Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Горничная вновь переместила всё своё внимание с метлы на меня, кивнула на первую часть вопроса, а на вторую указала рукой куда-то вверх и в сторону. На «Всё ли в замке хорошо?» получил лишь ещё один кивок и оставил эту тему. Всё-таки с Горничной Лия общается заметно лучше меня. А раз та «говорит», что всё нормально — значит так оно и есть.

Двери, ведущие к колодцу с Бездной, были плотно закрыты на засов. В следующий раз, когда захочу пострелять из огнестрела или ещё как-то сильно удивиться, придётся поднапрячься, чтобы убрать этот здоровенный брус.

Поднялся в комнату над тронным залом и тоже не узнал ничего из-за того, как всё преобразилось. Появились шкафы. Отгородки для переодевания, полки, над кроватью зачем-то образовался балдахин, да и само ложе раздалось вширь. Столик, на котором у окна стоял ноутбук тоже преобразился, превратившись из просто круглого небольшого и неочень-то удобного предмета мебели в полноценный рабочий стол с многочисленными выдвижными ящичками, зелёной бархатной столешницей и покрывшийся тёмным лаком.

Сама же Лия Вен Дар Тир Аман обнаружилась на так же обновившейся крепостной стене. В барбакане, где всё так же стучал молотом совершенно не изменившийся Кузнец.

— С возвращением, Денис. — произнесла она это так удачно, что слова легли аккурат между ударами молота. — Прости, что не встретила. Впервые за всё время нашего знакомства.

— Не страшно, — отмахнулся я, но всё же поинтересовался. — У этого была какая-то причина?

— Не совсем… — смутилась рыжая красавица. — Я… просто… была далеко от места твоего появления и… решила этого не делать. Потому что осознала, что могу не спешить. И что мой мир от этого не разобьётся на тысячи осколков… Если, конечно, ты не разгневаешься на меня за подобное пренебрежение своими обязанностями…

— Конечно нет, — усмехнулся я такой странной постановке вопроса. — Просто я действительно привык к твоим приветствиям и считал их чем-то вроде обязательного таинства. Было приятно осознавать, что меня ждут. Не знал, что для тебя это было так обременительно.

— Вовсе нет! — запротестовала в ответ дворянка зарумянившись щеками. И я вдруг заметил, что у неё появились веснушки. — Это не было обременительно! Просто, за некоторое время до твоего появления я всегда знала, что ты появишься на своём балконе и стремилась туда так, если бы от этого зависела моя жизнь, но сейчас… я вдруг осознала, что это не так что и обязательно. Будто Мир дал мне свободу не делать то или иное действие! И не пойми неправильно, я действительно рада твоему возвращению, но… Я могла в этот момент быть где-то ещё. Делать что-то ещё!

— И как ощущения?

Лия на какое-то время задумалась.

— Сложно. Порождает множество вопросов. — девушка подняла на меня немного потерянный взгляд. — Зачем мне эта… свобода действий?

— Умение делать выбор между «делать» или «не делать» — это свобода? — усмехнулся я.

— Это уже больше, чем было у каждого здесь. — не поняла моей иронии хранительница.

— Ну так может и сейчас эта опция появилась не только у тебя? — на всякий случай уточнил я. — Поговори с остальными. Может и им тоже удалось взять больше свободы при последнем обновлении?

Лия с сомнением посмотрела мне через плечо на усердно долбящего по пустой наковальне кузнеца.

— Сомневаюсь, но понаблюдаю за остальными.

Мы вышли на стену и направились в сторону донжона. Туда, где раньше были строительные леса, ведущие в мою комнату прямо со стены. Сейчас там был полноценный каменный переход с небольшой, но очень толстой обитой железом дверкой.

Разговор с хранительницей был довольно интересен. Она вроде бы и была свободна в общении, но с последним «обновлением» ей как бы добавилось больше смелости и инициативы. От чего беседа с ней была куда более непринуждённой, чем обычно. Ну и несла в себе больше, так сказать, фоновой информации. Девушка рассказывала, как ведут себя мои подопечные здесь, когда меня нет. Оказывается, Скат из Коринфа иногда ходит по крепостной стене. Недавно он в темноте напугал Горничную, которая решила выйти проветриться через ту самую калиточку в моей комнате над тронным залом. Мастер теперь почти всё время занят, обслуживая экипировку наёмников, а те в свою очередь не только сбивают «Голодную Орду» из мощных арбалетов со стен, но и делают пешие вылазки за стены замка через подвесной мост. А ещё вскоре должна была прийти новая партия условно союзной нежити так же проситься под мою руку. И у Лии даже было сэкономлено несколько тысяч Воли от убийства «Голодной Орды» для найма. По этому она интересовалась, кого действительно стоит оставлять в крепости, а кого гнать дальше.

В общем, два дня пролетели незаметно. В ПВП… не повезло. В этот раз человек на контакт не пошёл и отпускать меня не пожелал несмотря на все мои увещевания. Когда у него оставалось меньше десяти процентов здоровья, придурок повесил на меня «Метку Злых Намерений» и пообещал, что мы снова встретимся, когда он будет к этому готов. Так что теперь у меня в инвентаре лежал польский паспорт очень гордого, но не очень умного человека, а на моей совести добавилось ещё одно кровавое пятнышко. Не слишком большое, на самом деле. Больше меня интересовало, как отреагирует на лишнюю смерть Белый Пульсар. Но он никак не отреагировал. Я с ним говорил? Говорил. Помощь предлагал? Предлагал. В ответ — оскорбления и нападение. Конечно, можно было и не вторгаться, но… После Кристины я крепко задумался над тем, кто ещё кроме адекватных людей вроде Насти и того канадца попадает в Игру и… В общем, не думаю, что именно сегодня совесть будет мешать моему сну.

«Неизбежная Победа» — вспыхнула надпись перед моими глазами и меня вновь вернуло на родной балкон.

* * *

А вот моментальная карма думала иначе.

По возвращении на базу со мной связался Артём Филиппович и безо всяких предисловий попросил приехать в отделение полиции. Я, разумеется, приехал и там меня ждала новость, выбившая пол из-под моих ног. А всё дело в том, что у меня неожиданно сменился куратор!

И вот стою я, значит, напротив парня, сидящего в кресле начальника. Рядом со мной стоит Марьянов. Присесть нам, разумеется, никто не предложил. На парне погоны полковника, а выглядит он не так уж чтобы намного