Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

Марк застыл с открытым ртом, потом нахмурился и выкрикнул:

— Ты что… думаешь, с таким бредом тебя пустят в капсулу?!

— А что? Это же правда. Я тут не собеседование прохожу, — пожал плечами Барт.

И я сам задумался: кого вообще надо отправлять? Кому правильнее выжить? Таким, как Марк, которые умеют красиво врать? Или таким, как Барт, которые честно признаются, что ничем не выделяются?

Сато, наблюдавший за этим цирком, фыркнул и сказал с любопытством:

— А если и я устрою шоу со слезами, меня тоже в капсулу отправят?

— Попробуй, — усмехнулся Чжэхи. — Наш спаситель добрый, разжалобить его легко. Скажи, что остался без яиц, может, проникнется.

Я едва удержался, чтобы не расхохотаться, и сказал:

— Оба. Идите к капсуле. Живо.

На лицах Марка и Барта мелькнуло удивление, потом радость.

Марк в один прыжок подскочил ко мне, начал хлопать по плечу и трясти руку:

— Спасибо! Никогда этого не забуду! Всегда буду помнить… эй, как тебя там звали?

— Пак Мухён.

— Точно! Пак Муйон! Запомню, честно!

— Идите уже.

Марк покосился на Леонарда и Син Хэряна, которые стояли у стены и буравили его взглядом, и рванул к капсуле. Барт же растерянно застыл, словно ошарашенный неожиданным подарком, и пробормотал:

— Ты ведь ничего обо мне не знаешь. Ни кто я такой, ни о чем думаю. Но все равно выбрал меня. Я выйду и подниму шум на весь мир. Пентагон, морпехи — всех сюда вызову.

ГЛАВА 245

ТЕ, КТО ОСТАЛСЯ

Часть 3

Марк, который еще недавно хихикал, когда Санхён кувыркался в луже крови, побледнел, стоило ему вплотную подойти к телам Дэниела и Дженнифер. Кроме того, по полу тянулась цепочка кровавых следов, которые оставил Санхён, пока бежал к капсуле. Увидев их, Марк притормозил и жестом пропустил Барта вперед. Несколько секунд они спорили о том, кто должен идти первым, но в итоге пошел Марк, осторожно лавируя между следами. В какой-то момент он не выдержал — сорвался с места и помчался во весь дух; рыжие волосы взметнулись. Чем ближе он был к Тамаки, тем быстрее бежал, будто решил, что по бегущей мишени попасть труднее. Барт держался в одном-двух шагах позади, будто исходил из того, что, если Тамаки выстрелит в него, Марку прилетит с неменьшей вероятностью.

Оба не останавливались, пока не домчались до капсул. Марк дышал так, будто у него легкие сейчас выскочат. Он согнулся, уперся руками в колени и, отдышавшись, помахал мне рукой. Я кивнул и помахал в ответ.

Барт хлопнул его по спине, и Марк, задыхаясь, шагнул в круг. Встал по стойке смирно, как школьник на линейке. Барт нажал кнопку запуска. Несколько мгновений, и Марк исчез внутри капсулы. Барт тоже помахал мне рукой и тоже вскоре исчез.

Экран тут же показал новые капсулы, покидающие Четвертую подводную базу.

Капсулы, выпущенные с Четвертой подводной базы, тут же отобразились на переднем экране.

Сначала эвакуировались Со Чжихёк, Такахаси, Пэк Эён, потом Чон Санхён, Марк и Бат-Эрдэнэ. Получалось, что теперь оставалось одно свободное место. Все решили, что оно предназначено либо для меня, либо для Тамаки. На самом деле место осталось только потому, что троих до этого он сам застрелил.

Я посмотрел прямо вперед и подал Син Хэряну условный знак. Теперь понял, зачем вообще придумали систему жестов — можно донести мысль без слов. Только у меня это получалось как-то криво: со стороны выглядело так, будто я просто тянусь или плечо разминаю.

Так и подмывало спросить у Син Хэряна, правильно ли делаю? Ты понял? Интересно, как у них с Чжихёком и Эён выходило так естественно? Может, лучше прямо сказать, что мне нужен переводчик? Я пытался держать лицо, но щеки горели.

Я медленно двинулся к капсуле, чувствуя впившиеся мне в затылок взгляды. И услышал шаги за спиной. Тяжелые, уверенные. Фух. Значит, он идет за мной.

Чем ближе мы подходили, тем явственнее я видел тела Дэниела и Дженнифер. Труп Ичиды тоже. Слишком откровенная картина. Тамаки заметно напрягся, заметив, что вместо одного человека к капсуле направляются двое. Один из них — тот самый, кто только что вырубил Ямаситу.

Я остановился метрах в пяти от него. Подходить ближе было рискованно — мало ли, Тамаки сорвется или Син Хэрян решит броситься вперед. Ствол его ружья сначала смотрел на меня, но стрелять он явно не хотел — дуло дрогнуло и медленно повернулось на Син Хэряна.

— Господин Тамаки, если вы не сядете в капсулу сейчас, другой возможности может уже не быть, — сказал я.

Син Хэрян, шедший за мной, остановился и положил руки на пояс. Похоже, это был знак: драться он не собирается. Тамаки переводил взгляд с меня на него, потом что-то сказал.

Син Хэрян скосил на меня взгляд и быстро перевел:

— Он говорит, что не хочет уходить.

Я кивнул, проводя языком по пересохшим губам.

— Другого раза может и не быть, — произнес я.

За все петли это была моя первая встреча с Тамаки лицом к лицу. И кто знает, будет ли еще? Да и сама ситуация, в которой капсула осталась свободной, — уже почти чудо.

Тамаки помолчал, потом тихо сказал:

— Я останусь здесь.

— Станция может полностью рухнуть.

Он ответил потухшим голосом:

— Я предполагал, что так и будет. Те, кто верит в Церковь Бесконечности… они ведь жить-то особенно и не хотят.

Видимо, он уже почувствовал их одержимость прошлым, их желание сбежать из реальности. Он посмотрел на тела, которые сам же уложил, и мрачно сказал:

— Я уже убил троих. Это… это уже свершилось.

И вот что странно, после этих слов мне показалось, что психика у Тамаки куда здоровее, чем у сектантов. Те убеждали себя: стоит вернуться назад, и убийства не будет. Он же смотрел прямо на содеянное.

Тамаки долго разглядывал мертвых, затем заговорил:

— Я даже не хочу выходить отсюда и рассказывать людям, что со мной произошло. Не хочу быть темой для пересудов. Я просто… просто хочу остаться здесь до конца. Мучить своих, чтобы они не сбежали, и умереть вместе с ними.

Сколько раз этот сценарий повторялся в эвакуационном отсеке Хёнмудона? И сколько будет повторяться, если оставить все как есть? Сотни? Тысячи? Нужно хотя бы попробовать разорвать этот порочный круг.

Я спросил:

— Вы помните, что командир Син предлагал вам эмигрировать?

Молчание, а потом:

— Да.

Я повернулся к Син Хэряну и спросил:

— Вы с Тамаки близки?

— Нет, — прозвучало без промедления.

Судя по всему, такой ответ Тамаки ни капельки не задел, — все знали, как общается Син Хэрян. Инженеры, что с них взять…

— Тогда почему позвали его к себе в команду? Почему другие командиры тоже хотели его заполучить?

Син Хэрян ответил без раздумий:

— Он терпелив и работает добросовестно.

— Спасибо за откровенность, командир Син.

— Не за что, доктор.

На этом он замолчал, а я снова обратился к Тамаки, стараясь говорить как можно мягче:

— Господин Тамаки, я хочу оставить одну капсулу специально для вас. Вдруг вы найдете в себе силы — тогда садитесь.

Стоит ему оказать на поверхности, и закон вцепится в него мертвой хваткой. Даже если закон чудом удастся обойти, то совесть все равно догонит. Конечно, страшно. До одури страшно. Эта ноша — на всю жизнь, поэтому пусть выбор останется за ним.

Как ни крути, лучшим вариантом было бы найти Тамаки утром, до того как он успеет убить хоть кого-то, и посадить в капсулу. Спасти именно жертву Тамаки. Но удастся ли? В этой бесконечной петле все может повернуться иначе. Вдруг в следующий раз к тому времени