Фантастика 2026-62 - Ал Коруд

из-за багровых берсерков цен на настоящие сигары, о грубых поделках из Аришалии, на которые стыдно тратить деньги (я не стал ему говорить, что прежде мне только на аришалийские и хватало, да и то не всегда), о том, что курить сигары вовсе не опасно, а вот от сигарет можно пожелтеть, как атаец. Нашу пустую беседу прервал дворецкий виконта, сообщивший, что ужин подан. Корвдейл однако никуда не торопился, и мы сначала докурили сигары, лишь после этого отправились ужинать.

Я никогда прежде так вкусно не ел, и так сладко не спал. Уже засыпая подумал, что быть может стать доверенным лицом Корвдейла не так уж и плохо. По крайней мере, нужда мне теперь не грозит.

***

Онслоу прибыл не один, а в сопровождении человека, которого называл своим адъютантом. Оба они удивительно напоминали собак – пару бойцовых псов, правда, разных пород. Его Онслоу был плоскомордным, как молосс,[1] с какими-то пустыми, чуть выцветшими глазами, в которых как казалось на первый взгляд мысль и не ночевала. Вот только стоило ему чуть прищуриться, перестав картинно таращить глаза, как тут же становился виден хищный, жестокий интеллект главы оружейного концерна. Адъютанта своего Онслоу звал исключительно «Корки», и тот именно так всем и представлялся. Он напоминал скорее фокстерьера – шустрого, безжалостного пса, готового разорвать любого, кто меньше и слабее его. При этом внешность Корки была также обманчива, как и у его шефа – невысокий, плотный, но кажущийся полноватым из-за округлого, добродушного лица. Если не обращать внимания на стремительные движения и реакцию Корки можно было принять его за глуповатого увальня, да ещё и коротышку. В общем, человека совершенно неопасного. Интересно, многие ли поняли, как сильно ошиблись в нём, и сколько из них пережили последствия этой ошибки.

Портной, как и обещал, прислал мой новый костюм с самого утра, и я успел примерить его, убедившись, что сидит он превосходно. Даже не думал, что так может быть, когда шьют без финальной примерки.

Корвдейл принимал Онслоу и Корки в просторной гостиной, на столах стояли лёгкие закуски и вино, к которому никто не притронулся. А вот сигарам, исключительно дорогим упманнам и ларранагам, все отдали должное, заполнив гостиную клубами ароматного дыма.

Когда сигары потушили, все расселись в удобные кресла, и первым заговорил хозяин дома. До этого, конечно, тоже шла беседа, но неторопливая и пустяшная, всех куда больше интересовало вдыхание ароматного дыма.

- Мой человек расскажет вам о расследовании, которое я поручил ему, - высказался Корвдейл, и сделал приглашающий жест в мою сторону.

Подниматься на ноги словно примерный ученик не стал, конечно, однако чувствовал себя словно снова у доски оказался. На мне скрестились взгляды Онслоу и Корки, и я почувствовал, как на затылке выступает пот. Однако, как мне показалось, сумел изложить всё спокойно и уверенно, без ненужных уточнений, и вроде ничего не потерял.

- Толково, - кивнул Онслоу, - и я даже узнаю руку, которая тянется к моему кошельку.

- Думаешь он? – глянул на шефа Корки.

- Больше некому, - снова кивнул Онслоу. – Ты, приятель, волей-неволей оказался в центре нашего противостояния.

- Нашего? – не понял я.

- Ты веришь в конспирологические теории? – вместо ответа поинтересовался Онслоу. – Вроде тайных правительств, секретных организаций, закулисных дирижёров и прочего.

- Я считаю, что дыма без огня не бывает, - осторожно произнёс я.

- Очень точно подмечено, - усмехнулся Корки. – А ты умнее, чем мне показалось сначала.

- Сейчас в Эрде идёт противостояние двух сил, - не обратив внимания на его реплику, заявил Онслоу. – Самое смешное, что и одни и другие называют себя миротворцами. Но первые хотят сохранения мира в нынешнем виде, в таком, к которому пришли в конце войны. Другие же желают перенести войну в страны третьего мира – в Афру и на юго-запад Золотых земель, да хоть в Авар, лишь бы не на континенте. Аурелия истощена войной, и новой ей уже не пережить – по крайней мере не в том виде, что существует сейчас.

- И к какой принадлежите вы? – как можно более вежливым и нейтральным тоном поинтересовался я.

- Конечно же, ко второй, - рассмеялся Онслоу. – К чему жалеть умбров или асинов, их и так слишком много. Пускай они ведут войны, дерутся за наши подачки. А руководить ими будут профессиональные офицеры из государственных и частных армий. Тебе не кажется, что это идеальный выход, а?

Я не до конца понял, к кому именно он обращается – ко мне ли, к виконту или вовсе к своему адъютанту Корки – и предпочёл промолчать. Тишина повисла в комнате на пару томительных минут, все молчали, словно ожидая кто заговорит первым, чтобы проиграть некое невысказанное пари.

- А кто принадлежит к другой стороне этого конфликта? – нарушил-таки молчание я.

Уверен, все кроме меня все отлично знают ответ, на это весьма прозрачно намекали реплики самого Онслоу и Корки, которыми они обменялись только что. Да и в осведомлённости виконта я не сомневался.

- Его все знают, - усмехнулся Онслоу. – Дюкетт-старший, промышленный магнат из Розалии, самый сильный сторонник сохранения нынешнего положения дел и баланса в мире. Фабрики, заводы, электростанции – последних особенно много, насколько я знаю.

- Осветить всю Эрду – вот наш девиз, - процитировал Корки с явной иронией.

Этот лозунг, провозглашённый как раз Дюкеттом-старшим не раз мелькал на передовицах газет даже в Альбе, где не особенно ценили всё аурелийское.

- Именно, - прищёлкнул пальцами Онслоу.

- Но ведь именно его концерн сделал ту самую супер-пушку, чей выстрел едва не привёл к новой войне, - напомнил я.

- Мы тогда единственный раз работали вместе, - ностальгически усмехнулся Онслоу, - чтобы не допустить новой войны.

- А после наши дорожки разошлись, - кивнул Корки, - и теперь он нам гадит по полной.

- Вы считаете, что за кражей миллионов у Эдвардса стоит именно Дюкетт? – поинтересовался Корвдейл, как будто выпавший из нашей беседы.

- Больше некому, - пожал плечами Онслоу.

- Вряд ли это папаша, - добавил Корки, - больше похоже на работу его сыночка, Руфуса.

О восходящей звезде по имени Руфус Дюкетт заговорили сразу после второго выстрела суперпушки из розалийского урба Марний. Что там произошло на самом деле знает мало кто, и я к ним точно не отношусь, но каким-то образом в это