Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

— Даже не знаю, радоваться ли? — и хмыкнул, — Так что решил? Возобладает в тебе разум, или так и будешь подчиняться эмоциям?

Гора выдохнул:

— Теперь я самолично убедился — ты не обманом сразил Ли Хуана, не уловкой, не ядом и не застал врасплох, а в бою. На том вопрос закрыт, Ненормальный Практик.

И Лорд Бай со всем достоинством стал деактивировать аватар, зная, что Северов не нападёт. Даже если бы на это противостояние не смотрел весь Китай. Ибо этот паренёк, если бы хотел, уже снёс бы ему голову. Каменная броня стала опадать кусками в пруд. Буф! Дуф! Поднимая столбы воды. И китаец, явно измотанный, поправил окровавленный халат с порезом у живота, выставил руку, и торчащий в земле меч взметнулся и лёг рукоятью в ладонь, а туман вместе с призрачными горами развеялся. Бай же кивнул обезьяньему Царю и просто пошёл прочь из купола, больше ничего не говоря. Вышел из своей половины Домена и побрёл мимо расступающейся толпы, не отвечая на окрики Лордов. Его битва с собственными чувствами окончена.

Царь Обезьян вновь напялил улыбку, взглянув на цаплю.

— Шэнь, мой милый беглёныш! Пришло наше время разговора!

Цапля не могла подняться — шея переломлена. Но Шэнь встал на лапы, несмотря на болтающуюся голову. И стал корить себя: почему…почему не сбежал, когда была возможность⁈ Зачем, вообще, вернулся в Китай⁈ Знал же, что всё усложнится! Знал, что Совет не даст жизни. Предполагал, что Ненормальный Практик явится сюда! ЕГО НЕ ПОБЕДИТЬ! Конченный псих, коего не должно существовать! Откуда такая сила⁈ ОТКУДА⁈

Из-за того, что Бай деактивировал Домен, Домен Шэня теперь потерял всю стабильность. Мигал. Молочный пруд то был, то исчезал, появлялся вновь. Стены стали тлеть, лотосы чахнуть. Его самого шатало.

— Я тебя… — прорвался его человеческий визг, — В ПОРОШОК СОТРУ! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, С КЕМ СВЯЗАЛСЯ⁈ ТЫ! Я ПОЛТОРА ВЕКА НА ЭТОЙ ЗЕМЛЕ!!!

— М-м-м, полтора века, — усмехнулся Царь Обезьян ласково. — Черепаха живёт триста лет и за все триста не говорит ни одного умного слова, Шэнь. Как и ты.

Цапля злостно гоготнула по-гусиному и с последних сил ударила клювом, целя в насмешника.

Обезьяний Царь лениво влепил посохом в ответ. Жуйи-бан вырос в полёте и легко заблокировал клюв, а второй лапой по-простому ухватил цаплю за перья перебитой шеи и притянул белую голову с бельмами к своей мохнатой морде. Близко. Глаза в глаза.

И заговорил:

— А теперь, Лорд Шэнь, расскажу тебе сказку. Да правдивую. Когда ты подставил своего друга под удар под нашей крепостью, своего брата… здоровенного такого, с алебардой. Стальной Медведь Вэй его звали. — говорил он громко, от чего Лорды, да и не только Лорды нахмурились, а Шэнь выпучил птичьи глаза. — Так вот, когда дело запахло жареным, ты бросил своего брата, а сам удрал за горы. Он бился шесть часов, Лорд Шэнь. Шесть. Без ноги, руки, с дырой в груди, и всё это время не звал ни лекаря, ни пощады, ни мать. Он звал тебя. — юный Александр сжал обезьяньи пальцы на перистой шкурке шеи. — «Шэнь. Шэнь. Шэнь». До самого конца. Мой генерал, человек не из мягких, рассказывал мне об этом и отворачивался. Вот такой ты брат, Лорд Шэнь… Почтенный Вэй до последнего вздоха не понимал — почему ты бросил его.

Тишина стала абсолютной.

Лорды опустили взгляды. Кто сжал кулаки.

Юный обезьяний Царь же продолжил:

— Я пришёл сегодня за Сяо и стариком Гу. Но вот что примечательно, Лорд Шэнь, мне выдалась возможность сделать то, что не успел сделать Вэй. Посмотреть тебе в глаза и назвать тебя тем, кто ты есть. — Он наклонился к самому клюву и произнёс: — Ты не Лорд, Шэнь. Лорды бывают злыми, жестокими, но они не бросают своих. Ты — человек, который однажды продал брата, чтобы выжить, и с тех пор продаёшь всех подряд, так как распробовал. Это же ты продал старика Гу, да? Завтра продашь того бледного господина в ложе. Это ведь даже не злодейство. Оно куда искусней. А это… так, просто трусость.

— Замолчи… — прохрипела Цапля.

— Ты будешь лишён не жизни, она для меня хуже помоев, — хмыкнул Царь Обезьян и воткнул в него пальцы, начав выкачивать эфириум.

— Аррррх! — завопил Шэнь, барахтая крыльями. — ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ СО МНОЙ⁈

Тот глядя грозно, улыбнулся клыками:

— Ты станешь обычным человеком…

Удар обезьяньей ладонью, и аватар цапли рассыпался. А эфир потёк из Шэня в юного Северова.

И Лорд Шэнь, ощущая как уходят силы, стал стареть на глазах. Молодая кожа обвисала, пропахивалась морщинами, обвисали мочки ушей, дрябла кожа шеи. Он заметил свою руку, коей вцепился в обезьянью шкуру, как пальцы старели, покрывались пятнами.

— Нет… нет-нет-нет! Хватит! Пощады!!! Только не это! ТОЛЬКО НЕ ЭТО! Я сделаю всё! Это ВСЁ МОРДРЕД! ОН ПРИКАЗАЛ ТЕБЯ УБИТЬ! ОН! ОН ПРАВИТ ВСЕЙ ПОДНЕБЕСНОЙ! НАШ ИМПЕРАТОР ЛИШЬ СУКА В ЕГО РУКАХ! А ИМПЕРАТРИЦА! ЗНАЕШЬ, ЧТО ДЕЛАЕТ ИМПЕРАТРИЦА⁈ СОСЁТ ЕМУ! УБЛАЖАЕТ КАК ШЛЮХА С ПОДВОРОТНИ! ОСТАНОВИСЬ, СЕВЕРОВ! ОСТАНОООВИИИИСЬ!!!

Но Александр со злым взглядом выкачал из того всё до последней капли, а духовной энергией запечатал все узлы, и только тогда отпустил.

Старого, сгорбленного, немощного. Шэнь, упав к его ногам, стонал от боли и унижения.

— Молю… умоляю… верни… верни моё… — тянулся он скрюченными пальцами к коленям обезьяньего Царя. — я всё рассказал… буду служить тебе… что угодно… что угодно…

Купол Домена распался.

Обрушились капли дождя.

А площадь молчала.

Все слышали абсолютно каждое слова Шэня.

— Китаем правит британец?

— Он раздавал приказы перед Сыном Неба…

— Как мы докатились до такого…

— Позор всей Поднебесной…

— Что теперь делать?

— Смерть — британцу!

— Смерть — Британцу!

— СМЕРТЬ — БРИТАНЦУ! СМЕРТЬ — БРИТАНЦУ! СМЕРТЬ — БРИТАНЦУ! — заскандировал народ.

Толстячок Лорд Сюй нервно хихикнул:

— Вот так день, да, госпожа Юй? Ненормальный Практик в аватаре Сунь Укуна сразил трёх наших Лордов… и всем троим оставил жизнь… а ещё — поднял бунт.

— Бунт ли? — серьёзно ответила Юй. — Боюсь, слова Шэня были искренни. — и посмотрела на толстячка, — Вы-то сами, Лорд Сюй, что будете делать теперь? На чьей стороне выступите?

Сюй задумчиво прогудел, уставившись на Мордреда, который поманил пальцем и на