Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Но ты получила то, что хотела.

— Я не этого хотела.

— А чего тогда? — Все еще спокойно, он не злится. Он рассуждает. — Ты ведь снова хочешь невозможного, так ведь?

— Я…

— Я говорил тебе, что не умею чувствовать и никогда не смогу. Ты дала мне шанс, а я захотел быть с тобой. Но тебе ведь и этого недостаточно.

— Без талисмана я тебе не нужна.3ec623

— А ты меня об этом спрашивала?

Что-то в моем сердце екнуло. Хотела ли я знать правду? Несомненно.

— Я нужна тебе?

— Нет, — вдруг ответил он, мотнув головой. — Необходима.

— Ты лжешь.

— Зачем мне это?

— Ты выбрал мою смерть, когда у тебя не было чувств.

— Но сейчас я выбираю тебя.

— Ты не чувствуешь.

— Так дай мне то, что поможет чувствовать.

Я смотрела в его глаза и видела решительность. Он цеплялся за воспоминания, и это было для меня решающим. Этого было недостаточно. Теперь.

— Не могу, — опустила глаза я. — Мне нужно время.

— Сколько?

— Я хочу понять, будешь ли ты все еще выбирать меня со временем даже без моего талисмана.

— Почему?

— Потому что, если это только мой талисман, значит, это все-таки была почти любовь.

Наверное, Рэйвин прав, я требую слишком многого, запретного. Невозможного. И все, что происходит, лишь доказывает мне, что невозможного в этом мире нет. А, значит, и это может произойти.

Каждый раз, когда мы доходим до границ возможного, мы можем либо смириться с тем, что они существуют, либо выйти за их рамки и найти новые горизонты. Вопрос только в том, достаточно ли мы верим в это?

Если нет, то ни один горизонт нам никогда не покорится. А если да, то горизонты исчезнут совсем.

Рэйвин отступил еще на один шаг, продолжая смотреть мне в глаза.

— Хорошо, — вдруг ответил мне он. — Значит, будет так, раз тебе нужно это доказательство.

Еще пару мгновений он просил меня взглядом передумать, но все было бесполезно. Я уже решила.

— Я буду рядом. Как и всегда.

И он растворился в белых перьях, оставив меня одну посреди собственной внезапно ставшей такой большой и холодной комнаты.

И только лишь знакомая, и родная до боли, куртка Киана согревала лед, моментально заполонивший всю мою душу.

23

Странно, но на следующее утро я испытала лишь пустоту. Было много сомнений и страхов, которые терзали меня всю беспокойную длинную ночь, в которой я пыталась спрятаться. Я так хотела попасть в свой уголок прекрасного рая вместе с Греем. Но он не приходил. Не знаю почему, но его не было.

Жалко, ведь я так хотела хоть где-то отдохнуть душой.

Впрочем, это уже было неважно. Наступило утро, и мне нужно было как-то с этим жить.

Мне не хотелось думать ни о чем конкретном, даже пытаться размышлять обо всем, что произошло. У меня было время, и я хотела использовать его максимально, чтобы только не утопать в этом море бесконечных вопросов, которые мне некому было задавать.

Кое-как приняв душ, позавтракав и даже доползя до аудитории, я плюхнулась на свое место и замерла. Итак, я пришла на урок, радуйтесь. Хоть что-то смогла сделать.

В действительности я прекрасно понимала, что все изменилось настолько масштабно и кардинально, что никогда не станет прежним. И, если честно, я даже не знала, что могло такое произойти, чтобы хоть что-то сдвинулось с этой мертвой точки.

Но, как говорится, когда уже ничего не ждешь, приходит то, что нас по-настоящему удивляет.

Студенты медленно приходили в класс и рассаживались по местам. Появился и Райан. Заметив меня, он радостно помахал мне рукой, улыбнулся, а потом позади него появилась какая-то тень и пнула его в спину. Он запутался в ногах и уткнулся руками в стол, а я только и успела разинуть рот от удивления, как вдруг:

— Вилу! — Воскликнул радостный Патрик, который и был той тенью, что пнул Райана.

Да, человек-гора зашел в класс, ничего не скажешь. Но я была несколько удивлена его появлением.

Вжавшись в свое место на случай, если он собирается меня побить — он так рвался вперед, что я аж растерялась — я выдавила из себя слабое «привет» и стала ожидать приговора.

— Ой! — Все еще радовался чему-то Патрик, когда остановился рядом со мной и принялся совершать попытки мне хоть что-нибудь объяснить. — Слушай… — он сглотнул, — я… это… как там? В общем… эээ…

Ну, все, Патрик был потерян для общества. Ладно. Подозрения в моей голове слегка обрисовались и в какой-то момент я даже немножечко напряглась. Потому и поднялась с места.

— Что случилось? — Тихо спросила я. Патрик продолжал краснеть. — Пойдем!

Так, если он сюда пришел не на свидание меня позвать, значит нужно поговорить с ним подальше от лишних ушей!

Выйдя в коридор, я отвела его к окну напротив кабинета, где сейчас не было уроков, и заглянула Патрику в глаза.

— Что такое? — Еще раз переспросила я.

— В общем, — Патрик раскраснелся, начал улыбаться, — я тут это… думал. И… стал, короче, … это…, в общем, я там полазил, ну! Как мы лазили… там у друзей и прочее… И это…

— И? — Нетерпеливо предвкушала я.

— Вот, — он протянул мне листок, а я, прочитав его содержимое, чуть не взвизгнула.

— Ты… нашел ее? — Выдохнула я.

— Ну… — Патрик покраснел еще сильнее, — не совсем… там была фотка…, и я нашел… короче… там чувак, он подписал ее фото.

Кровь застучала в висках, по телу пробежала дрожь. В моих руках был листочек с именем искупительницы. Да, возможно я не интерпол, но у меня есть камень и по имени я могу просмотреть ее прошлое!

А это значит, что я узнаю, кто она!

— Патрик… — выдохнула я свое предобморочное состояние, — спасибо!

Я быстро обняла его и чмокнула в щеку. Патрик аж поплыл от радости. Распыхтелся, разулыбался.

— С меня шоколадка! — Пообещала я, а потом решительно направилась к общежитиям.

Плевать теперь на уроки! На все плевать! Цель в зоне досягаемости! Моя цель в зоне досягаемости! Даже не верится, что я сейчас узнаю, кто она…

Это все теперь казалось чем-то нереальным. Руки у меня дрожали, но я вцепилась в листок с такой силой, как будто кто-то мог его отобрать. На самом деле теперь, зная ее имя, было бы разумнее уничтожить этот листок. Сжечь его. Да, так будет лучше наверняка. Он ведь может попасть не в те руки, и тогда…

Не верится, даже не верится, что я все-таки смогла. Да, я ей не руку пожала, но все же я оказалась намного ближе к цели, чем все те, кто