Галя, у нас отмена! - Мия Соул

утверждали, что поняли свое положение. Теперь я предлагаю вам единственный способ его изменить, а вы смотрите на этот пузырек так, словно держите в руках собственное сердце.

— Просто вы предлагаете мне убить наследного принца империи, генерал Лун, — поостереглась я. — Даже я имею право несколько мгновений подумать.

— Раньше вам подобные мысли давались значительно легче.

— Раньше я не была настолько близка к нему.

Глаза Лун Цзюэ блеснули.

— Вот как?

— Именно поэтому у меня получится, — тут же продолжила я, забирая пузырек и придав тону побольше уверенности. — Суань Лин доверяет мне, подпускает ближе, чем большинство своих людей. Я могу находиться в его покоях, могу сидеть с ним за одним столом, могу сама налить ему чай. — Последние слова дались особенно тяжело, но я продолжила: — Если бы между нами ничего не было, разве появилась бы у меня такая возможность?

Лун Цзюэ задумался.

— Неужели я в вас ошибался, и вы намеренно сблизились с ним?

Ага, допустим. И целовалась с ним исключительно в государственных интересах.

— Сначала нет, — ответила я ни капли не соврав. — Но обстоятельства изменились. Теперь его доверие может оказаться полезным.

Генерал подошел ближе, а я заставила себя не отступить.

— А ваши чувства?

Вот ведь прицепился.

— Мои чувства не защитят Ли Жу от следующего клинка. Не защитят моих людей. И меня не спасут.

Несколько долгих мгновений Лун Цзюэ смотрел мне в глаза, словно пытался добраться до самых потаенных мыслей, потом уголок его губ слегка дрогнул.

— Что ж… Возможно, вы действительно повзрослели.

Я едва удержалась, чтобы не выдохнуть. Пронесло. Я вернулась на свое место, разгладила складки одежды и постаралась выглядеть так, будто только что не согласилась отравить человека, которого… который…

Нет, сейчас не время разбираться, кем именно для меня стал Суань Лин. Сначала надо выбраться отсюда живой. А еще я пришла не ради пузырька с ядом, а за намеками или ясными ответами.

— Если теперь мы снова на одной стороне… — начала я.

Лун Цзюэ фыркнул:

— Не спешите, принцесса. Сторону определяют поступки.

— Хорошо. — Я согласилась. — Если я собираюсь доказать свою верность, хотелось бы хотя бы понимать, что происходит вокруг меня. Недавно я и мои люди едва не погибли. Если теперь я должна помогать вам, то не хочу второй раз случайно оказаться посреди бойни. Особенно если никто не удосужится меня предупредить. Я не прошу посвящать меня во все планы, генерал. Но если ваши люди снова решат устроить резню вокруг меня, хотелось бы хотя бы знать об этом заранее.

Лун Цзюэ натурально растерялся.

— Мои люди? — переспросил он.

У меня внутри все оборвалось.

Я готовилась ко многому. К тому, что он рассмеется мне в лицо, начнет отрицать очевидное или, наоборот, совершенно спокойно признается, что действительно отправил убийц. Может, даже объяснит, что ничего личного, просто политика, а Ли Жу случайно подвернулась под клинок.

Но он выглядел растерянным. Не испуганным, не пойманным на лжи, а именно растерянным.

Это выражение продержалось всего несколько мгновений. Потом лицо генерала снова превратилось в привычную непроницаемую маску.

— Почему вы решили, что напавшие принадлежали мне?

Теперь уже настала моя очередь растеряться.

— А кому же еще? Если бы бандитов нанимал канцлер, то при плохом исходе их быстро нашли.

Лун Цзюэ откинулся назад и посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что сама подтвердила все его худшие подозрения относительно моих умственных способностей.

— Произошло покушение на императора Байлин во время праздника, на котором присутствовала половина столичной знати, наследный принц, второй принц, высшие чиновники государства и многочисленная стража. И вы действительно полагаете, что я выбрал бы именно такое место?

— Вы пытались убить Суань Лина раньше.

— Пытался, — он не стал отрицать. В его голосе не ощущалось ни стыда, ни сожаления.

— И продолжаете хотеть его смерти, — повторила я, коснувшись пузырька с ядом.

— Продолжаю. Меня поражает и одновременно восхищает другое: вы считаете меня настолько глупым?

Я отклонилась, а Лун Цзюэ, наоборот, подался немного вперед.

— Мы находимся в Байлин. Я иностранный генерал, которого здесь терпят исключительно из-за сложных отношений с Цинлун. Из-за того, что вы здесь задержались. Если бы моих людей схватили во время открытого нападения на императора, это стало бы поводом для войны. Не придворной распри. Не очередного конфликта между канцлером и наследным принцем. Настоящей войны между двумя империями. Стал бы я так рисковать?

Возмущался он громко, разумно и справедливо, сетуя на мою поверхностность. Подумаешь, в других дорамах некоторые интриги буквально белыми нитками по черному полотну писали. Я смотрела и не жаловалась.

— Вы действуете вместе с канцлером, — выпалила я.

— Не буду этого отрицать.

— А канцлер хочет избавиться от Суань Лина — я подытожила. — Неужели кто-то из ваших союзников посмел действовать без вашего ведома?

Я наблюдала за ним, пытаясь понять, не водит ли он меня за нос. В конце концов, человек, способный плести заговоры при чужом дворе, наверняка умел делать удивленное лицо. Я вот тоже сегодня изображала несчастную женщину, а внутри уже раз пять мысленно застрелила собеседника.

— Я не знаю, кто нанял этих людей, — спокойно проговорил генерал. — Не в моих интересах действовать поспешно.

— Не знаете? — Я недоверчиво фыркнула. — Как удобно.

Он остановился.

— Вы пришли ко мне за правдой или за подтверждением того, во что уже решили поверить?

Я поджала губы.

— Хорошо. Допустим, я вам поверила. Если это не вы, то кому бы хватило наглости и храбрости поступить подобным образом с императором?

Лун Цзюэ закатил глаза.

— Имя главной наложницы Мэй Линь вам о чем-то говорит?

Я часто-часто заморгала

— Наложница Мэй Линь?

— Это вас удивляет, принцесса?

Мне показалось, что за стеной снова кто-то прошелся. Может, нас подслушивают? Нет, бред, генерал внимателен к мелочам.

Лун Цзюэ проследил за моим взглядом.

— Что-то отвлекло вас?

— Нет, я просто устала, — фальшивым, кокетливым жестом отмахнулась я.

Он медленно покачал головой.

— Вы не умеете лгать, принцесса.

Ага, я тебе уже такое наплела, что сама во всем запуталась.

— Вы сказали… главная наложница? — Заставила себя снова посмотреть ему в глаза.

— Да.

Я молчала. Что-то никак не складывалось.

В моей голове существовала совсем другая Мэй Лин. Коварная, честолюбивая, ревнивая женщина,