Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

«Тройку» крутануло на месте — взрыв сорвал гусеницу и возможно, повредил катки. Но главное, что машина не загорелась! Правда, в ушах моих противно звенит, а правый глаз густо заливает кровью — зацепивший вскользь бритвенно-острый осколок рассек кожу на лбу.

Ощущая в ногах какую-то ватную слабость, я наконец-то опустился вниз — плюнув на стрелка, укрывшегося в капонире. По склону уже поднимается вверх казачья конница, так что фриц никуда не уйдет; стрельба впереди, кстати, тоже стихла.

Выходит, мы все-таки прорвались — и вроде даже не так это было и сложно… Впрочем, у немцев наверняка есть и тыловая линия обороны, второй эшелон. И еще какие-нибудь резервы…

Тем более, что во второй эшелон враг отвел на пополнение танковые части.

— Филатов, вызывай Акименко, пусть подтягивает к высоте свои «бэтэшки» — и полуторки с зенитными пулеметами. Комбату-три — остаться с десантом на захваченном рубеже траншей, комбату-два — выделить роту для обороны высоты. Можно оставить танки с разбитой ходовой, но исправными пушками. Если такие есть… Остальные машины пойдут в прорыв. Да, и с Дубянским свяжись! Пусть передает в штаб армии, что боевую задачу мы выполнили — и теперь выдвигаемся вперед.

Чуть оклемавшись, я добавил уже чуть громче — и даже несколько торжественно:

— Экипаж! Для меня было честью воевать вместе с вами… Чуриков, с меня медаль, отлично водишь! Лейтенант Малютин — ставлю задачу восстановить машину и возглавить оборону высоты. Я тебе еще сотню казаков выделю… Потом, когда вас сменят, вместе с третьим батальоном догоните бригаду.

— Есть возглавить оборону высоты!

Илья хотел добавить что-то еще, но запнулся; рядом с ним замялся и заряжающий — стесняющийся говорить вперед непосредственного командира. Едва пришедший в себя Чуриков пробубнил благодарное: «Служу трудовому народу»… Но неожиданно для всех слово взял Филатов — чуть сбивчиво, и явно волнуясь попросив:

— Вы, товарищ комбриг, потом возвращайтесь в наш экипаж.

— Естественно вернусь! Ведь во всей бригаде это самый комфортный и просторный танк!

Товарищи дружно засмеялись, а я устало облокотился спиной на броню.

Еще один бой позади… И слава Богу, что он закончился.

Глава 18

…- Прошу к столу, товарищ комбриг!

Широким жестом к расстеленной на траве белой скатерти меня пригласил водитель штабного броневика Ваня Мухин — невысокий и круглолицый, смешливый красноармеец с хитрыми огоньками в глазах. Я мельком взглянул на богатство, крупно нарезанное трофейным германским штык-ножом — и вот где его достал мехвод? Уж точно не в бою — хотя легкий пулеметный броневик для настоящего боя не слишком-то и подходит… По крайней мере, для атаки укрепленных германских траншей — хотя во Львове броневик нас с начштаба крепко выручил.

Теперь, правда, на нем разъезжает сам Дубянский, поправивший здоровье в госпитале — а я получил в свое распоряжение новую машину и новый экипаж, пока Малютин ремонтирует «тройку» в тылу наступающей бригады…

— И где вы только взяли это богатство?

Действительно, богатство: круг аппетитно пахнущей краковской колбаски, разрезанный на четыре части (по числу членов экипажа) сменяют крупные шматы копченого сала и сочный красный перчик; непонятно, где его вообще удалось достать. Разве местные строят себе теплицы в конце 30-х? Ни разу не задумывался над этим вопросом… Еще на покрывале разложены ровные ломти пшеничного хлеба, густо намазанные сливочным маслом — а чуть в стороне в траве притаилась прозрачная бутыль с красного цвета напитком. Не иначе как домашнее вино? Перехватив мой взгляд, мехвод лишь неопределенно пожал плечами:

— Так слабенькое же, товарищ комбриг, словно компотик. А то вон вода из фляжек уже затхлым отдает!

— Ничего, перетерпишь. Вино — вылить, в бутылку набрать воды… Как будет возможность.

Мухин стремительно поскучнел, улыбка мигом исчезла с его лица; додумался же предложить комбригу выпить! Хотя, возможно, кто-то из старших командиров такое предложение оценил бы резко положительно… Но точно не я, противник спиртного на идеологическом уровне. Насмотрелся еще в детстве на бухих русских мужиков, пропивших всякое достоинство и уважение — и потерявших не только человеческий облик, но и саму жизнь… А уж сколько было драк на дискотеках исключительно по синьке окружающих! Уже в зрелые годы прочитал про замечательного священника из Ельца, отца Николая Брянцева — создавшего в городе «общество трезвости» и развернувшего широкомасштабную кампанию против пьянства.

Кроме того, у танкистов на всех боевых выходах царит строгий «сухой» закон — не дай Бог пойти в бой хмельным! Скорость реакции падает, координация движений сбивается — а в поединке с панцерами или ПТО это ж верная смерть… Хоть после боя мужики порой и лечат нервы спиртным — но точно не на марше.

А уж Мухин-то и в бою пока не был…

— Ладно, давайте по быстрому перекусим.

Вообще, изначально я планировал разделить трапезу с танкистами — благо, что на вынужденной стоянке, необходимой для дозаправки танков, решились сварить горячее. В полевой кухне сейчас кашеварят сразу и первое, и второе; причем если второе — это пшенная каша на свином сале, то на первое суп с пшенкой на свиных ребрах! Никогда не понимал свинину в качестве основы для бульона — но ведь то были стандарты мирной, никак не связанной с войной жизни.

Тем более что ребра-то копченые — а уж это совсем другой расклад…

Да, полевая кухня с горячей едой — это, конечно, очень хорошо. А вот что совсем-совсем… нехорошо! Так это то, что в РККА образца 1939-го года нет сухих пайков — вообще нет. Вот в Русской Императорской армии образца 1914-го года они были — включая саморазогревающиеся консервы. Причем технологию создания консервных банок с такой хитрой приспособой немцы успешно сперли; ничего сложного там нет — химическая смесь в нижнем отделении банки вступает в реакцию после банального проворота корпуса, и греет отсек с мясными или мясорастительными консервами. Танкисты панцерваффе используют саморазогревающуюся тушенку на марше — и германский экипаж вполне может перекусить горячим прямо на ходу…

Но что там тушенка — в РККА даже банальных сухарей или галет в масштабах армейского снабжения еще нет! Хорошо хоть, мы нагрузили танки запасом свежего хлеба — и успели даже самостоятельно засушить небольшой запас сухарей… Заодно снабдив танкистов и копченой колбасой, и польскими да трофейными немецкими консервами.

Железный паек, ага. Но в целом, ситуация так себе… Я там противотанковое ружье предлагал, командирскую башенку на танк, выпуск орудий ЗИС-3! А на самом деле стоило бы попросить