Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

Честно говоря, я с самого начала ни мгновения не сомневался в том, что против безоружного Ямаситы Син Хэрян не проиграет. В прошлой итерации этот человек в одиночку справился с двумя наемниками, вооруженными ножом и пистолетом. Что Леонарда, что Ямаситу — обоих он вырубил одним ударом. Интересно: это тоже связано с его вечной манией эффективности?

Я попробовал окликнуть Ямаситу, но тот был не в состоянии отвечать. Мне вспомнилось, как в универе нам рассказывали, что даже без яичка мужик может жить нормальной жизнью. Захотелось утешить Ямаситу этой «радостной» новостью, но я вовремя прикусил язык.

Через несколько секунд он пришел в себя. Лежал, хватая ртом воздух, потом начал тихо всхлипывать. Заскреб пальцами по полу — как пациент, которому делают депульпацию без анестезии. Видимо, болело так, что орать сил не осталось. Господи… что теперь с ним делать? Я тут бессилен, поскольку стоматолог, а не уролог.

Син Хэрян смотрел то на Ямаситу, то на свою правую руку. Затем достал из нагрудного кармана тонкую салфетку, тщательно вытер кулак и отбросил ее в сторону. Повернулся к Сато, который демонстративно делал вид, что происходящее его не касается.

— А ты будешь драться?

— Нет уж, уволь. Вот посмотрел на ваш благородный поединок и чуть не прослезился от умиления, — язвительно буркнул Сато, мотнув головой.

Син Хэрян глянул на него с легким разочарованием — похоже, он был не прочь пополнить список негодных к посадке еще кем-нибудь, кроме себя и Ямаситы. Видно, всерьез воспринял мои слова о том, что драка лишает права на эвакуацию.

На всякий случай он спросил еще и Марка с Бартом, но оба отказались так быстро, что их ответ прозвучал почти одновременно.

Я тем временем проверил состояние Леонарда. Он так и не смог встать на ноги, но кое-как приподнял верхнюю часть туловища. Удар пришелся ему прямо в нос, однако крови почти не было, — удивительно, что лицо не разнесло. Но голова, наверное, кружилась: сидел на полу, не в силах шевельнуться.

— Где мать Генри? — спросил я.

Леонард не ответил. То ли сил не хватало, то ли просто не захотел. Я повернулся к Марку, надеясь, что, может, ему известно что-то про бывшую жену Леонарда. Но тот лишь развел руками  — мол, я-то откуда знаю? — и перевел взгляд на Барта.

Барт скривился, потом процедил:

— Подожди-ка минутку.

Он без церемоний вытащил планшет из кармана у Леонарда на бедре. Видимо, при падении планшет принял часть удара на себя: по экрану тянулись две длинные трещины. Барт вбил пароль и разблокировал его.

Коллеги, блин.

На экране вспыхнула фотография женщины в коротком платье, с голыми ногами. Леонард поставил полураздетую барышню на рабочий планшет как заставку.

Барт быстро открыл сообщения. Три сотни писем и десятки пропущенных звонков — и все от одного человека. Я решил, что от Невы. Леонард записал ее таким набором оскорблений, что цитировать язык не повернется.

Последнее сообщение датировалось пятью часами утра. Барт пролистал выше, и мы увидели, что в четыре часа утра Леонард сам отправил ей фото спящего Генри с подписью: «Угадай, где он?» Нев не ответила, и Леонард в половину пятого позвонил сам и, похоже, разбудил ее.

Генри должен был провести несколько дней в лагере с друзьями и, выяснив, что ее сын находится в Пэкходоне, Нев взорвалась и начала забрасывать Леонарда сообщениями и звонками. Похоже, инженеры команды «Са» с австралийским гражданством почти все сейчас в Австралии.

Сначала Нев осыпала бывшего мужа проклятиями, потом в ход пошли мольбы: ребенок ни в чем не виноват, не трогай его, ради всего святого. В длинных текстах она напоминала об их хороших временах, умоляя пощадить хотя бы сына.

Читать это даже по диагонали было тяжело. У меня ком в горле встал. Заканчивалось все обещанием, что она поднимет на ноги всех на станции, лишь бы найти сына.

ГЛАВА 243

ТЕ, КТО ОСТАЛСЯ

Часть 1

Марк читал сообщения вместе со мной и вдруг попытался пнуть Леонарда. Тот успел перекатиться в сторону, и удар пришелся в пустоту.

— Таким, как ты, вообще нельзя быть родителями! — закричал Марк.

— Генри — мой сын! Единственный наследник семьи Сандерс! А она без моего разрешения утащила его в другую страну? Это похищение!

Похоже, Син Хэрян и правда рассчитал силу удара — приложил так, чтобы Леонард на время выбыл из строя, но не более. Как у него это получается? Леонард говорил, зажимая нос ладонью, и от этого его речь звучала гнусаво и сбивчиво.

С трудом сдерживая злость, я спросил у него:

— Но ведь опека у Невы. Увезти ребенка без ведома законного опекуна — это и есть похищение, разве нет?

— Что?! Ты ни хрена не понимаешь! Забери свои слова обратно! Этот дурацкий эколагерь, куда она его отправила, — скукотища смертная! А вот показать ребенку Подводную станцию, где я работаю, — вот это настоящее воспитание! Он сам пошел со мной! Какое к черту похищение?!

Я вспомнил себя в первые дни на станции. Тогда я знал только пекарню и Тэхандо, а все равно так и норовил прокатиться на центральном лифте, где не мог отвести глаз от подводного пейзажа, как дурак, и залипал у аквариума с медузами с зубной щеткой во рту. Для ребенка это место, конечно, в сто раз увлекательнее.

Но ведь детям запрещен вход на Подводную станцию! Это место только для взрослых, и не просто так. А он привел сына тайком, да еще и ведет себя так нагло.

— А снотворное зачем? — спросил я.

— Мальчишка жаловался, что не может уснуть из-за вибрации и шума. Вот я и дал ему свое! И потом, я же не могу позволить, чтобы он бегал по станции, пока я работаю!

Леонард говорил так, словно вообще не понимал, что сделал что-то не так. Я не знал подробностей его жизни, но во рту у него явно все было плохо. У пьющих частенько бывает пародонтоз. Если он и дальше будет пить такими темпами, то однажды примчится в мой кабинет с дикой болью. И тогда уж придется или ходить без зубов, или ставить импланты, или проходить регенерацию.

Надеюсь, к тому времени на станции не окажется стоматолога. Пусть едет в Штаты и из собственного кармана оплачивает сумасшедшие стоматологические счета. Пока я мысленно посылал ему короткое проклятие, Барт, листая сообщения от Невы, тихо охнул:

— Вот читаю и кое-что вспомнил. Кевин вдруг заявил, что идет в Пэкходон. Сейчас вот думаю, странно это было.

Марк щелкнул пальцами и кивнул.

— А кто такой этот Кевин? — спросил я.

Я знал двоих: канадского исследователя с топором и американского инженера, с которым ни разу не разговаривал.

Барт хмыкнул, явно прокручивая в голове события нескольких часов назад.

— В нашей команде есть тип по имени Кевин Уилсон. Сегодня он сказал, что у него появилось срочное дело в Пэкходоне, и попросил прикрыть его на пару часов.

В ту же секунду у меня перед глазами всплыл знакомый жуткий образ — инженер из команды «Ма», которого я раз за разом находил мертвым по дороге в Пэкходон. Причина смерти всегда одна и та же — удар головой о металлический поручень на стене.

— И как именно вы его прикрыли? — спросил я.

— Ну, у нас командир строгий, так что я заранее почву подготовил. Я среди наших типа самый добросовестный, — ухмыльнулся Барт, на что Марк фыркнул. — Короче, я заранее сказал Дженнифер, что Кевин какой-то бледный, явно нездоров. А через полчаса он сам подошел: мол, башка раскалывается, можно отдохнуть? Командир без лишних вопросов его отпустила. Сейчас понимаю: значит, Кевин был на связи с Нев!

Барт