Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

— Предок этого точно не знает.

— Можно проверить! — вмешался Сафонов. — Дадим задание базе Солдат Сумерек.

— Чтобы по ним отстрелялись те самые древние ударные комплексы с Фобоса и Деймоса? — изумился Годунов.

— У Солдат Сумерек много тактических спутников. Частью можно пожертвовать. Тем более, насколько мне известно, программа по исследованию Марса у нас была свёрнута более полувека назад. Именно из-за необъяснимых массовых отказов посылаемых к планете аппаратов. Но тогда никто не пытался искать на нём следы Древа жизни.

— На той же «Семёрке» представители Соединённых Штатов Америки регулярно докладывают об успехах в исследования Марса.

— Вы это серьёзно, Анатолий Евлампиевич?

Начальник информационно-аналитического отдела смутился:

— Вообще-то есть обоснованное предположение, что американцы выдают желаемое за действительное. В сегодняшних условиях посылать дорогостоящие аппараты к Марсу экономически не выгодно, а как мы знаем буржуи почти никогда и нигде на это не идут. Организовать же вбросы в информационное пространство сфабрикованных сведений о результатах якобы успешных марсианских миссий намного легче.

— И политически выгодно!

— Мы отвлеклись, коллеги! — вежливо вмешался в дискуссию Хелнидан. — Самый главный вывод из нашего… противостояния с Предком, это то, что современные люди Земли во всех оставшихся девяти руслах имеют весьма плохую генетику марсианских космоссыльных. Они постоянно делят даже соплеменников на немногочисленных «своих» и орды чужих, которых надлежит закабалять до положения рабов. Но и порабощённые мечтают не о свободе, а лишь о своих рабах. Именно это и не даёт людям сплотиться ради единой великой цели. В целом, менталитет предков не подходит и для борьбы с потомками неандертальцев. Вот они-то как раз коллективисты, поэтому до сих пор довольно успешно вычищают нашу разросшуюся «омелу».

— Вывод будет, товарищ Хелнидан? — поинтересовался Сафонов.

— Активизировать работу по изменению менталитета людей. Так как с жёсткими вызовами иномирья может справиться лишь крепкий коллектив единомышленников, ориентированный на повсеместную взаимовыручку. Нам нужны не индивидуалисты, а коммунары. Но пока внутри каждого из потомков марсиан до сих пор сидит лишь агрессивный беспощадный зверь. В своё время это позволило предкам захватить Землю и подчинить себе большую часть окружавшего их животного мира. Но, к сожалению, с тех пор в душах людей почти ничего не изменилось.

— Не согласен! Почти все современные цивилизации ориентированы на гуманизм и религиозные ценности! — возмутился Годунов.

— Большей частью лишь декларативно. Пожалуй, за исключением Метрополии и других государств социалистической направленности. Всё-таки инстинкты сильнее. Любой потомок марсианских ссыльных, по сути, нацелен на убийство. Религии и правители тысячелетиями пытались взять его агрессию под контроль. Но вся история земной цивилизации лишь бесконечная череда войн и конфликтов. По сей день. К сожалению. Даже в быту большую часть людей удерживает от убийства себе подобных лишь страх наказания.

— И что предлагаете делать?

— Жить, менять подсознательные установки человечества как вида. А к наиболее упёртым применять древнейшую заповедь: око за око, зуб за зуб.

* * *

Уже почти пять месяцев, с самого февраля, Полина занималась по старинной программе — вживую слушала лекции, выполняла практические работы и участвовала в семинарах. С тех пор как поняла, что беременна, гипнозанятия, позволявшие существенно ускорить время обучения, сразу закончились. Не успела побывать и на Альтерре. Впрочем, ей всё нравилось. И «медовый месяц», и предновогодняя поездка к чилийским коллегам матери, и семейная студенческая жизнь в выделенной институтом квартире. Что уж говорить про помощь инквизиции и Солдатам Сумерек в освоении мыслесвязи! Она была любима, востребована и окружена любящими.

Кстати, сармит стал замечательной отдушиной и советчиком. С ним она смело делилась ещё девичьими страхами, первыми семейными проблемами и симптомами специфических недомоганий беременных. Почти тысячелетний многоопытный и необыкновенно добрый Укла воспринимался чем-то вроде прапрабабушки. А как прапрадед — Дансаран Хамаев. Тем более благодаря мыслесвязи оба всегда были рядом. Две родные бабушки и два деда тоже находились в пределах доступности и также любили внучку. Но такой особой духовной близости как с сармитом и академиком с ними не получалось.

Хуберт Штрассл после отпуска убыл на базу Солдат Сумерек, где начал осваивать марсианское искусство выращивания индивидуальной боевой капсулы. Параллельно обучал пилотов хитростям установления мыслесвязи в критических условиях. С ним и его родичами Полина тоже беседовала почти каждый день. Вообще все, кто освоил внепространственный способ общения, постепенно начинали чувствовать себя чем-то вроде пионеров новой человеческой расы. Кстати, примерно так к ним относились и окружающие. В немалой степени этому способствовало то, что постепенно «телепаты», как их прозвали в обществе, понемногу осваивали и телекинез.

У Солдат Сумерек процесс шёл быстрее — там это была насущная необходимость. Но при живых контактах вояки охотно обучали и всех остальных, лично им знакомых абонентов мыслесвязи. С Полиной первые занятия провёл сам адмирал. Правда, успеха не добился. Ведь телепатически он мог общаться только через капсулу. Но когда телекинез начал получаться у мужа, в первую же увольнительную Хуберт повторил с ней уроки. И результат проявился! Полина смогла покатать по столу лёгкий голомаркер.

А вот в полной мере дар включился в критической ситуации. Академик Свенторжецкий, очевидно в отместку за то, что его не приобщили к мыслесвязи, уже давно исподволь третировал её в учёбе. Порой ему удавалось почти довести студентку до слёз. Что с добродушной и позитивной Полиной было сложно и уже само по себе тянуло на антиподвиг. На очередном семинаре своими язвительными замечаниями академик вновь добился желаемого. Глаза Штрассл заблестели, подбородок задрожал. Тонкие губы Свенторжецкого тронула лёгкая улыбка победителя. И тут ему на голову хлынул поток воды!

Казимир Бартосович резко вскочил и протаранил головой висящий сверху графин. Горлышко сосуда столкновение выдержало, а вот голова учёного нет. К водяным дорожкам, обильно стекавшим в шевелюры, добавились ярко-красные потёки. Все ошеломлённо замерли, графин упал на пол и наконец-то разбился. Только после этого академик понял, что у него идёт кровь. Зажал рану и опрометью кинулся из аудитории. А Полина громко разрыдалась.

Удивительно, но происшествие почти не имело последствий. За исключением того, что академик стал официально сух и предупредителен. А со студенткой провёл профилактическую беседу сам Генеральный комиссар военно-космических сил Метрополии:

— Полина Станиславовна, в стенах данного учебного заведения, да и практически перед всеми жителями Метрополии вы с мужем олицетворяете мощь и новые возможности наших вооружённых сил. На вас смотрят как на символ, как на надежду нашей победы! Это вы понимаете?

Она смогла лишь кивнуть, чувствуя, как стремительно краснеет.