Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Юй также их увидела и надавила на толстяка:

— Скажите свой ответ прямо сейчас, Лорд Сюй. С кем Вы?

Тот хохотнул:

— Ох, милочка, за кого ты меня принимаешь? Разве ж могу я пасть честью и бросить Китай? Об этой битве будут слагать легенды. А я… я всегда предпочитал быть на светлой стороне, даже если её возглавил тот мальчишка с духом Великого Сунь Укуна.

Юй выдохнула. Ну хоть Сюй сделал правильный выбор.

Обезьяний Царь развеялся, и на помосте вновь стоял юный Северов. Он накинул соломенную шляпу на голову, взмахнул мечом, стряхивая дождевые капли и, не обращая внимания на ползающего дряхлого Шэня, спрыгнул на брусчатку с эшафота, а после крикнул:

— Лорд Гу! Кажется, кто-то решил устроить переворот! — и указал на семерых в бордовых плащах с капюшонами.

Дед Гу хохотнул:

— Какой тяжёлый день, для старика вроде меня! Что скажешь, почтенный Северов⁈

— Скажу, что им нет места в Китае! И как союзник, готов сразиться за Поднебесную!

— Ха-ха! — засмеялся Гу. — Сердце Тигра в тебе, парень!

Сам же дед Бэшань повернулся к горному старцу — Пэну и тихо сказал:

— Пэн, ты говорил, его хозяина не одолеть никому.

— Говорил.

— Он там, среди тех семерых в накидках? — Гу повёл подбородком в сторону Лордов.

— Нет, — произнёс Пэн осторожно. — Нет среди них его, старый друг. Это просто слуги. Сменные перчатки, не больше.

Гу, молча прогудел, затем тихо ответил:

— Кажется, зря я всю жизнь считал себя осведомлённым человеком.

— Все мы были слепы, не только ты, — философски отозвался Пэн.

— Лордесса Каэдэ, — произнёс Лорд Чжан, не убирая, впрочем, ладони с рукояти. — Похоже, сегодня нам не суждено закончить начатое.

— Похоже, Лорд Чжан. — Каэдэ не обернулась, продолжая смотреть на семерых Лордов, что подошли к ложе. Мордред неспешно поднялся с кресла, расправил безупречный сюртук, взял трость и, прежде чем сойти, обернулся к Сыну Неба.

А после, неожиданно для всей Поднебесной, схватил его за ухо! Владыку десяти тысяч лет! Того, на кого простолюдину запрещено даже смотреть под страхом смерти! И брезгливо под общий оборвавшийся вздох тысяч людей и чинов, сдёрнул того с кресла и швырнул через ступени, под дождь. Император распластался в луже, намочив священный жёлтый халат с драконами. Корона покатилась и звякнула. Императрица тут же вскрикнула и метнулась к мужу. Принцесса Лянь замерла, прижав ладони ко рту.

— Прошу простить, — фыркнул Мордред на всю округу, поправляя перчатку. — От жёлтого у меня рябит в глазах. Сколько раз ему говорил, всё не слушал ваш великолепный Сын Неба. — и, переступив через Императора, британец принялся спускаться по ступеням ложи к площади.

Ему навстречу шёл мальчишка в соломенной шляпе.

За Мордредом же пристроились семеро Лордов в капюшонах.

Вскоре, на глазах сотен тысяч китайцев, они остановились в тридцати шагах друг от друга. А дождь лишь усилился.

— Вот так встреча! — Мордред раскинул руки. — Сам наследник дома Северовых пожаловал в Пекин! За моей головой, не иначе! И не жаль было, щенок, проделать такой путь⁈ Через полмира и войны? Зачем? Ради того, чтобы умереть от моих рук?

— Думаешь, меня остановят твои псы? — хмыкнул Александр. — Похоже, ты всё ещё не понял, кто — я.

— О, малыш! — Мордред искренне рассмеялся. — Ты даже не представляешь, что я о тебе знаю! Ты ненормален, бесспорно! Но ведь даже не догадываешься, что ты всего лишь корм! Закуска! Впрочем, для подобного ты можешь и не дожить, всё же эти семеро, мальчик, всю жизнь занимаются одним ремеслом — ловлей таких бешеных собак, как ты. И ловят, поверь, успешно. — Он широко улыбнулся. — Но, представь! Я сегодня столь добр! Что не хочу омрачать сегодняшний праздник! И дам тебе шанс, Александр Северов! — и тут же стал серьёзней. — Всего один. Преклони колено. Здесь, сейчас, при всех, и я, так и быть, забуду всё, что ты тут устроил. Более того. — он повёл тростью, обводя площадь, помост, распростёртого императора, склонившуюся толпу. — Я отдам тебе всё это! Поднебесную! Целиком! Будь здесь местным божком! Гляди, они уже боготворят тебя! Хочешь дворец — бери! Хочешь женщин — все твои! — и лениво указал тростью на императрицу, склонившуюся над мужем. — Вон ту, например. Скажу по секрету, — снизил Мордред голос заговорщески, но все всё равно всё слышали, — под всеми шелками, у неё узко, как в мышиной норке. Я еле протиснулся, ух. Едва не застрял, ха-ха! Проверь, советую! Тебе можно будет всё, Александр! А этих, — его трость указала на толпу, — дрессируй как вздумается! Посмотри! Они только и мечтают, чтобы над ними стояла крепкая хозяйская рука! Хоть твоя, хоть моя! Им всё равно!

Люди на площади поймали панику. Многие перепугались. Что творится… и всё это на их глазах⁈

— Ну так что, договорились⁈ — Мордред улыбнулся, разведя руки. — Забудем старые обиды, и правь себе на здоровье! Ты ведь, по слухам, ещё и король Британии, а это, выходит, делает тебя и моим королём, ха-ха! — Он отвесил шутовской поклон. — Видишь? Я поклонился тебе. Так и ты преклонись же, мой король. Один раз. И весь мир ляжет у твоих ног.

Юный Северов выслушал всё это до конца, стоя под дождём, в дрянной соломенной шляпе и мечом в опущенной руке.

А затем заговорил громко-громко, на всю площадь, обращаясь отнюдь не к британцу, а ко всем, кто его слышал:

— Ну что, почтенные⁈ В таком Китае вы хотите жить⁈ Где чужак берёт вашего императора за ухо, как щенка, и предлагает вашу страну, ваших жён и ваших богов первому встречному, лишь бы тот встал на колени⁈ — мальчишка дерзко усмехнулся. — Не знаю, как вы! А я не хочу видеть Китай таким! И намерен прямо сейчас разобраться вот с этим господином! Решайте сейчас! Я сделаю это и без вас! Но вам потом с этим жить!

И площадь решала.

Первым вышел дед Гу Бэшань.

Перехватил дао и неторопливо подошёл к Александру. Встав плечом к плечу.

— Я с тобой, почтенный Северов, — сказал он просто. — Умирать так умирать стоя. С высоко поднятой головой.