Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

— А вы чем тут занимаетесь? — Зарубин взял театральную паузу. — Используете новейшую технологию для сведения мелких личных счётов! Выставляете на посмешище авторитетнейшего учёного Земли!

Стыд душил Полину, а от ушей уже можно было что-нибудь поджечь.

— Простите... Я сделала… глупость. Не подумала!

— Полина Станиславовна! У вас на груди цифровой оборонный идентификатор. В глазах всех встречных вы прежде всего олицетворяете собой армию! По вашим действиям судят о нас всех.

— Товарищ Генеральный комиссар, я всё поняла. Я буду соответствовать. Не ожидала, что всё настолько серьёзно.

Зарубин тепло улыбнулся и отечески провёл по её волосам:

— Все военно-космические силы гордятся семьёй Штрассл. Теперь всё, что происходит с вами очень и очень серьёзно. Всегда. И во всём.

— Я поняла, Тимофей Ильич!

— Ну и славно, дочка! Пора мне уже.

От чаепития в институте Генеральный комиссар вежливо отказался, в знак извинения оставив ординарца и шестнадцать коробок конфет «Берендей».

Вечером ещё и муж высказал недовольство. О происшествии со Свенторжецким уже судачили даже на базе Солдат Сумерек. Не сильно помогла и искренняя поддержка со стороны родичей Ирвина и Бориса.

— Молодец, сестрёнка! — пытался ободрить её Рогов. — Так и надо! Пусть знают рюсбургских!

— Мы тут все ржали как табун жеребцов! — поддержал тевтон.

— В том-то и дело, дядя Ирвин! Над делами нашей семьи смеются!

Родичи на миг замолчали. Потом германец рыкнул:

— Пусть кто только посмеет!

— Не надо, дядя Ирвин. Я уже самому Зарубину обещала себя вести так, как того требует родовая честь. На нас смотрит вся Метрополия.

— Да, внучка, это так! — сразу сник старейшина рода. — Но ты всё равно не переживай! Урону чести рюсбургцев не нанесено. Скорее даже наоборот. Сам адмирал тебя хвалил. Знай, говорит, наших!

На этом и распрощались.

* * *

Однако, собираясь спать, Полина поняла, что тревога не ушла. Вроде бы происшествие себя исчерпало. Что же ещё? Дансаран Сарангэрэлович опять был чем-то серьёзно занят, как длилось уже почти два последних месяца. Но всё же ободрил внучку и посоветовал не отмахиваться от предчувствия. Предложил посоветоваться с сармитом:

— У Уклы опыт, как у нас всех вместе взятых. Да и несколько сотен лет в энергоформе. А там только высшая физика и рулит.

Альтеррианец тепло поздоровался и почти сразу огорошил:

— Ты чувствуешь опасность, угрожающую близким!

— Что делать, Укла?!

— Прежде всего, не паниковать. Свяжись со всеми, кем можешь. Включай всех в режим аудиоконференции. Тогда телепатические возможности сложатся. Могу взять на себя управление данной сетью. Пока чувствую опасность в секторе вашей системы.

Полина послушно вызвала академика, отца, мать, мужа, родичей. Почувствовала, как к сармиту подсоединились учёные НИИАФР. Затем подключили инквизитора. Затем в чат вошёл прапрапредок Сафоновых, Хелмут из рода Дитмаров. Всем передавалась тревога Полины. Всё чётче ощущалось какое-то движение. Мерное и… довольное. Так подкрадывается к жертве уверенный в себе хищник.

— Похоже, внепространство! — сообразил Укла. — Идёт в сторону Хуберта, Ирвина и Бориса.

— Привет честной компании! — раздался весёлый мыслеголос адмирала Феоктистова. — Ничего не пропустил?

— Что-то опасное идёт в вашу сторону! — пояснил сармит. А затем мыслесеть буквально взорвалась. Это включались капсулы эскадрилий Солдат Сумерек. Из-за массового увеличения абонентов словно пыль слетела с древнего экрана: все увидели туманного крокодила, или даже мозозавра, чьи многочисленные ласты, расплывающиеся по краям клубящимися дымными струями, мерно загребали внепространство. Чудовище, как обитатель глубины на приглянувшуюся рыбку, шло на базу «Валгалла». Сармит чётко обозначил азимут. Кстати, сам орбитальный блин землян размером был всего лишь с треть головы этой твари.

— Боевая тревога! Общий аларм! На час, выше десять — базу атакует туманный крокодил Нави! Вылет истребителей по готовности! Сбор эскадрилий в направлении врага! — тут же среагировали военные.

— Укла, сколько у нас времени?

— Не больше двенадцати минут. Скорее меньше. Думаю, он рванётся к жертве, как подплывёт поближе. Пусть даже на длину своего корпуса.

— Принял. Всем — форсаж до субсветовой! Капсулам самостоятельно атаковать эрэсами!

«Эрэсами» — реактивными снарядами, бывшие пилоты Второй мировой именовали вольфрамовые болванки. Сначала их применяли как бомбы для удара по наземным объектам Диких, сбрасывая из пике на границе стратосферы. Под действием приданного ускорения, а затем и силы тяжести металлические стрелы разгонялись до гиперзвуковой скорости. Отчего, даже при попытке врага изменить их состав, часть атомов при столкновении с поверхностью всё равно высвобождали кинетическую энергию, сопоставимую со взрывом тактического ядерного заряда.

Затем штатный умник Эскадры, капитан первого ранга Зубров придумал как осуществлять прицельные пуски болванок с борта истребителя. Для этого на пилоны ставили маленькие рельсотроны, как раз и напоминавшие пусковые установки древних эрэсов. На субсветовых скоростях эти электромагнитные направляющие придавали болванкам импульс, необходимый для удаления от капсулы. А в условиях космоса в цель снаряды летели не хуже лазерного луча. По крайней мере, с сопоставимой точностью. При попадании же эффект превосходил все ожидания, так как помимо высвобождения кинетической энергии в вольфраме начинался процесс атомарных изменений.

Все телепаты с замиранием сердца следили за невиданным сражением, разворачивавшимся прямо пред их мысленным взором. Эскадры тем временем выстроились в шесть «этажерок», ускорились и атаковали приблизившегося мозозавра. Смотрелись капсулы истребителей как крохотные сверкающие искорки. Все прочувствовали момент запуска эрэсов, а многоопытный Укла даже прорисовал их траектории. Тонкие красные ниточки в десятке мест прошили тело твари… И ничего не произошло. Обитатель Нави был невосприимчив к этому оружию.

— Твою дивизию! Он слишком мягкий для них!

А времени сметить оружие просто не было. Так что истребители стали стрелять всем, что имели. В ход пошли лазеры, боевые ракеты, даже плазменные и импульсные пушки.

— Ноль-седьмой, я Ноль-пятый! Эрэсами, левыми бортами, одновременно — огонь!

Только телепатическая чувствительность позволила адмиралу и его бывшему ведомому выстрелить абсолютно синхронно.

— Думаешь, масса поможет? — скептически заметил отстрелявшийся Зубров.

— Не мешай…

Все увидели, что траектории двух пучков траекторий эрэсов начали изгибаться. Мгновение и они перекрестились примерно за головой мозозавра. И тут же от него рвануло яркое пятно клокочущего огня.

— Попали!!! — не выдержал кто-то из альтеррианцев.

— Не ори! Не попали, а болванки заставили столкнуться! — Сафонов быстро понял телекинетический манёвр адмирала. Тем временем туша твари разлеталась по пространству огромными кусками, окутанными подобием чёрного дыма. Было в их траекториях что-то неправильное.

— Атака парами, бить