Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов

чтобы призрак видел операционное поле. Поэтому у Ярины с домовым в руках были связки магических бездымных свечей. А мне пришлось тащить здоровенную эмалированную кювету со стерильным инструментом, ещё одну кювету для инструмента грязного, всякие бинты и чистые салфетки, и ещё я приволокла ведро. Не просто ведро, а ведро из старого, морёного дуба, дно которого я лично выстлала сушёной полынью, вперемежку с солью. Такое ведро на рынке не сыщешь. Оно хранилось у доктора отдельно, неизвестно когда изготовленное на заказ. Генерал тоже пришёл не с пустыми руками. Он принёс целую бочку лечебного экстракта, на которую указал призрачный палец доктора.

— Больше света! — скомандовал призрак, и мы склонились, рассматривая рану.

Не знаю, что это за «Шип Ледяной Пустоты» такой, но ощущение было, словно пробив бронированную чешую дракона — как это вообще возможно⁈ — он ещё и взорвался изнутри. Под сердцем дракона зияла мрачная рана, чешуйки на краях были вывернуты под самыми дикими углами и покрыты странной, чёрной изморозью, края раны словно дымились туманом, медленно закручивающимся вокруг себя, свет от свечей не проникал внутрь, но зато ощущались тяжёлые, мерные толчки, совершенно не совпадающие с ударами сердца.

Призрак неразборчиво выругался. Протянул руку к краю раны и коснулся пальцем одной из заиндевевших чешуек. И тут же отдёрнул ладонь. Чешуйка замерцала фиолетовым цветом и раскрошилась. Призрак снова выругался.

— Сколько времени прошло? — уточнил призрак.

— Чуть больше недели — ответил он же, голосом Крейга.

— Скверно… — пробормотал призрак, — Очень-очень скверно…

И снова склонился над раной.

— Мы пришли сюда любоваться брюхом? — зло спросил голос Крейга.

— Не торопи меня, мой мальчик… — тут же ответил голос призрака, — Ты тоже, прежде чем пустить полки в атаку, сперва думаешь головой…

Вообще было странно наблюдать, как хозяин разговаривает сам с собой разными голосами. Если не знать, что внутри две сущности, могло показаться, что он сошёл с ума. Но, нет, разум у него был в порядке.

— Начинаем, — негромко распорядился призрак, — Сюзанна, дитя моё, ты готова?

— Да.

— Я планирую, — чётко выговаривая слова начал призрак, — очистить рану от всей той мерзости, которая в ней скопилась. Это не только гной и проклятье, это… трудно выразить… некромант, он же служитель Смерти? И в свои проклятья он добавляет… жертву свей госпоже, что ли? Пусть над названием имперские маги думают! А я собираюсь всю эту гадость удалить!.. если получится. Предупреждаю: любая магия сейчас пойдёт во вред. Эта скверна переработает любую, самую светлую магию, и извратит её, усилив и умножив себя. Только физическая чистка раны! Только обычные, не магические инструменты! Сюзанна, мы начинаем! Зажим! Скребок! Щипцы!

Я моментально подала инструменты. Призрак коснулся зажимом края раны… Тёмный туман тяжело качнулся. Раздалось тихое шипение, вроде того, когда раскалённый металл касается льда. И я увидела, как прямо на глазах, металлический зажим покрывается коррозией и ржавчиной. Железо попросту таяло, словно кусок сахара в горячем чае.

Призрак в очередной раз пробормотал под нос ругательство. И принялся торопливо скрести по самому краешку чёрной раны. То, что удалось ему достать, не было похоже ни на кровь, ни на что-то ещё. Это скорее напоминало тягучий дёготь, цеплявшийся за плоть чёрными нитями и испускавший мрачные волны тумана.