Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

В общем и целом – Аурус на фоне вездесущего бардака, вызванного гибелью главенствующего бога, был островом спокойствия и стабильности. Многие стремились в эти неспокойные времена переселиться в эти края, в поисках лучшей жизни… И им давали такую возможность. На севере было множество малонаселенных земель, только и ждущих новых поселенцев…

Одновременно со всем этим по миру ходили слухи. Слухи про самого настоящего монстра, появившегося где-то там, на горизонте. О существе, сумевшем убить бога. О легендарном уже при жизни Золотом орке. Ему приписывали множество черт: безжалостность и милосердие, интеллектуальность и варварство, лживость и предельную честность… Многие сотни историй ежедневно рождались из уст бесконечных сплетников. Люди боялись этого существа, в одиночку затмившее собой все беды, захлестнувшие мир, но и по каким-то неведомым причинам уважали. В конце концов, последний раз, когда смертный смог бросить вызов богам и победить, был при рождении Всевышнего. И сейчас люди ждали чего-то подобного, рождения нового бога… Многие даже верили, что это уже произошло, наблюдая за кроваво-красной луной, заслонившей собой солнце аж на несколько дней.

Вот только крайне малое количество людей на самом деле знали об истинной жизни этого орка. И еще меньшее их количество понимало его хоть в какой-то степени. Но в большинстве своем население мира Пяти богов ждало от орка следующих шагов, внезапных выходок, героических свершений… Но ничего не происходило. Правитель Ауруса без каких-либо предупреждений ушел на покой, практически не появляясь на людях, но неизменно возникая в нужных местах, когда его все больше и больше крепнущему государству требовалась помощь. Почти никто не знал и не понимал его действий, но почти каждый житель этого мира осознавал – лучше лишний раз не тревожить существо подобного класса.

Мир лихорадило. Но постепенно последствия гибели бога сходили на «нет». История сделала новый виток, и карта мира - физическая и политическая – необратимо изменилась вслед за волей одного-единственного существа. Золотого орка.

Илья Александрович Зубец

Легенда Хэнсинга

Новый день… Новые проблемы…

— Открывай дверь, мерзавец! — Проорал человек, стучащий в дверь моей берлоги.

Ну, берлоги — это образно говоря. Находится моя конура на последнем этаже невысокого четырехэтажного строения. Лестница к моей жилплощади идет снаружи здания, да и стоит отдельно, так что назойливых соседей маловато. Мало кто будет чесать по лестнице вверх четыре этажа только ради того, чтобы поздороваться. Хотя и такие тоже находились. Квартирка у меня небольшая, что уж тут сказать… Комната, отдельный санузел, отдельная кухня. Пришлось в свое время повозиться, чтобы провести сюда канализационные трубы и электричество. Точнее провести-то было довольно просто — думать тут почти не нужно, а вот сделать так, чтоб никто не замечал моего незаконного вливания в городскую сеть сложнее. Убранство в моей комнате тоже не изобиловало роскошностью или изяществом. Все сделано умелыми плотниками, которые получили хорошую плату за труды. Широкая кровать, которая сгодится и для двух человек, прикроватная тумбочка, широкий стол у стены со всяким барахлом на нем и два шкафа по бокам от него. Дополняли картину расставленные с хаотическим беспорядком три крепких широких стула. Собственно, вот и все мое жилище. А вот его местоположение уже отдельный разговор. Об этом чуть позже. А вот сейчас…

Гулкие удары в дверь возобновились вновь после небольшого перерыва. Судя по звуку, лупили мою бедную дверь уже ногой. Я с трудом оторвал голову от подушки и посмотрел в ее сторону. От моего пронзительного взгляда пришедший не успокоился и с чистой совестью продолжал лупить в единственную разделяющую нас преграду — дубовую с металлическими полосами дверь. Протянув руку, я взял с тумбочки небольшие карманные часы на цепочке и открыл крышку, защищающую циферблат. Маленькая стрелка показывала девять часов. Судя по освещению за окном утро. Мозг потихоньку начал запускаться. Я все еще вяло сполз с кровати и побрел к двери. Дойдя до нее, я с трудом раскрутил пружину самодельного механизма дверного замка и открыл дверь, чуть не зашибив ею раннего гостя.

— Ты что, все еще спишь, что ли? — ворвался, подобно урагану, мой давний друг и знакомый Фильх.

Он быстрым взглядом окинул комнату и тут же направился к ближайшему стулу. Я молча захлопнул дверь, всем своим видом стараясь передать душевную боль не выспавшегося человека. Фильх моей душевной драмы не оценил:

— Чего мнешься, как девка перед туалетом? Давай, собирайся! — Произнес он и добавил ко всему этому поторапливающий жест рукой.

— Я вроде сегодня никуда не собирался. — Пробормотал я, открывая один из шкафов.

Внутри висели мои вещи. Ну, некоторые висели, а некоторые просто валялись на дне бесформенной кучей. Моему дому явно недостает женской руки. Либо я просто ленив до безобразия. Я стал медленно одеваться, постепенно разгоняясь. Сон со временем отступал, в голову начинали лезть уже совсем дурацкие мысли, что было признаком скорого полного пробуждения.

— Я договорился о сделке, — Начал рассказывать Фильх, оглядывая комнату, — Мне кажется, или у тебя становится все грязнее и грязнее?

— Ага, с каждым твоим появлением, — Вяло среагировал я, — Что за сделка?

Я уже накидывал рубаху и пытался через очень мутное окно разглядеть, что творится на улице.

— Помнишь парня с Южного Харка? Как там его? — Фильх пощелкал пальцами пытаясь вспомнить, — А, неважно. В общем, у его банды откуда-то затесался ящичек очень ценного металла…

— У этих псов из Южного? — Я иронично изогнул бровь и накинул плащ, — Уверен, что наши доблестные стражи порядка не спустят на нас всех собак в поисках ящичка?

Фильх философски поковырялся в носу, вытащил его содержимое наружу и небрежно скинул его на пол. Я бросил на него осуждающий взгляд, но ничего не сказал, ведь я тут разводил бардак намного чаще и гораздо разнообразнее.

— Я уже «прощупал» стражу на предмет похожих ориентировок. Ничего даже рядом не валялось.

— Неужели наши «коллеги» с Южного в кои-то веки взялись за ум и стали делать все аккуратно? — Я подошел к столу и начал распихивать по карманам всякие приспособления.

Верные часы на цепочке в нагрудный карман, отмычки и ключи — во внутренние. Плюс две металлические капсулы во внутренний карман. Последнее — небольшой кулон на цепочке с такой же капсулой я накинул на шею.

— Ты все так же носишь его на шее… — Протянул он с непонятной интонацией.