Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Юй, сглотнув, тихо сказала:

— Глупый… все вместе мы могли бы хоть что-то сделать. Но один… Куда?

— Он — Ненормальный Практик, таков ответ на всё, — сказала рядом Каэдэ.

Юкка безотрывно смотрела на ложу. На щеке порез, но ей было не до этого.

Мэй молилась.

Шизука бормотала:

— Не умрите, Александр-сама… молю…

— Великий откусит ему голову! — хохотал Мордред, стоящий на коленях. — Это не займёт много времени, ха! Вот увидите! Увидите, клянусь моей верой перед Всевышним! Он не оставит от сучёныша ни косточки!

Никто ему не ответил, ибо напряжение стояло неимоверное. Бог и вправду мог вернуться в любую секунду. С Ненормальным Практиком или без.

…

В трёхстах километрах к западу, в горах, «Первый» вышел из контура и очутился в пещере. Явно глубокой, но просторной. Тут и сталактиты и сталагмиты. Полная тишина.

Но стоило ему сделать шаг, как учуял вонь эфира. Густую, точь кашу.

— Это же… — пробормотал он, как…

БУУУУУУУУУУУУУУМ!

Всё рвануло!

Тридцать шесть контурных мин, заложенных по периметру, каждая класса Лорд, сдетонировали разом, идеальной сферой! Взрыв сложил пещеру, как ладони Божества. Следом рухнул невообразимо тяжёлый свод! Тысячи тонн камня рухнули туда, где стоял бог.

БДУУУУУУУУФ!

Снаружи было видно, как гора осела. Разлетелись килотонны пыли!

И всё утихло.

Ненадолго.

Из глубин горы в небо ударил ровный росчерк эфира. Срез прошёл через тонны камней, как нож через творог. Гора разъехалась и открылся вид на серое небо, а из пещеры, что должна была стать могилой, отряхиваясь, вышел «Первый». Целый. На бороде — пыль. В чёрно-золотых глазах — забава.

— Вот так дал… Тридцать шесть контуров и гора сверху… Добротно. Любого Лорда убило бы. Пожалуй, даже двух, если поставить рядышком.

Он повёл носом и увидел: на соседнем гребне, у неба, юная фигура в чёрном плаще шагнула в новую белую воронку.

Первый ухмыльнулся острыми зубами.

— Паршивая овца, куда же ты… Всё равно ж съем. Ты ведь уже понял… так зачем барахтаешься? К чему тянуть?

И снова одним движением оказался подле пространственного контура. Развёл тот пальцами, как рёбра капкана, залез внутрь.

И теперь…

Оказался в воде!

Со всех сторон сдавили мегатонны воды!

«Да это же дно моря…» — понял сразу Бог, видя чёрно-зелёный сумрак, ил, тени глубинных тварей в дали. Сам он оказался внутри пространственного контура-клетки в виде огромного кракена. — Это же контур того ублюдка… как там его звали? Син? Синдбад? Точно… Сучий повелитель морей. Откуда малец знает техники? Ещё и хватило мастерства исполнить, а это уровень Верховного".

А над клеткой прямо на голове гигантского осьминога сидел юный Северов, приложив ладони к контуру и вливал эфир, понимая, что рассчитан тот был максимум на Верховного! А не на Бога!

«Первый» огляделся. Постучал костяшкой по щупальцу. Оценил. Выполнено идеально. Можно отнести к гениальному, что даже пугает, мальчишка-то даже не Верховный… Что было бы, если бы он им стал?

Он уже иначе взглянул на Александра через толщу воды и выпустил из рта гроздь пузырей. Поднял руку и показал жестом на него, потом на себя и положил ладонь себе на шею и вынул язык, мол умирает от удушья, что значило: так у нас игра? Кто дольше продержится без воздуха?

«Ты сам-то как долго собираешься не дышать? — задумался Первый и активировал эфирное сканирование, как фыркнул под водой, выпуская пузыри. — Ах ты, хитрый лис! И додумался же нарисовать контурную пространственную печать на нёбе, чтоб дышать! Самый ненормальный подход, что я видел… Теперь соглашусь, Мордред, этот мелкий точно стоит быть пожранным. Сожру его до последнего ногтя!»

Юноша прищурился, понимая, что что-то не так, где-то тут подвох!

А Первый, сжав меч, проорал сквозь воду моря, и слышно было каждое слово!

— ГЛУПЕЦ! Мне не нужен твой воздух! Я могу не дышать годами! Всё! Вода, камни, ты сам! Всё это эфир! А я — его Бог! Не остановят меня ни горы, ни океаны!

И разрубил осьминога-ловушку, уровня Верховного. Контур лопнул, как стеклянная чаша. А в этой глубинной тьме бог бросился на мальчишку.

Удача то была или так продумано, но благодаря давлению воды, юный Северов смог впервые увидеть его движения, ибо вода сдерживала даже Бога. Пусть и на ничтожную долю. Но этого хватило уследить за замахом, точкой удара.

Мальчишка успел. Вскинул меч под правильным углом, лучшим из возможных блоков и…

всё это не имело смысла!

Меч, подаренный Корнелией, удержал клюв божественной Цапли Шэня, сдерживал атаки меча Мордреда, но устоять перед мечом Бога? Клинок треснул у гарды и обломился. Но до последнего сдержал натиск, защитив грудь мальчишки от дикого удара Первого. Александра вышвырнуло со дна ввысь, как пробку из бутылки! В итоге он вылетел из моря в небо у порта Даляня. Ведь именно тут он оставлял один из своих болтов с контуром по прибытию в Китай, тут после и установил ловушку, но всё зря. Кто ж знал, что в той окажется Бог? С этими мыслями юный Северов пикировал прямо в Далянь, пролетев мимо пирсов, кораблей, черепичных крыш пакгаузов и…

Удар!

Пробил собой крышу склада!

Вшух! И упал в мешки, подняв пыль.

С полтора десятка портовых грузчиков замерли с тачками, глядя, как в куче лопнувших мешков, лежит мальчишка в чёрном плаще, буквально рухнувший с неба.

И разбежались, вопя что-то на своём!

Александр успел приподняться на локте.

Как через ту же дыру в крыше, разбив ту шире, рухнул Бог.

Бум!

От его приземления по пакгаузу волна! Уцелевшие штабеля сдуло! Мешки лопались в полёте, кругом пургой вскружился белый рис, и посреди этой метели, по щиколотку в урожае, трёхметровый старец с обнажённым мечом, и горящими чёрными глазищами с золотой каймой, в коих только одно.

Голод.

— Твой меч — безделушка, — прохрипел он, ступая сквозь рис, как через пруд. — Как и все твои фокусы с ловушками. В целом — забавно, но ты даже не понимаешь насколько ты никчёмен, мальчик. Думаешь, ты особенный? Хе-хе… Как же это бесит… И так ведь каждый раз, когда появляется такой же как и ты. Давай кое-что разъясню тебе. — Он шёл неторопливо, глядя на юного Северова откровенно голодными жадными глазами. — Против меня выходили те, о ком вы, овцы, поёте до сих пор. Спартак выходил, с целой армией гладиаторов-практиков. Королёк Артур со своим экскалибуром. Илья из Мурома после тридцати трехлетней накачки в эфирной печи… силён