Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

чужим, неприятным и непредсказуемым. Скорей подобный метод можно применить только к преступникам, приговоренным к смерти: и сознание больное уничтожается, и тело для цивилизации сохранено. Что-то я подобное где-то краем уха слышал…

Ну а уж про самого меня и говорить нечего. Что рассуждать о себе в будущем, если ничего не помнить о прошлом? Кошмар получается! Нет, я тоже бы не согласился на такое «омоложение». А вот Гранлео придумал для своих наложниц уникальную систему: и тела не стареют, и для бунта или измены «созреть» не успевают. Шесть-семь лет – и вновь под тобой прекрасное, упругое и ароматное тело несравненной красотки. А в глазах рабская покорность, вбитая в сознание в первые месяцы расторопными евнухами, обожание своего властелина и только мимолетные воспоминания о якобы туманной молодости в отцовском доме. Скорей всего и здесь обучение проводит со всем тщанием сам император с помощью какого-нибудь гипноизлучателя, а потом закрепляют зубрильным способом желающие выслужиться евнухи. Ну а чтобы тайны далеко не расходились, то и этих кастрированных мужчин не расселяли по всей империи в подаренных домах, а безжалостно скармливали кашьюри. Кстати, может, именно для этого этих страшных монстров и разводят? Ведь по логике рассуждений, только в одной Шулпе ежедневно набиралась масса кандидатов для тайного умерщвления. Но тогда… Нет, тогда весь поток рабов со всех Щитов теряет всякий смысл. Зачем тратить столько усилий на завоевания и доставку, если потом невольников просто безжалостно придется скормить чудовищам? Без всякой пользы? Или польза была, но мы ее никак не можем выяснить? А кто сможет? Одна надежда на пленение нескольких возчиков и допрос этих «повелителей дорог» с пристрастием.

Конечно, лучше всего было бы допросить самого Гранлео. Но чего уже вспоминать о невозвратимом. И так хорошо, что удалось этого зверя уничтожить…»

Вначале монах заскочил на объект номер семь. Вспотевшие и измученные помощники сразу же стали жаловаться:

– Никак не удается открыть!

– Причем мы почти уверены, устройства открытия панели повреждены.

– Ага! И повреждены специально. Вот особенно в этом месте хорошо заметно.

Менгарцу протянули увеличительное стекло, и он склонился к стыку стены с полом, продолжая выслушивать комментарии. Действительно, создавалось такое впечатление, что прочнейшие стыки разбили огромными топорами и раскурочили тяжелейшими молотами. Весь мрамор был исполосован трещинами и раскрошен, панели изогнулись и покорежились и по вполне понятным причинам не срабатывали.

– Действительно… здесь умом не пробиться. Придется грубой силой действовать. – Виктор встал и осмотрелся. – Но, с другой стороны, данную тайну могли прикрыть и по иной причине. Неведомая сила элементарно могла вырваться из подчинения и принести не пользу, а непоправимый вред. Так что пока отдохните. Посмотрим сначала, что там на пятом объекте отыщется.

Глава 32

ВОЗРАСТ МУЗЫКИ

По принятой в гигантском дворцовом комплексе Шулпы планировке оба тайных помещения находились рядом друг с другом. Но все равно для попадания на объект номер пять пришельцу пришлось преодолеть парочку небольших коридоров. Вот именно на этом пути его и отыскали оба старца из монастыря Дион. Причем по их учащенному дыханию становилось понятно: они ищут Менгарца уже давно.

– Уф! Наконец-то тебя нагнали…

– Да-а, не в том мы уже возрасте. Кхе, кхе…

Виктор остановился, одновременно давая жестом команду сопровождающим помощникам продолжить движение и оставить их одних.

– Зато по вашей мимике, уважаемые, сразу и не сообразишь, хорошую вы новость принесли или плохую.

– Это уже тебе решать. Кхе…

– Хотя нам кажется, что хорошую. – Фериоль интенсивно растирал себе грудь в районе сердца. – Но самое главное, что мы доказали свою правоту.

– В смысле? Неужели нашли продолжения найденных ходов?

– Вот именно! – Тернадин наконец-то прокашлялся и гордо задрал подбородок: – Как мы и предполагали, каждое такое ответвление служит лишь переходным коридором в общий, можно сказать всеобъемлющий, лабиринт. И точка перехода находится сразу за штатной ловушкой. Но, чтобы его открыть, надо за своей спиной задействовать ловушку снова, как бы с обратной стороны. Тогда начинают утапливаться новые блоки, которые раньше стояли нерушимо.

– Да, нам начинает улыбаться удача, – пробормотал Виктор. – И что там видно дальше?

– Следующие ходы, которые тоже имеют сюрпризы против нежелательных гостей. Мы туда пока соваться не стали, спешка там не нужна… – Фериоль сделал паузу, вероятно вспоминая, как он сам совсем не так давно чуть не погиб от удара зеленой молнии. – Но мы уверены, там настоящий лабиринт, по которому можно выйти в стратегически важные места всего комплекса. Мы проверили пока только два ответвления таким способом и посчитали себя обязанными предупредить о нашем открытии.

– Очень правильно! Сколько вам надо человек в помощь?

– Да у тебя и так все поголовно заняты. – Тернадин повел своими согбенными плечиками, пытаясь их расправить. – Так что мы и сами постараемся справиться. Там ведь просто подумать надо не спеша и все тщательно высмотреть. Как только поймем систему новых ловушек, думаю, дальше исследование пойдет более легко. Вот тогда можно будет привлечь пяток человек для составления подробного плана.

– Значит, сами справитесь? – сомневался Менгарец. Походило на то, что дионийцы не просто хвастались, а и в самом деле могли самостоятельно завершить разработку проникновения в открытый ими лабиринт. Тем более что считались людьми очень осторожными и взвешивающими поступки. – Ладно, дерзайте. Но одного сообразительного гвардейца все равно возьмите к себе в помощь. Пусть всегда будет возле вас для связи. Да и посветить лишний раз не помешает.

– Хорошо, есть у нас бойкий парнишка на примете, – согласился Фериоль. – Сейчас мы осмотрим парочку мест, а после закрытия кухни еще и то ответвление проверим, в котором отравитель попался.

Глядя им вслед, Виктор все-таки не удержался от напутствия:

– Осторожнее там!

– Только не надо нас учить, – донеслось ворчание Тернадина. – Сам знаешь, что осторожнее человека, чем я, твоя святость в этом мире не отыщет.

Оба старца во время разговора успели отдохнуть и теперь унеслись чуть ли не