казались такими раздражающе-бесполезными. Пусть лучше будут, чем… Стоп! Не стоит накручивать себя!

64

Неделя прошла относительно спокойно, если не считать двух ложных выездов. В первом случае неуравновешенный отвергнутый любовничек попытался устроить акт мести для своей несостоявшейся невесты. Основательно “приняв на грудь”, он ворвался в дом дамы сердца и из револьвера ранил отца девушки. Слава богу, не смертельно. Но самой виновницы дома не оказалось, поэтому мужчина пошёл на её поиски, жалуясь на женское коварство и размахивая оружием. Ещё до нашего прибытия повязали его несколько военных, встретившихся опасному дебоширу на пути.

Вторым же оказался любитель нехороших веществ. Находясь в своём неадекватном мире, он, к счастью, никого не покалечил. Просто отмахивался в притоне саблей от привидевшихся ему чудищ. Ловко запушенный Лапшиным табурет попал обдолбышу точно в голову и вырубил его.

В остальное же время мы почти скучали, зарывшись в бумаги и пытаясь по ним вычислить Ильина. Тем более, материалов у нас скопилось много. Люди обер-прокурора как следует прошерстили все больницы и госпиталя, пытаясь выявить сообщников упыря. Всех подозрительных я потом лично проверила своим даром — простые люди. Но было и несколько интересных личностей. Правда, задержать их не получилось. Они либо скоропостижно умерли, либо уволились и исчезли в неизвестном направлении. Причём и смерти, и исчезновения случились в одно и то же время. Аккурат на следующий день после нашего неудачного рейда в Николаевский госпиталь.

Ильин в очередной раз был на шаг впереди. Но мы всё равно не оставляли попыток его вычислить по отрывочным сведениям жизни предполагаемых сообщников. Благо жандармерия и полиция потрудились на славу, завалив нас бумагами по самую макушку.

— Всё не то, — в один из вечеров первым сдался Юрий. — Упырь подвесил перед нашим носом морковку, и мы идём за ней послушным осликом. До чего же основательная сволочь этот Ильин! Нигде не наследил!

— Спорное утверждение, — возразила я. — Мы знаем, кто он. А это уже немало.

— И что с того? Завтра Ильин купит новый паспорт и под очередным вымышленным именем уедет куда-нибудь за границу или на наши курорты. И всё. Можем хоть обыскаться, но ничего путного не найдём.

— Обязательно так и сделает. Но вы, Юрий, опять упускаете тот момент, что пока наш упырёныш не совершит третью серию убийств, никуда из Петербурга не денется. И отсиживаться в норе тоже не станет — ему ведь надо всё подготовить для правильного окончания ритуала. Так что рано или поздно он обязательно где-нибудь засветится. Поэтому давайте заново смотреть все бумаги по делу, а не посыпать голову пеплом.

На днях нам должны передать отчёты по чудесного излечившимся владельцам загородных поместий. Почти уверена, что кого-то из них и подцепил на свой привычный крючок Ильин.

— Будем надеяться, — вздохнул Саблин. — Ирочка, вы не забыли, что послезавтра намечается банкет в нашу с вами честь? Родители просили напомнить, что вам надлежит прибыть к ним завтра в полдень, чтобы мы смогли вместе поехать в наш загородный особняк. Именно там и состоится празднество.

— Забудешь тут… Признаться, боюсь его больше, чем встречи с бесноватыми. С последними даже легче: огрел дубинкой и в Кресты! С гостями подобное не прокатит.

— Ира! Вы, как всегда, бесподобны в своих сравнениях! — рассмеялся Юрий. — Но можете не волноваться. Я всегда буду рядом, так что оружие смело оставляйте дома. Да и публика намечается сплошь приличная. Кстати, Константин Петрович тоже приглашён, поэтому знакомые лица вам гарантированы.

— Да? Сам Победоносцев? Впервые буду рада встречи с ним.

Взяв с собой Анфису, на следующий день я явилась к Саблиным точно в назначенное время. Да не просто явилась, а с двумя объёмными чемоданами, набитыми платьями и прочими, необходимыми каждой приличной женщине вещами. Словно не на три дня собралась, а на ПМЖ.

Александр Григорьевич и Софья Константиновна встретили меня тепло. Уже как свою. Отобедав, мы погрузились в экипажи и направились в загородный особняк Саблиных. Увидев его, я проморгалась от удивления. Именно это роскошное здание я лицезрела в своём сновидении! Получается, оно пророческое? Тогда…

— Первыми у нас родятся девочки! — выпалила я на всю карету. — Близняшки!

— Вы уверены? — удивлённо спросил Александр Григорьевич.

— Да. Со мной недавно сон случился странный. Пересказывать его не стану, но в нём точно был ваш особняк. И если дом оказался реальным, то и две девочки из сна тоже не на пустом месте взялись.

— И давно это, Ирочка, с вами? — отчего-то нахмурившись, поинтересовалась Софья Константиновна.

— Что именно?

— Вещие сновидения.

— Впервые такое. Софья Константиновна, кажется, вы взволнованы. Отчего?

— Поговорим позже, — ушла от ответа она. — Сейчас не до этого.

Внутреннее убранство родового поместья Саблиных поразило меня своим великолепием. Войдя в вестибюль, я словно преступила порог другого измерения. Пол был выложен крупными плитами благородного серого мрамора, отполированного до зеркального состояния. Центральное место занимала широкая парадная лестница. Она являлась не просто конструкцией, а архитектурной поэмой. Массивные, покрытые лаком ступени из дуба и потемневшие от времени до шоколадного цвета, были покрыты тёмно-бордовой ковровой дорожкой. Резные перила извивались плавной волной. Взявшись за них, я словно почувствовала тепло сотен прикосновений всех тех, кто когда-либо поднимался по этой лестнице.

Очутившись на втором этаже, мы прошли через широкие двустворчатые двери в гостиную. В ней царил уютный полумрак. Мягкая мебель, обитая зелёным бархатом, позолоченные часы, стоящие на камине, китайские вазы — всё гармонировало между собой и приводило в восторг.

В столовой, как и на лестнице, царствовал дуб. Резные панели на стенах, массивный буфет с витыми колоннами и огромный круглый стол… Да тут не есть надо, а экскурсии водить!

И, наконец, библиотека. Я сразу же захотела в ней поселиться. Здесь пахло пылью знаний, кожей переплётов и чем-то ещё, незнакомым, но безумно волнительным. Книги, выставившие тёмные бордовые и зелёные корешки, стояли на стеллажах от пола и до потолка, заполняя собой всё пространство