"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 - Александр Сергеевич Конторович

И лишь когда подвешенная над угольями жертва испустила соблазнительный запах, Грандиоза приблизилась, чтобы получить ножку. Может, Кеннет догадается раздобыть соли? Аранта испытывала тихое удовлетворение, сознавая, что на него можно положиться. Так осточертело заботиться обо всем самой! Хозяйка из нес была никудышная.

Кеннет возник из тишины, бесшумно, как солнечный зайчик, выскользнув из-под ветки, свесившейся над тропой. Позже, чем они стали его ждать, и намного раньше, чем начали беспокоиться. Ступая след в след и низко опустив головы, за Кеннетом, как привязанные, шли три невзрачные коренастые лошадки. Все под седлами: значит, состоялась законная сделка.

Кеннет привез хлеб, а в обмен не отказался от половины , кролика, и пока он обгладывал его, радуя глаз здоровым молодым аппетитом, Грандиоза опасливо приглядывалась к флегматичным мохнатым мордам. Аранта вполголоса поинтересовалась: откуда кони? Почему он отважился приобрести их в Констанце? Не говоря уж о том, чтобы разменять золотую раду. Королевскую раду Баккара! Это было все равно что кричать о себе на площадях. Но больше всего ее взволновало то, что Кеннет не спешил начать разговор.

— Мне помогли, — лаконично ответил он.

— Я и не знала, что у тебя есть друзья.

— Да Децибелл мне, в общем, не друг. Всего лишь сослуживец и старый знакомый. Эй, как ее?.. Анеля! Не сахар, соль возьми. К новой лошади подходи с пригоршней соли, тогда ты на ней, а не она на тебе ездить будет.

— Ты спятил? — Уязвленная Аранта буквально отскочила от него, однако у нее хватило самообладания воскликнуть это шепотом. Анелька даже ухом не повела.

— Не спятил. Децибелл с нами в одной лодке. И более того. Должен тебя огорчить: мы с тобой… и с ней, если уж на то пошло, никому сейчас в Констанце особенно не интересны.

— Хочешь сказать — нас не ищут? — не поверила ему Аранта.

Это не укладывалось у нее в голове. Даже если бы Рэндалл был доподлинно уверен, что она сбежала с Кеннетом накануне свадьбы, чтобы предаться с ним греху, и даже если бы этого соображения ему было достаточно, чтобы махнуть на нее рукой, как на бесполезную отныне игрушку, маг Баккара должен был приложить все усилия, чтобы отыскать и уничтожить того, кто стал магом от крови Красной Ведьмы. А Кеннет опять же был первым, кто напрашивался на эту роль. На самом деле он рисковал ради нее больше, чем предлагал с самого начала. Хотя истинная причина оставалась для него неизвестна. Ей не стоило отпускать его вместо себя в город. Проклятие на ее медлительные мозги!

— Рэндалл Баккара мертв.

В наступившей тишине Грандиоза звонко шлепнула на щеке комара.

— Повтори, — прохрипела Аранта. Кеннет покачал головой:

— В этом нет нужды. Ты расслышала.

В глазах у нее потемнело.

— Сейчас опять припадок будет, — с плохо скрываемым отвращением высказалась Грандиоза вне поля зрения. Аранта стиснула зубы, силясь отогнать прочь злорадную холодную ночь, вздымавшуюся к голове от сердца.

Вот она, мертвая тишина в ее сознании. В панике она вновь и вновь тянулась к этому морю молчания, как вновь и вновь мы прикасаемся языком к больному зубу. Она готова была обрадоваться даже вспышке боли. Тщетно. Рэндалл Баккара, проросший в каждой ее жилке, не отзывался, и ничто даже не вздрагивало в ответ.

Так вот что это значило! Вот как это, оказывается, бывает, когда кто-то говорит: «Не переживу!»

— На троне — Клемент Брогау…

— Заговор, — выговорила она непослушными губами.

— Чертовски похоже, — согласился Кеннет, глядя на нее с состраданием. Пришлось, смежить веки, чтобы его не видеть.

— Цареубийца, — произнесла она классическую формулу, — не может сесть на престол, совершил ли он означенное деяние собственноручно, отдал ли приказ или всего лишь помыслил вслух и был услышан.

— А папенька его сел, — возразил Кеннет. — Времена меняются, а общественное мнение уступает силе. Тем более формально крови на Клементе нет.

— Вот как? Как же ему тогда повезло?

— У нынешнего короля, — с расстановкой сказал Keннет, — есть весьма незаурядный братик.

Если лицо можно изогнуть знаком вопроса, то Аранте это удалось.

— У него два брата, — выговорила она, надеясь непонятно на что.

— Но незауряден только один.

Кеннет кивнул, прочитав имя по ее шевельнувшимся губам.

— Мне очень жаль, — добавил он.

— А вот мне — ни чуточки! — свирепо вмешалась в разговор Грандиоза. — Не знаю, кого вы там между собой имеете в виду, но я искренне благодарна тому, кто избавил мир от этого памятника самому себе. У вашего Рэндалла Баккара в голове гнездились летучие мыши!

В другое время Аранта непременно оценила бы этот пассаж, но сейчас она только поджала губы.

— Тело короля видели?

— О да. В отношении тела соблюдены все формальности. Дабы никто не мог усомниться в смерти государя, тело выставлено на всеобщее обозрение в церкви Грэхема. В городе полно солдат. На ведьм еще охотятся, обвиняя в их разгуле попустительство предыдущего царствования, но, похоже, интерес к ним иссякает. — Он мельком глянул в сторону Грандиозы. — Еще бы, грядут такие перемены! Ожидается, что все, что было хорошо при предыдущем государе, при нынешнем окажется плохим. А потому горожане кинулись по домам, доказывать, какие они добропорядочные ремесленники и как они необходимы любой власти.

Он помолчал.

— Скажи мне честно: когда я уходил, ты уже знала?

Сглотнув слюну, Аранта медленно кивнула. Да. Наверное, она знала. Рэндалл мертв, как мертво у нее внутри. И она виновна. Виновна, как никто. Если бы она не ушла, Уриен Брогау никогда бы и близко…

— Подробности, — спросила она, — известны?

— Город полон разнообразных слухов. Тело короля обнаружили прикованным в подземелье, с вскрытой веной. Кровь его вытекла в землю.

Аранта громко втянула воздух сквозь зубы. Значит, это даже не был поединок, как она смела надеяться в глубине души. Значит, это было подлое, расчетливое предательство. Самое грязное поповское предательство! Инквизиторское! С их молчаливого благословения. Когда-то она думала, что из них двоих, заклятых, она — более уязвимая жертва.

— Одного не понимаю, — пробормотала она. — Да, интересы церкви, безопасность семьи, преданность брату… Но как он мог?! Как конкретно именно он мог сделать конкретно именно это?! Ему же нельзя лгать, спать с бабой, иметь собственность, защищать жизнь…

— Ну так никто и не обвиняет молодца в мелких грешках, — хмыкнул Кеннет. — Цареубийство ему по плечу, не меньше.

— А целый двор стоял и смотрел, как этот ваш героический священнослужитель волок государя в подземелье — не ближний, должно быть, свет, и мышкой проскользнуть у него едва ли получилось! — чтобы приковать там и хладнокровно, беспомощному, перерезать вены? Ну и порядочки у вас там, в