Девятая жизнь Кота-Императора - Николай Николаевич Новиков

И где снова эти кошаки? Думаю, где-то в заложниках у Клары в одной из комнат.

— Лео. Лео! — и я вижу, как от ворот ко мне бежит Том, — Кхм, точнее Леонард. Там это… короче… к вам пришли.

Хмурюсь, глядя на него. Затем смотрю за ворота… и прутья совершенно не способны скрыть чей-то огромный живот.

— А это ещё кто?.., — вздыхаю, шагая вперёд и глядя на… нечто.

У ворот моего дома стоял мужик. Грузный, невысокий, лет пятидесяти, он занимал вдвое больше места, чем следовало, и дышал с присвистом. Лицо мясистое и красное, щёки нависали на воротник.

Костюм на нём был из доброго сукна, но сидел скверно: жилет натягивался на животе так, что пуговицы вот-вот отлетят, поперёк лежала толстая золочёная цепь часов, а на пальцах-сардельках блестели перстни с камнями сомнительной чистоты.

— А вот и пришли. Говорил же — зря вы барьеры бесплатно ставили, — вздыхает Том, — Можно я это… отсвечивать не буду? За углом посижу. Ну или в доме. Можно, а?

— Ага. К чему мне готовиться? — спрашиваю напоследок.

— Да либо платить заставят, либо проблем пообещают. И особо не рыпайтесь — где-то по углам шкерятся остальные. Хотя, думаю, они не понимают откуда столько вещей и не знают, что здесь другие Эшкрофты. Но… не факт что их это остановит. Но раз Хок один стоит, значит говорить пришёл. Вот и говорите. Он, если что, тоже из знатного рода, так что авторитетом его задавить не выйдет, — сказал он заворачивая в сторону кладовки, — Ну либо, не знаю… Викторию отправьте, она сильная. Или вашу телохранительницу, — кивает он на Амелию.

Я хмуро поворачиваюсь на девушку, на что получаю довольно красноречивое ничего. Даже не пошевелилась. Ну да… следовало ожидать. А просить Викторию? Ну уж нет, даже страшно представить, чем потом придётся расплачиваться!

Я выхожу в одиночку. Жирдяй меня заметил почти в тот же миг, хотя я и не трюфель. Он улыбается, отчего щёки едва не закрывают глаза, а я вздыхаю и иду дальше.

— Леонард? Леонард Эшкрофт! Ха-ха. Наслышан! Рад познакомиться! — тянет он руку, — Барни Хок. Глава крупнейшего барьерного агентства в этом районе. И в ближайших других. Ну вы наверняка слышали про мой род!

— Мхм… рад, — протягиваю руку.

Он её едва не хватает, сжимает, трясёт будто хочет выбить из неё правду, а потом… хитрый урод разворачивает мою руку пальцами вверх и внимательно на них смотрит.

Что, ритуальный мел хочешь найти? Не-а. Я тут немного еретик, так что всё отмыли.

Рядом.

Найди Тварей.

Найди. Убей.

УБЕЙ.

Завывающий голос пронзает голову, и я ощущаю, как серебро начинает проявляться в глазах. Я их прикрываю, жмурюсь и, потерев веки, со вздохом открываю, беря позыв под контроль.

— С вами всё хорошо? — наклоняет Хок голову.

— Ага.

— Ну, это хорошо! А чего такая суета? Или секрет? Ха-ха, ну если так работать, не покладая рук, то много что можно позволить! — веселится он.

— Не понимаю о чём вы.

— Ну как же. Дом милой Лизы, лавка провидца Клейна. Уверен и ещё много чего! Филигранная работа!

— Ничего не делал, — разрываю рукопожатие, — Зачем пожаловали?

— Да вот интересно стало, где вы такие навыки приобрели! Нашим бы людям такие понадобились, а то учишь их, учишь, а они, бестолочи такие, то в молитве ошибутся, то взорвут чего, ха-ха!

— Не, нет навыков.

— Ну как же, вы поставили замечательный барьер!

— Не, ничего не ставил.

— Ну как же. Люди только о вас и говорят!

— Да не, обманывают.

Со всё той же, но уже явно натянутой улыбкой, Барни Хок молча на меня посмотрел, и я ответил ровно тем же — без эмоций, без улыбки, делая вид будто всё так и надо, и вообще, это не я тут шизофреник. Ну да, мел жру, но это кальций.

— Послушайте, я ведь с миром пришёл, — вздыхает он, наконец переставая лыбиться, — Вы здесь давно живёте, и должны понимать некоторые… скажем так, установки. А судя по глобальной закупке и громкому ремонту, деньги вы… ныне имеете.

— Деньги? Не, не имею. Какие установки я должен понимать? — невинно моргаю и склоняю голову над коротышкой.

— Вы знаете какие! — чуть покраснел свин.

— Не.

— Ох. Значит, по сложному пойдём, — мужик потёр переносицу, и кошачьей реакцией я заметил, как затряслись тени на углах, хотя никто оттуда и не вышел, — Вы можете делать что хотите, но понимайте, что рынок — жёсткое место. В этих районах он поделён. Понимаете?

— Какой рынок? — наклоняю голову в сторону, — Я же ничего не делал.

— Не прикидывайтесь! Скажите, вы хотите работать на нас? Мы будем давать заказы, искать клиентов.

— Вряд ли вы мне что-то дадите, — хмыкаю, — Да и не умею я ничего. Вы о чём?

— О, так вы не глупец! Это хорошо. Да, клиентов мало, мастеров много,